Фиктивная жена Артефактора (СИ)

Однозначно, это было непростое решение, принятое мужем. Он не был злым или расчетливым, если не считать, как ловко он заманил меня в свои брачные сети, но, если он так поступил, значит, иных вариантов не было.
— Будем надеяться, что все будет хорошо, — примирительно проговорила я, обнимая шею мужа. 
Эрик тут же откликнулся и приник к моим губам, в то время, как из моей груди вместо признания в чувствах вырвался стон удовольствия.
Не сегодня, но однажды, я скажу ему всё, что думаю, а пока остается только позволить эту манипуляцию через мое тело и душу. Когда-нибудь, он узнает, как сильно я его люблю, что он единственный человек на всем белом свете, которому я доверяю свое сердце и душу.
  
32
 
Эрик Грантербер 
Я лежал в постели, перебирая такие светлые, почти белые, спутавшиеся локоны Витори. Она была маленькой, хрупкой, но очень женственной. Бунтарский дух придавал ей только большую притягательность. С такой женщиной можно было провести всю оставшуюся жизнь, ни о чем не переживая. Но условия нашего договора четко разграничивали привязанность. Она была моей женой, но стоило помнить, что семейная идиллия продлится недолго – ровно пока не родит мне пары наследников. С таким успехом это продлится максимум лет пять. Я бы с огромным удовольствием послал куда подальше все эти договоры и просто наслаждался душевным теплом и любовью, если бы она только захотела. Стоило ей только начать этот разговор, и мы бы преодолели все невзгоды и трудности вместе. А пока мне оставалось только помогать по мере возможностей.
Витори была особенной: верная подруга, пылкая любовница, внимательная собеседница. Она станет прекрасной матерью, и я положу целый мир ради счастья ее и детей. Но мне и самому требовалось душевное тепло, которым она щедро делилась сейчас, но продолжит ли, когда условия договора будут выполнены?
Было столько вопросов, к сожалению, которые я не решусь ей задать.
Девушка зашевелилась и во сне что-то пробормотала. Она и сама была морально вымотана. Хотелось сделать для нее кое-что, хотя она никогда бы не попросила об этом нужно было выяснить — кто же ее родители на самом деле. Меня нисколько не смущало, что я избрал себе графскую дочь из уважаемого семейства, а достался плод внебрачной графской измены. 
Я выбрался из постели и бесшумно оделся. Поцеловав в висок жену, вышел прочь из комнаты. Нужно было отправляться в ратушу, чтобы найти документы, когда граф женился и сверить со всеми данными о новорожденных девятнадцать-двадцать лет назад. Если Витори была представлена ко двору, значит, что ее рождение регистрировали, как полагается, что существенно облегчало поиски. Другое дело, была ли верной дата ее рождения.
Прихватив с собой брачный договор, я выскользнул через парадную дверь, сообщив экономке, что уехал до обеда, и если госпожа Грантербер спросит, то, когда вернусь, мы отправимся с визитом к ее отцу.
Нужно было чем-то ее порадовать, и думаю, что компания отца ей была бы приятна.
Пойманная около особняка повозка, медленно ехала по городку, что давало немного времени на раздумья. Но вскоре мы притормозили около ратуши. Расплатившись с извозчиком, я отправился прямиком в архив. Документ, подтверждающий мой брак с Витори, открывал все двери.
— Добрый день, — я поздоровался с господином в очках с толстыми стеклами. — Мне нужна информация о семье моей супруги.
Мужчина ухмыльнулся, словно к нему ежедневно приходили с подобными запросами.
— И вам не хворать. А документики при себе имеются?
— Имеются, — я протянул папку с необходимыми бумагами.
Архивный работник внимательно принялся изучать их, а затем поднял голову и произнес:
— У Вас очень занятная жена.
— И чем же?
— Вы уже третий, кто ею интересуется. Сейчас принесу все, что необходимо.
Эта новость мне не понравилась. Кому могла понадобиться информация о Витори? Да и зачем она, разве что...
Мои мысли прервал архивариус, положивший передо мной небольшую коробку. Я постарался не выдать своего волнения. Мало ли, что я там обнаружу. Но это оказались всего лишь бумаги, когда я перебрал каждую из них, то обнаружил на дне кулон. Крошечная подвеска в виде дракончика с изумрудным глазом навела меня на необычные выводы. Маловероятно, что Витори могла принадлежать к роду драконов. 
 
Даже если не брать в расчет, что в наше время они были всего лишь сказкой, то в старых летописях драконы значились, как огромные собственники, которые непременно заботились о своем потомстве. В любом случае это было необходимо обсудить с Аргейлом. Кажется, пришло время вскрыть карты. Только он мог знать правду, потому что бумаги не выдали никакой нужной информации.
Обычная девушка, знатного происхождения — старшая дочь графа Адольфо Абертана и Сальмы Абертан. В бумагах все было чисто и законно.
— Подскажите, а помните ли Вы, кто приходил и интересовался данными моей супруги?
Мне могло и повезти, поэтому лишним не было поинтересоваться и этим.
Мужчина задумался и почесал сальный седоватый затылок, поправил очки и пожал плечами.
— Была необычайно красивая девушка, она мне даже сладости принесла и был еще мужчина средних лет. Мне даже показалось, что он болен.
Данные были очень расплывчатыми, но стоило обратиться к графу, чтобы узнать, не он ли один из посетителей. А девушка? Могла ли это быть Олеан? В этом я очень сомневался, но можно было узнать и ответ на этот вопрос. Во всяком случае, теперь мне было чем заняться. Но сначала стоило навестить тестя, прежде чем беспокоить Аргейла. 
Попрощавшись с архивариусом, я бросил ему монетку за старания, незаметно спрятав подвеску в рукав. Это и будет моим козырем в рукаве.
На улице быстро поймал экипаж и отправился прямо в лечебницу. Лучше было обсудить этот вопрос, когда не будет в свидетелях Витори. Мне хотелось поберечь ее душу, которая и так исстрадалась за этот короткий промежуток времени. 
Мысли вновь вернулись к жене. Какой бы идеальной она не была, стоило помнить, что она всего лишь женщина, а значит, способна на обман и коварство, в которые мне так не хотелось верить. 
Разве нельзя было просто любить и хранить сердце для семьи? Возможно, когда-нибудь я смогу ей довериться.
  
33
 
Эрик Грантербер 
Получив разрешение у господина Броминца, я вошел в палату. Вероятно, наш лекарь лучший, потому как граф выглядел намного лучше прежнего.
— Добрый день, — я поклонился тестю.
— Здравствуй, Эрик, — мы пожали друг другу руки. — Где же Витори?
— Позже и она приедет, но мне необходимо было переговорить с Вами с глазу на глаз, — я не знал, как правильно начать этот разговор, потому что хрупкое здоровье графа не позволяло допустить никаких нервных перенапряжений. 
— И что же ты хотел со мной обсудить?
— Мне хотелось бы узнать, что наследует Витори, в случае Вашей смерти.
Лучше всего было зайти с меркантильной стороны.
— Как сказал мой лекарь, в ближайшее время, если я наберусь достаточно сил, то моей жизни ничего не будет угрожать, — слабым голосом изрек тесть.
Я кивнул, но решил настоять на своем.
— И все же? Вы должны знать, со мной Витори не грозит бедность, но ее крутой нрав не дает мне уверенности, что она не сбежит в одно прекрасное утро.
— Мальчик мой, тебе стоило бы забыть прошлое и смотреть в счастливое будущее. Я знаю свою дочь, она никогда бы не вышла за тебя, если бы была равнодушна. 
Голос графа дрогнул, и он закашлял. Мне было его жаль. Он был хорошим человеком.
— И всё же? — я дождался, когда собеседника отпустит приступ.
— Витори досталось приданное, которое в разы больше, чем у Олеан, хоть и достаточно скромное. В случае моей смерти ей достанется небольшой домик в горах, который я построил очень давно. Он сейчас необитаем, но когда-то там было очень хорошо.
А вот и зацепка. Мысленно я уже потирал руки, что нащипал нужную нить, которая и выведет нас в правильное направление.