Псих. Тихая жизнь курсанта (СИ)
Садара не мог прикрыть всех троих поглощением магии, да и сомневался, что справится с таким объемом. Эта атака Сулимова напомнила ему о Тысячерукой Статуе Теслы, такая же непреодолимая и ужасающая мощь. И это было показателем того, как силен стал его бывший ученик.
— Мурама, Генри, ко мне! — выкрикнул Садара, отменив создаваемую им технику. — Генри, вперед, Мурама, за спину. Сосредоточьте магию. И раз!
Держа руки на плечах напарников, Садара вызвал свой Призрачный доспех, но потянул энергию не только из себя. Темно-синий, ярко-красный и бледно-желтый цвета переплелись в одном миксе, закрутились и изменились, разлившись чернотой.
И титанически огромный Черный Призрачный доспех возвысился над полем боя, потрясая всех своим могуществом и размерами.
И пусть сила финальной атаки Сулимова была ужасающа, комбинированный Призрачный доспех трех золдаров, выставив перед собой меч и щит, устоял и даже не потрескался. Земля задрожала, и некоторые из людей, наблюдавших за битвой в километре, даже попадали.
А Сулимов стоял, мрачно глядя разноцветными глазами на монстра перед собой.
«Я могу дать энергию, чтобы стать размером с него, но лишь на малое время, — Осибу пораженно охнул. — Я никогда не видел ничего подобного! Даже у отца!»
«Не нужно, — Сулимов махнул рукой, глядя, как торжественно и неспешно шагал к нему гигант, закрывавший собой небо. — Сосредоточь все в одной точке. Я попробую кое-что».
Применять это сразу было рискованно, Садара просто уйдет. Но если застичь его врасплох, во время его совместной с Генри и Мурамой атаки, может получиться. Нужно лишь не умереть сразу же после начала собственной атаки.
* * *— Золдары будут править миром, — Нуе Акумара дернулась, услышав, как безвольно оседали на землю солдаты империи.
Она и сама была бы рада, но ей не позволяло ее положение. И сын, все еще упрямо стоящий подле.
— Он будет там, мама, — сказал Шицу. — Он… не отступит.
— И да примет его Создатель в чистом мире, — пробормотала Нуе и скомандовала как можно громче: — Всем держаться! Бой еще не окончен! Помните, за кого бьется наш союзник!
Конечно, Сулимов вряд ли был полноценным союзником империи или какого-либо государства, но… Сейчас она должна сделать для своих людей все, что могла, даже если это означало подбадривать их откровенной ложью.
* * *А Садара, Генри и Мурама, находящиеся на самой вершине гигантского Призрачного доспеха, без лишних слов направили магический узор, занося для удара исполинский меч. Черный волнистый клинок будто бы всасывал в себя этот мир, искривляя пространство вокруг.
И пусть выглядело это визуально медленно, рубящий удар Черного Призрачного доспеха был по-настоящему чудовищно быстрым!
— Это конец, — выдохнул Громов, чуть не снесенный в лес ударной волной. — Он…
— Он жив! — воскликнул Пуговкин, сам не понимая, чего в его голосе больше: удивления или восхищения.
* * *Садара нахмурился.
— Р-А-А-А-А-А! Х-Х-А-А-А!
Сулимов стоял. На земле, растрескавшейся и превратившейся из ровной площадки в кратер. Он стоял, прижимаемый к земле весом и мощью удара исполинского оружия, но…
Он стоял.
Пылая красным от перенапряжения и чистой силы магии Направления, он сдерживал чудовищный клинок. Осибу помогал ему, но они оба чувствовали, как с каждым мгновением усиливалось давление. Как ноги Старшего мага входили в землю все глубже и глубже.
— Простите, ученики… — хрипло прошептал окровавленный Сулимов, с трудом отдернув от меча правую руку и удерживая его одной левой. — Но я не вернусь домой… Но… И Садаре не позволю…
Правая ладонь сжала кулак, оттопырив большой палец, и старший маг устремил его в коротком ударе себе под сердце.
«Восьмой… уровень… усиления…»
Это было не простое усиление. За счет концентрации, совмещенной с магией направления и полным использованием всех жизненных сил, маг на непродолжительное время, а именно всего на каких-то тридцать секунд, становился в тысячи раз сильнее. Вот только цена подобного усиления была такой же. Смерть. Полная и безвозвратная. Как только время усиления закончится, поглотив при этом все запасы жизни и магии, Сулимов сначала превратится в усохшую мумию, а после и вовсе развеется пылью по округе. Не зря сам Старший маг называл эту запретную технику — «Техникой последнего вздоха». Но месть стоила того. По крайней мере Сулимов был в этом уверен на все сто процентов.
* * *Легкий листик одного из чудом уцелевших деревьев качался на ветру, медленно опадая с гибкой ветви. Тихий всплеск, неслышный человеческому уху — это розовая снежинка упала в пруд, созданный из растаявшей воды айсберга старшего мага, в котором отражалась великая битва сильнейших под небесами. Рябь успокоилась, на миг превратив пруд в водное зеркало, в котором промелькнуло задумчивое белокожее лицо с бородой.
И… больше ничего не произошло. В какой-то момент Сулимов подумал, что что-то сломалось. Во всем мире. Что-то, что должно было ему позволить активировать запретное усиление тела.
— Идиота кусок! — усмехнулся голос Вильгейма Окоямы прямо над его ухом. — Руку от сердца убери! Ты знаешь, как тяжело блокировать магию твоего долбаного усиления? Я уже устал.
Давление спало, а на черном лезвии исполинского клинка появилась рука с длинными и цепкими пальцами. А потом еще одна, с мозолистыми и грубыми. И еще — с элегантным маникюром и магией еще одной заключенной где-то внутри твари. И четвертая, совершенно здоровая и пышущая жизнью. И даже пятая — морщинистая и старая.
Сулимов оглянулся и увидел радостно скалящегося Окояму, хмурого Ганзо, недовольную Анжелину Окояму, меланхоличного Арнольда Нориса и спокойного как столб Пуговкина. И хотя Анжелина, жена одного из сильнейших архимагов, не являлась официально архимагом или даже старшим магом, но стоя вне рангов, она ненамного уступала по силе собственному мужу. А уж если брать силу ее внутреннего монстра, так и вовсе могла поспорить за звание одного из сильнейших. За исключением Теслы, естественно.
— Захотел героически умереть, как герой какой-то дешевой книжки, ха? — Окояма хохотнул. — Ну уж извини, старый друг, но эта история не только о тебе, любимом. У тебя еще есть и мы.
— Друзья и союзники, — Норис кивнул и напрягся. — Давайте отбросим этого здоровяка.
Анжелина полыхнула магией заключенного в ней монстра и зарычала. Ганзо активировал сильнейший из своих узоров. Пуговкин вывел пальцем свободной руки узор распечатки силы, направив рисунок на меч. Норис засветился белым и будто бы раздался в плечах. А Окояма просто поддал дурной силы, использовав свой невероятный запас энергии.
И Сулимов, улыбнувшись, почувствовал, как магия исцеления Нориса залечивала его раны, и тоже поддал сил. И Черный Призрачный доспех начал проигрывать.
— Похоже, нас ждет новый раунд, — довольно усмехнулся Генри, глядя вниз. — Брат, ты готов?
— Это будет, как ты говоришь, забавно, — оскалился Садара.
Глава 14
Под объединенным натиском сильнейших боевых магов огромный силуэт черного Призрачного доспеха тяжело отступил на шаг и неохотно отвел свой ужасающий клинок.
— Второй раунд, — провозгласил Садара, и черный исполин вновь занес меч для удара.
— Активация! — Окояма быстро сложил узоры и прокусил нижнюю губу. — Масих, самый большой размер!
Его внутренний монстр, как и всегда, среагировал мгновенно и, поняв своего владельца с полуслова, тут же реализовал в реальности гигантский адамантиевый посох. Окояма взмахнул им легко, будто оружие было в сотни раз меньше видимого размера, и направил свой удар на набирающий скорость черный клинок.
— Маловато будет… — оценил потуги друга Сулимов.
Собрав силы и почувствовав себя лучше благодаря лечению от Нориса, старший маг прыгнул прямо на замедлившийся от столкновения с посохом меч черного Призрачного доспеха. Магия направления активировала силу, а тело сгруппировалось, ожидая столкновения…