Мессия (СИ)

Европейских колонистов-крестьян к войне готовили. Не как профессиональных воинов, конечно, но давать по два залпа в минуту с укреплённых позиций они были способны. К тому-же в лоб злобным горцам продолжали бить пушки, мушкеты и арбалеты. Когда, чудом выживший, Манко Капак скомандовал отступление, его отряд уже сократился на добрых две трети, а в тыл ему зашли тридцать драгун во главе с двумя рыцарями Святого престола, начинавшими воевать ещё в Святой земле. Едва увидев у себя за спиной три десятка четвероногих двухголовых монстров, свирепые дикари сразу попадали на землю и прекратили сопротивление, стоять на ногах остался только «сын бога Солнца и богини Луны», да и то ненадолго, один из рыцарей заплёл ему ноги кнутом, и волоком оттащил к регенту колонии.
– И где он сейчас? – поинтересовался Ле Брюн.
– В Панаме, Сир. Шесть сотен пленных в трудовой армии, строят каменную крепость в устье Колорадо, а их вождь сидит в крепости. милорд Каррагер назначил за него выкуп.
– Вот как? И большой выкуп?
– Тысячу шестьсот пятьдесят [84] фунтов золота.
– Солидно. А почему именно тысячу шестьсот пятьдесят?
– Точно не знаю. Вроде, он сам это предложил. Десять раз по столько, сколько весит, а потянул этот горский вождь на сто шестьдесят пять фунтов. Сир, корабля в тот момент в Панаме могло и так не оказаться. Он там сейчас всего на три дня задерживается. Погрузка недолгая… нет пока грузов, всё по мелочи…
– Могло и такое быть. – сухо кивнул Ле Брюн – Хорошо, что всё хорошо закончилось. Поставьте в церкви свечку и не забудьте отблагодарить графа Каррагера. Кстати, зачем у вас винджаммеры до сих пор ходят с пушками и артиллеристами? Случались нападения?
– Нет, не случались, но вы же не приказывали их разоружить, Сир.
– Не приказывал, я про них уже и думать забыл. Но вы-то ими командуете, неужели трудно было догадаться?
– Виноват, Сир.
– Виноваты, барон. Но на этот раз мы с вами оба виноваты. Распорядитесь разоружить два корабля в Бразилии и два в Панаме. Не нравятся мне дикие горцы, которые могут собирать отряды в две тысячи бойцов и выплачивать тысячу шестьсот пятьдесят фунтов золота выкупом за своего вождя. Значит, не такие уж они и дикие… Вы ещё не доложили, на что выменяли участок на правом берегу Гудзона.
– На триста бочек рома, Сир.
– Очень интересно. – усмехнулся адмирал, явно подражая Ричарду – Откуда у вас взялись триста бочек рома?
– Триста бочек нужно будет отдать за пять лет, Сир. По тридцать каждую весну и осень. Мы гоним по пятьдесят за полгода, так что проблема не столько в роме, сколько в самих бочках, их всем не хватает – и нам, и Панаме, и Бразилии. Хранить на берегу всё можно и в глиняных амфорах, но перевозить по морю в них очень неудобно. И крепить сложно, и входит их мало.
– Я в курсе, Милорд. И как вы решили эту проблему? Нашёлся специалист среди колонистов?
– К сожалению нет, Сир. По всей видимости, хорошим бондарям и в Европе живётся неплохо. Есть столяры и плотники, они пробуют, но получается пока не очень. Я договорился с аборигенами, что бочки они будут возвращать, поэтому понадобится их всего пятьдесят.
– А если не вернут, или вернут рассохшиеся?
– Это мы специально обговорили, Сир. Они предупреждены, что пустыми бочки оставлять нельзя, будут заполнять их водой. Всё что не вернут, получат вместо бочек в глиняных амфорах. Гончаров у нас хватает.
– Ну, хоть кого-то хватает, слава Всевышнему. В целом, я вами доволен, барон. Всего действительно не предусмотришь, мы пока слишком мало знаем о наших соседях, но вы, очевидно, удачливы, и это главное. Я привёз бунтовщиков из Саксонии. Разрешаю вам выбрать сотню человек, там в основном городские, поэтому, может, и бондари найдутся.
– Всего сто, Сир? Это считая семьи?
– Нет, семьи в придачу.
– Много их, Сир? Есть из кого выбирать?
– Много, Милорд. Больше полутора тысяч семей.
– Почему-же мне всего сто, Сир? А остальных куда, в Панаму?
– Нет, в Панаму тоже сто, как и в Бразилию. Остальные начнут осваивать западный берег. Так что вам не всего сто, а целых сто и право первого выбора. Отблагодарить меня можете хорошим обедом, барон, соскучился я по вкусу местной дичи.
 
За обедом обсудили вовлечение аборигенов в товарно-денежные отношения. Глупыми местные жители не были, и удобства расчётов монетой оценить были способны, но вот беда – не было у них ничего на продажу, кроме земель, а земли было заселять пока некем. Такими темпами, уже купленное, дай Бог, освоить лет за двадцать. Нет, совсем уж дикими местные племена не были, они неплохо выделывали кожу и звериные шкурки, но кожи и без них хватало, а меха по качеству были гораздо хуже, чем привозимые из королевства Русов, и особым спросом они в Европе не пользовались. Колонии требовался строительный камень, древесина определённых сортов, кирпич и черепица, на производство которых было жалко отвлекать своих людей, но и местным заниматься этим не хотелось, им и так жилось неплохо. Стада бизонов в прериях, леса полны птицей, а рыбу в реках ловили чуть ли не руками. Небольшие огороды, обрабатываемые женщинами и детьми, добавляли разнообразия в рацион, а чего ещё желать простому аборигену? Зачем ему горбатится в каменоломнях и на лесозаготовках, если и так уже всё, что нужно, у него есть? А вот с ромом могло получиться удачно. В Европе его не приняли, несмотря на рекламу, патоки в Панаме, с каждым годом, производится всё больше, так почему бы и нет? Товар эксклюзивный, назначай за него цену, и цену на потребные товары, глядишь, постепенно всё и наладится. Это сейчас аборигены воюют ради славы и десятка девиц, а если у них появится финансовый интерес, то сильные загонят слабых в каменоломни и на лесоповал, но это уже их внутреннее дело. В итоге, пришли к выводу, что ром нужно рекламировать. Отправить пару кораблей в Великие озёра и угощать там всех желающих. В случае чего, корабли отобьются и без пушек, полсотни мушкетов на каждом борту, возможность грабежа практически исключала. Пусть тамошние аборигены тоже распробуют, проникнутся, привыкнут, а потом сами ищут возможность торговли. Начнутся войны между племенами? Так они начались ещё в незапамятные времена и с тех пор никогда не заканчиваются. Просто теперь добавится ещё одна цель – возможность торговать с бледнолицыми напрямую.
В колонии Мексика за год произошли большие изменения. Во-первых, здесь теперь находилась резиденция верховного вождя «Тита», а значит и столица народа Тольтеков; во-вторых, народ Тольтеков отличался удивительной работоспособностью и успел построить вполне приличный город, с тремя капитальными каменными строениями – цитаделью, дворцом «Тита» и христианской церковью в виде усечённой пирамиды; в-третьих, «Титу» подчинились бывшие враги – Ацтеки, Ольмеки и Майа, так что теперь колония Мексика граничила на юге с Панамой, а численность населения в ней точно превышала миллион, а может быть и два; и наконец, в-четвёртых, «Тит» уже довольно бойко изъяснялся на лингва-франка, а монах-миссионер Мартин доложил, что сам вождь и его ближайшее окружение достойны пополнить ряды христиан.
– Только вождь и ближайшее окружение? – уточнил у монаха адмирал.
– Насколько я понял пожелания Принцепса, то крещение должно быть для местных наградой, а с кого начинать награждение, как не с власти?
– С «Титом» я успел пообщаться. Его окружение так же старательно учило язык?
– Стараются все. Не только окружение вождя, но и простые горожане. «Патер ностер» [85] уже читают без ошибок.
 
– Хорошо. Только я думаю, что вождя из остальных нужно выделить. Крести сначала только его, остальные пусть ещё подождут.
– Сколько?
– Тебе видней. Пожелание Ричарда ты понял правильно, вот и награждай по мере заслуг. Я оставлю тебе помощников. В трюмах кораблей Саксонские мятежники, среди них есть грамотные, выбери десять человек, оставлю их с семьями здесь, в твоём распоряжении. Как не крути, а ты теперь регент огромной колонии, значит должна быть у тебя и своя администрация.