Наши попаданки лучше всех! (СИ)

Потом Санриэль повёл меня в свой кабинет или, может, это была библиотека, так как тут находилось огромное количество книг. Он снимал их с разных полок, и я так поняла, что выбирал он книги по наличию картинок в них. Там изображались различные виды животных, растений и даже разумных существ, которые населяют этот мир. Попутно Санриэль объяснял мне, какая раса как называется и пытался дать понять, кто из них добрые, а кого лучше остерегаться.
Рассматривать изображения обитателей этого мира было интересно, жаль только, что ни прочитать, ни понять хоть что-то из того, что про них написано или рассказано Санриэлем, я пока ещё не могла. Да и рисунки все были чёрно-белыми, а я такие с детства не люблю.
Но зато с этой библиотеки процесс моего обучения новому языку двинулся гораздо быстрее. В последующие дни и недели моей адаптацией к новому миру занимался не только мой прекрасный эльф, но и Майра. Она водила меня с собой на рынок, и я полностью погружалась не только в языковую среду города, но и в его колорит. Смотрела, как ведут себя тут женщины и мужчины, — да так же, как и в моём родном мире: женщина, — она везде и всегда остаётся женщиной, а мужчина — вид и размер не главные в этом определении, главное — внутренний стержень. Язык я осваивала весьма и весьма быстро и успешно, что было для меня необычно. Ещё бы! Оказавшись в обществе, где выразить свои потребности можно только на незнакомом языке, ты очень быстро начинаешь к нему привыкать. Вскоре я уже могла довольно внятно объясняться, причём не только именами существительными, но и с помощью глаголов, прилагательных и даже матерных слов, подслушанных мною на рынках и улицах города.
В доме Санриэля я старалась по максимуму показать свою пользу в ведении домашнего хозяйства. Так, помогая Майре, я как бы благодарила их за то, что не выкинули меня, за то, что возятся со мною и кормят. Майре я очень нравилась, как и она мне. Добрейшей души человек, в этом мире она стала не столько подругой мне, сколько заменила мать. Кстати о моих родителях — я за ними очень скучаю. Иногда даже плачу, когда думаю о том, как они там переживают моё исчезновение. Если бы я только могла хоть что-то сделать, чтобы успокоить их, весточку передать, что я жива-здорова! Но я могу только ощущать своё бессилие и надеяться, что у них там всё будет хорошо.
Что же до моих отношений с Санриэлем, то часто я вспоминаю мультфильм Диснея «Русалочка». А именно тот момент, когда Дерек катает Ариэль в лодке и не может понять, что же это происходит вокруг, и что же эта девушка так странно смотрит на него? Вот так же и я, бывает, заглядываю в его глаза с ожиданием и желанием поцелуя, а он, как и принц мультяшный, смотрит и не понимает. А я, как та немая Ариэль, вроде и слов уже достаточно знаю, но они как-то не по романтической части.
За это время я смогла понять, что Санриэль в этом городе весьма уважаемый доктор. К нему практически каждый день кто-то приходит. Чаще с простыми недугами, но случалось мне видеть, как приносили и совсем тяжёлых больных. Даже было пару случаев, когда приносили раненых настолько, что казалось уже не встанут. Но Санриель умудрялся и таких выходить. Лишь раз за время моего пребывания тут был один смертельный случай, — слишком рваная рана была на шее у человека. Санриэль сказал, что это оборотень постарался. Именно тогда эльф разрешил мне войти в его лабораторию — нужны были дополнительные руки. А там… тьма тьмущая баночек и скляночек. С порошками, с мазями, с жидкостями и прочим, и прочим. И всё в рабочем таком беспорядке — видно, что Санриэль не только по готовым рецептам работает, но и сам экспериментирует.
В свою работу эльф был однозначно влюблён. Отрывался от больных только для времяпрепровождения в своей лаборатории, а от неё лишь изредка, чтобы прогуляться со мной раз в несколько дней по городу.
Вчера мы с ним отправились в городской парк. Перед тем, как выйти из дома, я попыталась привести волосы Санриэля в порядок, так как он сам ими вообще не занимался. Да, они у него, конечно, красивые, но всё же было бы лучше, если бы он их как-то собрал в косу, как другие эльфы, которых я видела в городе, или, на худой конец, в хвост. В хвосте такая грива тоже смотрелась бы сексуально. А то висят всё время, распущенными, мешают, в глаза лезут, особенно при работе. Или когда ветер сильный подует. Но Санриэль не разрешил. Отшатнулся от меня да ещё так глянул, будто я его убить хотела в благодарность за всё, что он для меня сделал. Ну и ладно. Не хочешь, как хочешь. Ходи лахудрой.
 
Во время самой прогулки мы неспешно разговаривали, всё больше о деревьях да травах. Какие вокруг растут, какие далеко. Для чего используются и как лечат. Скучно! Решила я немного подтолкнуть развитие событий в нужную мне сторону. А для этого пришлось подвернуть ножку.
— Ах! Ой, мамочки, как же больно!
— Кира, что случилось!
— Санриэль, я, кажется, ногу подвернула! Ах, как же больно! Ты не посмотришь?
— Конечно!
Я, судорожно вцепившись в спутника, с его помощью присела на лавочку, которая оказалась рядом, и, со слабым стоном покусывая губку, приподняла подол платья, обнажая щиколотку. Руки эльфа с врачебной точностью ощупали мою ногу, при этом он как-то странно на меня посмотрел, понял что ли, что я притворяюсь? Так как такое можно понять по щиколотке? Я ж не на открытый перелом жалуюсь! Но вслух мой доктор ничего не сказал, кроме того, что нужно вернуться домой и просто сегодня полежать, дав ноге отдых.
Я «честно» пыталась идти сама, но в виду сильной боли, так и отражавшейся в моём печальном взгляде, Санриэлю пришлось взять меня на руки. Я обвила его шею руками и, не отрываясь, смотрела на прекрасный и мужественный профиль. А когда мужчина моей мечты усадил меня на кресло в гостиной, я не могла не поблагодарить его и сделала это так, как и любая женщина, у которой для выражения благодарности ничего, кроме неё самой, не имеется: я его поцеловала. Просто нежно и совсем легонько прикоснулась губами к его губам и прошептала:
— Спасибо!
И я уж точно не ожидала, что в ответ на мой лёгкий поцелуй эльф начнёт бегать по своему дому, словно он тут заблудился, и кричать:
— Майра! Майра! Я забыл тебя предупредить, — скоро приезжает моя невеста! Подготовь, пожалуйста, для неё комнату. И много цветов! Она обожает цветы и не будет жить в доме, в котором зелень видна только из окна да на столе.
Перепуганная криками хозяина, Майра прибежала в гостиную и уставилась на меня так, будто это ко мне приезжает неизвестно откуда взявшаяся невеста. Я только плечами пожала, мол, знать не знаю, что происходит.
Всю ночь я думала над тем, что же мне теперь делать. Совершенно очевидно, что моего прекрасного эльфа я нисколько не интересую в качестве любимой женщины, а лишь только как неведома зверушка из неизвестного мира я и смогла его занять. Сильнее всего в эту ночь мне хотелось куда-нибудь исчезнуть. Чтоб утром меня тут уже не было и не нужно было бы смотреть Санриэлю в глаза. Но повторного чуда по телепортации меня в ещё одно измерение не случилось. Заснула я под утро с намерением двигаться дальше. Не хочу больше здесь оставаться. Что я буду тут делать, когда явится эта невеста, и станет его женой? Давиться слюнями и из безвыходности выполнять обязанности помощницы экономки? Нет, моя женская гордость меня удавит, заставит ноги топать навстречу неизвестности, тем самым, может, подтолкнёт и к верной гибели, но такому случиться не позволит. Моя женская гордость согласна голодать и пытаться заработать на тарелку супа и новое платье где-то в таверне, но только не прислуживать жене мужчины, который меня отверг.
Завтрак я проспала. Оно и к лучшему. В присутствии одной только Майры я выпила на кухне похожий на кофе напиток. Спросила, где Санриэль и почему он раньше ничего не говорил о том, что у него есть невеста.
— Не знаю, девочка, не знаю. Не в его привычках откровенничать со мной. Он хороший хозяин, таких ещё поискать. Я тем и довольствуюсь. В душу ему не лезу, в дела его тоже.