Фиктивная жена Артефактора (СИ)

— Вы хотите сказать, что предлагаете мне заключить фиктивный брак? — Витори была в шоке, это читалось по ее глазам.
Нужно было действовать на опережение и предупредить о возможных плюсах и минусах данного соглашения.
— Именно. Вы сможете развлекаться в светских кругах, найти себе работу, удалиться в мое семейное поместье и наслаждаться пением птиц по утрам — все что угодно на Ваш выбор. — Я надеялся, что эти моменты смягчат горькую пилюлю, того, что будет сказано далее. — Прошу лишь об одном, мне нужна Ваша супружеская верность. Если наступит такой момент и Вы влюбитесь в кого-то, прежде чем падать в его объятия, обсудите это со мной. Во-первых, у меня не должно быть детей сомнительного происхождения. А во-вторых, кому как не мне хорошо известно, как отличить порядочного человека от беспутного.
Девушка молчала, судя по ее то открывающемуся рту, то закрывающемуся, она не находила слов. Почему-то крепла уверенность, что не от счастья. Взгляд привлекли ее губы. Они так и манили к поцелую, словно умоляли прикоснуться к ним, но я старательно держался, иначе все сказанное ранее станет просто смехотворным.
— Господин Грантербер...
— Вам дозволено называть меня по имени.
— Эрик, Вы сошли с ума? — наконец нашлась, что сказать она.
Да, не таких слов я ждал, но я сразу предполагал, что просто не будет.
— Не исключено, — пожал плечами, понимая, что Витори отчасти права.
— Если я и стану чьей-то женой, то только по любви и взаимному согласию. 
— Разумеется, — я оттолкнулся от края стола и присел на корточки перед девушкой.
Вид открывался прекрасный. Тонкая, стройная, она так бережно прижимала к себе подушку, что в своем негодовании и не заметила, как та спустилась вниз, чем еще больше выпячивала грудь. Скорее всего это было неосознанным жестом, но столь притягательным, что у меня начало немного плыть все перед глазами.
— Я прекрасно понимаю, что Вы помогли мне и не стали афишировать мою ложь, чем спасли мою внутрисемейную репутацию и спокойную жизнь. Что ж, я могу допустить для Вас исключение, с условием, что жить мы будем вместе, и верность будет взаимной. Ни одна живая душа не должна будет даже предположить, что мы не питаем нежных чувств к друг другу.
Мне словно перекрыли возможность дышать. Она это серьезно?
— Витори, если я буду жить с Вами под одной крышей и не иметь возможности прикоснуться к другой женщине, то рано или поздно упаду вместе с Вами в кровать. Поверьте, у нас там найдутся веселые приключения, исключающие сон, — честно признался девице, которая даже понятия не имела, о чем говорила и что требовала.
Девушка поднялась и отбросила подушку в сторону, расправила складки платья и гордо подняла голову.
— Либо так, либо никак. Подумайте над моим предложением, оно единственный способ заполучить мое согласие.
Захотелось придушить собственными руками это прелестное создание, но я сдержался, отвлекаясь на стук в дверь. В проеме появился Ксандр и вид у него был взъерошенный и возбужденный.
— О-о... — только и протянул он.
— Всего Вам наилучшего, — махнула юбками Витори на прощание. — Дорогу я сама найду. 
А мне оставалось только поймать недоуменный взгляд друга и плеснуть нам по стакану крепкого, чтобы этот разговор стал казаться не таким ужасающим.
  
10
 
Разумеется, как только повозка затормозила у парадной двери, то я уже понимала, что ждет меня впереди. Как только Сматс открыл, заметила, что вся семья уже стоит в ожидании шокирующих подробностей.
— Свадьбы не будет! — решительно заявила я, и прошмыгнула к лестнице, чтобы скрыться в собственной комнате.
Снизу доносились голоса, но я успела краем глаза заметить хитрую улыбку Олеан. Она злорадствовала. Но даже из вредности, я не могла поставить на кон всю свою жизнь. Уж лучше быть посмешищем в семье, чем прожить с гулякой, не планирующем исправление. Но был и плюс, он не врал мне в своих намерениях.
Оказавшись в тишине своей спальни, я почти прыгнула в постель. Ну не дура ли? Этих нервных потрясений хватит, чтобы никогда в жизни больше никому и ни за что не врать. Это дело мало того, что сомнительное, так еще и опасное.
 
— Дорогая, можно?
Маменьке нетерпелось поскорее узнать все подробности моего сомнительного свидания.
— Нет! Мне нужно отдохнуть. Не хочу никого видеть и слышать.
Мне было больно и обидно говорить столь громкие слова
— Витори, он тебя чем-то обидел?
Она еще спрашивала. Конечно, обидел, но не настолько, чтобы я закатила подобный концерт.
— Это все это платье виновато.
То, что Грантербер согласится на мои условия, я практически не сомневалась, но хотелось узнать, как далеко пойдет матушка в своем стремлении сбыть меня с рук. Если утром пробежит еще один слух, в котором будет участвовать мое изумительное платье, догадка жениха подтвердится, а я моя вера в семейные узы рухнет, как карточный домик.
— Я уверена, что ты произвела на него впечатление и господин Грантербер просто не смог устоять, — оправдывала жениха мама из-за двери, не решаясь войти.
Ох, уж эти мамы и их вечная "забота". Неужели она решила, что Эрик ко мне домогался? Пф-ф.
Я мечтательно уставилась в потолок, воображая, что было бы если бы мы познакомились по-настоящему и влюбились. Возможно ли это? Грантербер слишком долго был холост и скорее всего был далек от серьезных намерений, а я никогда бы не захотела стать доступным увлечением. Мы из разных миров магов и простых людей. Бездарность ему ни к чему. Родовитые семью ищут всегда магически одаренных кандидатов на руки и сердца. Здесь даже деньги не много решали, а были скорее приятным бонусом.
Пока что я могла похвастаться лишь предприимчивой родительницей, стервозной сестрой и слишком добрым всепрощающим отцом.
А ведь изначально проблема была только в том, что Олеан возомнила себя невестой маркиза Пларувелла. Если бы не это ее маниакальное желание окольцевать его, то ничего подобного бы и не случилось. К тому же, просто не возникло вопроса с моим замужеством. И кто вдруг решил, что старшая сестра должна выходить первой замуж?
В дверь снова постучали, но на этот раз не стали спрашивать разрешения. Это был отец. Он просто стоял в проеме и улыбался своей нежной улыбкой, которая поддерживала меня все детство и научила верить в людей. 
— Я говорил, что ты настоящая красавица? — спросил папа. 
Я села на постели, свесив босые ноги и понурив голову. Он всегда был для меня образцом терпения, заботы и безграничной любви.
— В детстве разве что.
— Ты выросла в красивую и уверенную в себе молодую девушку. Не согласишься ли ты сопроводить старика на прогулке?
Он протянул руку, и я тут же подорвалась, чтобы взять ее. Когда любой такой момент единения может оказаться в любую минуту последним, то нужно ценить каждый миг.
Папа дал мне немного времени переодеться, и уже спустя полчаса я стояла в холле. Неодобрительные взгляды сестры и мамы были очень красноречивы, но мы их проигнорировали. 
— Витори, ты стала уже совсем взрослой, но для меня ты остаешься все той же маленькой девочкой с забавными белыми косичками. Я желаю тебе только добра, поэтому буду честен и откровенен, — его голос становился все тише, казалось, что даже речь давалась с трудом, но он старался. — К моменту перехода меня за Грань, я бы хотел быть уверенным, что мои дочери в надежных руках, у них есть семьи и они обрели свое счастье. Эрик Грантербер уважаемый мужчина, но если он обидел тебя, то я готов устроить ему неприятности. Мы не сильно значимые фигуры в королевстве, но и у меня есть хорошие знакомства, которые помогут воплотить это в жизнь.
Отец замолчал, а я поняла, что готова вот-вот расплакаться. Для него я так и осталась маленькой девочкой, которую нужно защищать. Он был сильно ослаблен этой гадкой болезнью, и несмотря на улучшение, прогнозы лекарей были не самыми благоприятными.
— Он не причинил мне никакого вреда, но все усложнилось вмешательством короля.