Измена. Дар богини драконов (СИ)

— Я ждал тебя, думал, что ты или заблудилась, или забилась в укромном уголке, надеясь избежать продолжения нашей беседы.
Высоко вскидываю голову и произношу вычитанную фразу слово в слово. По вытянувшемуся лицу Эрнана понимаю, что сказала что-то не то. У меня не было практики с носителями языка, так что с произношением все могло быть не так радужно, как я себе представляла.
— Откуда ты знаешь древний драконий? — ошеломленно спрашивает он.
— В монастыре выучила. Что-то сказала не так?
— Не знаю. Я и сам его не очень хорошо знаю. Это мертвый язык. Им давно не пользуются. Современный драконий стал гораздо проще.
— Перевести?
— Нет. Я понял, о чем ты. Только откуда ты это взяла?
— Из книги в библиотеке. «Уклад».
— Эта книга, можно сказать, семейная реликвия. Она передается из поколения в поколение Морриганов. Когда-то давно эти законы имели силу, а сейчас это просто история. Однако я понял, что ты чем-то недовольна. Чего же ты хочешь, Ясмина?
— Хочу, чтобы с моим мнением и желаниями считались. Я не предмет, которым можно пользоваться, когда хозяину заблагорассудится.
— Вот как? — Эрнан поднимается с кровати и направляется ко мне. В глазах плещется неутоленный голод. Я, что, опять что-то не так сказала и спровоцировала его?
— Это еще не все. Я доверяю тебе и хочу, чтобы ты доверял мне. Для меня не существует других мужчин. Ты дан мне судьбой и никто другой мне не нужен.
— Хорошо, Ясмина. Как насчет выполнения своего предназначения, определенного самой Богиней? Ты же не пойдешь против ее воли?
В его обволакивающем голосе слышится хрипотца. Он уже так близко, что я чувствую жар его тела. Он загнал меня в ловушку. Я не смогу отказать ему. Он целует меня, но совсем не так, как в прошлый раз. В его поцелуе нет грубости. Ловлю его стон и догадываюсь: болит губа. Несмотря на боль, он продолжает целовать меня, тягуче, сладко, а потом подхватывает на руки и относит в кровать.
Каждым движением, каждой незатейливой лаской он показывает, каким нежным может быть. После он сгребает меня в охапку и засыпает, прижимая к себе, к самому сердцу. Я же долго не могу уснуть, прислушиваюсь к его размеренному дыханию, думаю о том, почему его так сложно понять. Заснув, сплю тревожно, просыпаюсь от каждого шороха. Потому сразу подскакиваю в постели, когда с мужем начинает происходить странное.
Эрнан мечется в кровати, и его лицо искажено страшной гримасой. На лбу проступили капли пота, а на висках появилась черная чешуя. Губы его что-то бормочут, но что именно я разобрать не могу. Ему снится кошмар, но проснуться он не может. Трясу его за плечи, прошу открыть глаза, но сон слишком крепко держит его в своих лапах. Отчаявшись, даю ему две звонкие оплеухи.
Подействовало. Эрнан открывает глаза и садится в кровати. Дышит тяжело и прерывисто, пытается понять, где он.
— Это всего лишь сон, Эрнан. Все хорошо.
Он набирает полную грудь воздуха и шумно выдыхает. Лицо приобретает осмысленное выражение. Чешуя втягивается под кожу.
— Что тебе снилось?
Он смотрит на меня так, будто я спросила что-то немыслимое. Отирает пот со лба.
— Ничего, просто кошмар. Я что-то говорил?
Качаю головой.
Вижу облегчение на его лице. Почему он так встревожился из-за того, что мог что-то сказать во сне? Ему есть что скрывать? Что-то мне подсказывает, что такие сны видит он часто.
Видимо, Эрнан считает тему закрытой, встает и уходит, оставляя меня без объяснений. На улице темно, рассвет не близко. Но уснуть у меня не получается. Слишком много событий сегодня произошло, которым я не могу дать оценку. Лишь под утро мне удается сомкнуть глаза. Как итог, завтрак я проспала. В монастыре мы вставали в шесть утра. Проспать было просто невозможно. Дежурная старшая сестра все равно растолкала бы, да еще придумала бы какое-нибудь наказание.
Обедаю в одиночестве. От Аиды узнаю, что Эрнан сегодня не спускался. Неужели опять заработался? А я ведь даже ничего не знаю о том, чем он занимается. Я вообще о нем ничего не знаю.
Сразу после обеда прибегает Лилия. Она сразу подмечает, что я выгляжу не выспавшейся и усталой.
 
— Что-то случилось? — с сочувствием спрашивает она.
— Просто не выспалась.
— А как же чай? — она падает в кресло и вытягивает ноги. — Неужели не помог? Я от него сплю слаще, чем младенец.
— Я его не пила.
— Как же так? — она строит обиженную мордашку. — Я так старалась, выбирая тебе подарок. Неси его сюда, устроим чаепитие, совсем как в детстве, на кухне твоей тетушки.
— Чая нет. Я его выбросила.
— Выбросила? — в ее взгляде плещется удивление. — Но почему?
— Он пах жабьим глазом. Ты знаешь что это такое?
— Трава какая-то, — безразлично пожимает плечами подруга.
— От которой кожа слазит лоскутами…
— Какой ужас? — Лилия прикрывает рот ладошкой. — Погоди что-то тут не то. С чего ты решила, что в сборе какой-то там глаз?
— Запах.
— Нет, погоди. Хозяин лавки — дракон. Он очень дорожит своей безупречной репутацией. Все сырье проходит через него. Уж он точно учуял бы, что в сбор попало что-то лишнее. Твой нюх ни в какое сравнение не идет со способностями драконов. Тебе почудилось что-то, и ты выбросила подарок, купленный с душой, — она поджимает губы и отворачивается, пытаясь скрыть обиду.
— Ну, прости меня, — чувствую себя виноватой.
— Да ладно, ничего страшного, — Лилия смаргивает выступившую слезу. — Просто на будущее, прежде чем что-то сделать, посоветуйся со мной, просто посоветуйся.
— Хорошо.
— Вот и умница. Лучше расскажи мне, как прошла встреча со свекровью.
— Никак. Мы не разговаривали. Мне кажется, я ей не нравлюсь.
— Да ей никто не нравится! Только себя и любит. Если будет цепляться, ты ей сразу укажи на ее место, чтобы знала, кто здесь хозяйка.
— Какой бы она ни была, она мать моего мужа, и я должна относиться к ней с уважением.
— Вот ты рохля. Это тебе не монастырь с вашими песенками во славу Богини. Здесь так нельзя, здесь или ты, или тебя. Я через такое прошла, что на моем месте ты просто сломалась бы. И я в ту жизнь больше не хочу. И за свое счастье я буду бороться всеми способами.
Лилия произносит это с такой горячей убежденностью, что мне становится не по себе.
— Но ты ведь сейчас счастлива, у тебя же все хорошо? — неуверенно спрашиваю.
— Лучше всех, — вдруг смеется она. — Не бери в голову. Давай лучше заниматься. Скоро день цветения драконьего древа. В этот день твой муж должен будет представить тебя древним родам. От твоего поведения будет зависеть, признают ли тебя самые могущественные драконы.
В течение нескольких часов Лилия рассказывает мне о тонкостях драконьего этикета. Каждая мелочь, каждая деталь имеет значение. Оказывается, имеет смысл даже угол наклона головы при реверансе. Драконы очень трепетно относятся к языку тела. Один из жестов мы разучиваем очень долго. Это способ выражения наивысшего почтения и ошибиться с его исполнением никак нельзя. Именно его я должна буду воспроизвести с ювелирной точностью сразу же после представления меня высшим родам. Как и вчера, Лилия просит меня не говорить ничего о наших занятиях Эрнану. По ее мнению, мое знание всех драконьих премудростей должно остаться секретом. Такой сюрприз он точно оценит.
С этого дня занятия с Лилией становятся ежедневными. Даже не знаю, как выразить ей благодарность. Возится со мной, время тратит. К слову, ее визиты разбавляют мои серые будни. Иначе я давно уже завяла бы от своей неприкаянности.
Эрнан приходит ко мне только по ночам. Только тогда я чувствую связь между нами. Он бывает и нежным, и страстным, иногда мне даже кажется, что я имею для него какое-то значение. Но с наступлением утра я каждый раз вижу холодного и чужого мужчину. Мои попытки сблизиться с ним, поговорить, он пресекает на корню.
Как-то раз, когда он явился в спальню, чтобы исполнить супружеский долг, я попросила его рассказать немного о себе. Мне надоело быть женой незнакомца.