Покорители прошлого (СИ)

— Елен Михална, в Рябиновске начинается грандиозная стройка.
— Какая?
— Между нами — обе площадки завода принято решение не закрывать, а оставить работать по тем направлениям, что мы до этого обозначили. А вот новое… новое будут производить на новых производственных площадях.
— Так это реконструкция?
— Не совсем. По сути, это два завода в одном… НПО «Прометей» станет заводом-гигантом.
— Какой же ты молодец… — всплакнула она. — Сбылась мечта Каланчина — наш завод скоро станет греметь на весь Союз.
— Тёть Лен, будь готова к тому, что скоро наш город станет закрытым.
— Да ты что?? А почему?
— Пока больше ничего не могу сказать, но поверь на слово — грядут большие перемены… Ты вот сама посуди — почему руководство страны пошло на такое дикое нарушение основного правила?
— Какого правила? — не поняла предрик.
— А такого, что родственники стали у руля не только предприятия, но и города с районом.
— Блин, Костя… а ведь мне это как-то на ум не пришло… И почему?
— Потому что сейчас в руководстве должны остаться только люди, прошедшие проверку руководства страны и Комитета. Ивановы… Шмелёвы… ты… намёк поняла?
— Не совсем.
— Ты была подопытным кроликом при лечении просто так?
— Для кого, Костя?
— Для САМОГО, только я тебе ничего не говорил.
— Ох, господи… да я… поняла, Костя…
— Поэтому в скором времени до тебя доведут всё, что ты должна знать.
— Кто доведёт?
— Подполковник Остапов. Сама понимаешь, это не в моей юрисдикции. И, пожалуйста, не проявляй ненужную инициативу — всему своё время. Просто делай то, что велят.
— Я тебя поняла, Костя… да-а-а, вот это перспективы…
— И ещё… Ира с Юлей входят в активную стадию реализации идеологического проекта, поэтому поддержка райисполкома им очень понадобится.
— Намёк поняла. Как только обратятся, помогу, чем смогу.
11 сентября 1982 года. Актовый зал средней школы № 12. Четыре часа пополудни 
В то время как Костя в свободное от работы время корпел над комплексом приборов по заданию руководителя страны, его сестра с помощницей продолжали набирать костяк команды. Две основные вокалистки Настя Сафонова и Оля Князева, бас-гитара — Олег Ермаков, клавишник — Аня Кузьмина. Эти четверо уже стали своими. Антон Вишневский, возжелавший взять на себя ношу реквизитора, сегодня пришёл не один, а с отцом и матерью. Пока собирались претенденты из молодёжи, он вместе с родителями подошёл к Звонцовой.
— Добрый вечер, Юлия Андреевна. Вот, мои родители — Сергей Владимирович и Ольга Юрьевна. Я вам уже говорил о них.
— Добрый вечер, — кивнула она. — Очень рада познакомиться.
— Здравствуйте, — ответила мать. — Антон говорил мне о вашем намерении создать вокально-инструментальную группу. Вижу, что с инструментами у вас всё в порядке…
— А откуда у вас такая серьёзная техника? — кивнул глава семьи на оборудование в руках у Олега, который его настраивал в этот момент под себя. — Я в молодости немного бренчал на гитаре в заводской группе и могу судить, что гитары не из дешёвых.
— Сергей Владимирович, это продукция «Прометея», — ответила Ира.
— Даже так? — удивился он. — Да-а-а, наконец-то и у нас в стране начали делать что-то качественное… а клавишник?
— И он тоже.
— Ну, мать, тогда ты просто обязана помочь группе с костюмами.
— Хорошо, — улыбнулась та. — Вы уже определились с имиджем ВИА?
— В принципе, да, — ответила Звонцова, — но есть несколько вариантов. Я не настолько компетентна в кройке и шитье, чтобы принять окончательное решение.
— Они у вас с собой?
— Нет, мы не знали, что Антон приведёт вас, как консультанта.
— Хорошо, тогда передадите эскизы через моего сына, а я к каждому подпишу на отдельном листке своё мнение, — предложила она.
— Сергей Владимирович, а как у вас на предприятии отнесутся к выпуску новой продукции? — поинтересовалась Ира.
— Новой продукции? — усмехнулся он. — Какие-нибудь ботинки в стиле «прощай молодость»?[14]
— Вы слышали о «ботинках» фирм «Пума» и «Адидас»? — с такой же иронией ответила ему Шмелёва.
 
— И вы думаете, что нам дадут их выпускать без лицензии? Да если даже эти препоны сойдут на нет, где взять материалы?
— Поговорите с руководством, если мы дадим вам новое направление кроссовок, а заодно выйдем с инициативой наверх, чтобы обеспечить вас сырьём — найдётся квалифицированный персонал, чтобы их шить?
— Мой цех точно сможет это сделать! — у Вишневского-старшего сразу загорелись глаза. — А у вас есть такие связи?
— Найдём, — уклончиво ответила Ира. — Хотя бы для того, чтобы обеспечить, скажем так, одну группу людей. Человек двести.
— А потом?
— А потом ваша фабрика станет греметь на весь Союз… нет, я серьёзно.
— Будет день — будет пища. Решайте вопрос о сырье и выкройках, а потом я просто поставлю директора перед свершившимся фактом. Дело в том, что последнее время у нашей фабрики почти нет заказов.
— Намёк поняла. В понедельник попробую прозондировать почву.
Пока шёл разговор, в актовый зал привалило много народа. Основной возраст колебался в пределах 16–18 лет, но некоторая часть выходила за эти рамки — пришло несколько совсем юных конкурсантов и четверо парней и девчонок более зрелого возраста. Последние держались кучкой и с интересом поглядывали на остальных.
Юля с Ирой переглянулись, и Звонцова подошла к ним.
— Добрый вечер. Решили тоже поучаствовать в конкурсе?
— Здравствуйте, — вперёд вышла девушка, фигура которой сразу заставила Юлю подумать, что та была спортсменкой. — Нет, мне младшая сестра сказала, что вы набираете группу прикрытия для музыкантов. Скажите, это связано с негласным противостоянием районов города?
— Можно и так сказать — кивнула Юля.
— Нина Князева, — представилась девушка. — Раньше была спортсменкой — бегуньей, потом травма, а затем и возраст подошёл… в общем, списали меня вчистую… — вздохнула та. — Работаю на обувной фабрике и числюсь в ОКОДе, но сами понимаете, что без нормального образования это не жизнь, а так…
— А остальные? — Звонцова кивнула двух парней и девушку.
— Мои коллеги по ОКОДу. Вторая девушка — Света — моя подруга, работаем на одной фабрике. Парни — Игорь и Дмитрий — работают на химзаводе. Все бывшие спортсмены. У них примерно та же история — в спорте оказались бесперспективными.
— Есть мысль создать перспективное подразделение внутреннего порядка в городе, состоящее из молодых кадров.
— А чем милиция не устраивает? — удивилась Нина.
— Пока я не могу приоткрыть эту тайну, но в ближайшие полгода-год в Рябиновске настанут глобальные перемены. Уж поверьте мне.
— А вы в каком подразделении служите? — усмехнулась Князева-старшая.
— Вот, — Юля показала удостоверение.
— Ого… Насколько знаю, Пятый отдел КГБ — это идеологи, да?
— Совершенно верно. Но нас плотно будут опекать и другие отделы.
— Значит, Рябиновск скоро станет закрытым городом?
— А откуда такие познания? — нахмурилась Звонцова.
— Всё очень просто — наш с Олей отец раньше служил лётчиком-испытателем в закрытом городке. А там было только ВАИ[15] и ваши коллеги. Поэтому я в курсе, — улыбнулась она.
— Понятно, — ответила ей тем же Юля. — Ну, так что? Вы согласны помочь нам?
— Конечно! Но вы же понимаете, что без физподготовки это будет не подразделение, а так… — Нина махнула рукой.
— Не вижу проблемы, — пожала плечами Звонцова. — Попросим руководство города помочь со спортивным залом.
— И нам пойдут навстречу? — удивилась Князева-старшая.
— Ещё как!
— Тогда почему бы и нет? Кстати, есть ещё с десяток парней и девушек, кто раньше был спортсменом, но потом карьеру не сделал. Мы же просто пришли узнать, что да как.
— Тогда на следующее собрание приглашайте и их.
— А сколько вообще будет людей?
— Нужно охватить все районы города. Ориентировочно будет один представитель правоохранительных органов и группа молодёжи.