Ж-И 4 (СИ)

— Постараюсь. Если это кочевые хьюкоши, то не гарантирую результат. У них к нам оседлым, неприязнь.
— Ничего, мы будем красноречивы и убедительны. — Я помог Ляле подняться. — Идемте.
Мы выбрались из воронки, сырые грязные, совсем не похожие на самих себя и направились к повозке. Извозчик не спускал с нас недовольного взгляда, но молчал. Когда до нее осталось тридцать шагов, резко распахнулась дверь. На пороге стоял ребенок, вылитый наш Дарик. А за ним копии моих родителей. Поверить в такое я не мог и решил, что поврежденный контузиями мозг начал выдавать артефакты.
— Мама! Папа! — Выкрикнула копия сына и бросилась нам навстречу.
Я все еще пребывал в уверенности, что грежу, но иллюзия при этом была очень убедительной. Мальчик обнял нас грязных, испачкавшись при этом сам.
— Дарик? — Тихо удивилась Ляля.
— Мама, это тебя ранило? — Спросил он, заметив набухшую кровью повязку.
Мы с женой переглянулись.
— Дарик, это ты? — Я потрогал мальчика.
— Папа, это я, я, Дарик. И дедушка с бабушкой тут. Идемте скорее.
Происходящее не укладывалось в моей пострадавшей голове. Неужто кто-то из хьюкошей нашел нас, чтобы вернуть сына? Мы поспешили внутрь фургона.
— Кайтина, это на самом деле мои родители! — Выкрикнул Дарик, забежав внутрь фургона.
Теперь я уже точно видел, что он, это он, а не иллюзия, но у меня вдруг сперло дыхание, отчего не получалось произнести ни слова. Ляля от чувств начала терять сознание. Ее вовремя подхватил мой отец.
— Ну, вот и встретились. — Он поднял ее на руки и понес в конец фургона.
— Игорек, как мы за вас боялись. — Всплакнула мать.
— Значит так, родители Дарика и друзья родителей, у меня есть душ, прошу принять его по очереди, а затем переодеться в чистое. — Попросила хьюкош, которую сын назвал Кайтиной.
Первым отправили змея. Женщина, похожая на земную, если бы не слишком остренькие уши, протерла за ним грязный след тряпкой.
— Прости, мне послышалось, твое имя Кайтина? — Спросила Тайна.
— Да. А что? — Хьюкош внимательно рассмотрела рабовладелицу.
— Мое имя, Тайна. Я так понимаю, что мальчик, которого недавно определили в мой интернат, это он. — Она показала пальцем на нашего сына, не отпускающего мою руку.
— Да. А вы та самая Тайна, содержащая интернат ради создания армии послушных чиновников? Я не видела вас раньше, но была наслышана о вашей беспринципности, корысти и алчности. Этот вид вам очень к лицу. Отражает внутреннюю суть.
— Как так получилось, что вы оказались здесь? — Рабовладелица пропустила мимо ушей нелестные эпитеты.
— Мальчика, под видом опытов, пытались убить, выставив меня виноватой. Я действовала по обстановке, убила двух негодяев и бежала. Как видите, далеко не убежала. Хотя, очень странно, что мы оказались здесь вместе. Вам так не кажется?
— Еще как кажется. Я до сих пор не могу поверить, что у меня не галлюцинация после контузии. — Признался я.
Пока змей смывал с себя грязь, я успел рассказать, что произошло с нами, после того, как мы отправились на поиски сына.
— Я так и знал, что это был ты, а не психограмма. — Воскликнул Дарик, когда я подошел к тому моменту, когда проник в интернат.
— Ваш сын разбил нос учительнице, которая закрыла вход для вас. — Из уст Кайтины это прозвучало как комплимент.
— Во, Дарик-Ударик, моя школа. — Больше всех обрадовался дед. — Но так больше делать не надо, а то школу никогда не закончишь.
— А потом случилось еще кое-что, из-за чего он оказался у меня. — Добавила Кайтина.
— Что? — Меня несколько напрягла эта недосказанность.
— У вашего сына в экстремальном психологическом состоянии открылось умение взрывного разрушения ткани миров. — Произнесла хьюкош.
— Как это? — Не понял я.
— Он разрушил часть аномалии, размером с классную комнату.
— Я ничего не помню. — Дарик заглянул мне в глаза. — Очнулся в больнице.
— Надо же, до чего ребенка довели. — Моя мать прижала к себе внука. — Такого безобидного лапочку.
— Я что-то пропустил? — Меж нами затесался сияющий чистотой змей.
— Тебе надо кое-что знать. — Предупредил я его. — Вы повторите Антошу, а я пойду, смою с себя грязь и порох.
 
Женщина с острыми ушками оставила перед входом в душ халат.
— Наденьте, как помоетесь. — Посоветовала она.
— Спасибо, хорошо.
Я быстро помылся, надел халат, с трудом запахнувшийся на моем теле и пошел проведать Лялю. Она спала, беззвучно дыша. Поцеловал ее в мокрый нос и подержал ладонь в своих руках, затем вернулся к остальным.
— Как она? — заботливо поинтересовалась мать.
— Спит. Что вы тут решили насчет умения Дарика? Оно не навредит ему самому?
— Умением это сложно назвать. — Произнес змей. — Если каждый раз доводить ребенка до такого состояния, чтобы спровоцировать его, то психика долго не выдержит. Это какой-то защитный механизм, врожденная способность. Не исключено, что он был оставлен родителями по этой причине.
Я посмотрел на Дарика.
— Я все знаю, что не вы меня родили, но вы мне родные. — От чувств сын крепко обнял меня.
— Спасибо. Надеюсь, по жизни тебе это умение больше никогда не пригодится. — Я потрепал его за уши. — Что-нибудь придумали, как выбраться отсюда?
— Надо добраться до портала и решать на месте. — Произнес змей. — Замечательно, что не придется это делать пешком.
— Да, карета у вас знатная. — Уважительно произнес отец. — Я бы махнул свой дачный домик на нее. На зиму бы угонял в город, чтобы бомжи не лазили. Да и вообще, с таким домом можно всю страну объехать. Где встал, там и дом.
— Ого, да вы прирожденный хьюкош. — засмеялась Кайтина.
— А что, далась нам эта квартира, пора и мир посмотреть, тем более с такими детьми и родственниками. Вернее миры. — Размечтался отец.
— Надо бы только из этой дыры выбраться вначале. — Змей поспешил охладить его романтический настрой.
— Ты силен в этом, давай, думай. Со своей стороны обещаю накрыть поляну, какой ты еще не видел. — Простимулировал его отец. — Весь Транзабар вздрогнет, когда узнает, как ты отдыхаешь.
— Па, ты опять ходишь по всяким сомнительным ссылкам? — Догадался я. — Я предупреждал тебя насчет вирусов.
— Ой, да отстань ты со своими вирусами. Ты же знаешь, запретное всегда интереснее.
Отмывшаяся Тайна присоединилась к нам. Работница Кайтины накрыла стол многочисленной нарезкой. Мы поели с огромным аппетитом.
— А вот помидоры зря не взяли. — Расстроилась мать, с трудом пережевывая сухое мясо.
— Кто же знал, что так все обернется. Я бы и вишню тогда не доставал. — Вспомнил отец про свою заначку.
Дарик сорвался с места и вернулся с судочком с вишней. Открыл и предложил всем угощаться. Я не стал ее есть, заметив с каким аппетитом уминает ее Кайтина и Тайна.
— А их можно вырастить из косточки? — Поинтересовалась спасительница сына.
— Можно, но не факт, что вы получите такую же на вкус ягоду, которую едите сейчас. — Пояснила мать, прожженная огородница. — Если хотите нормальную вишню, приезжайте за черенками или саженцами, и урожая ждать меньше и ягоды будут гарантировано вкусными.
Я еще пару раз ходил проверить Лялю. Работница, которую звали Нивкуш, принесла теплое питье для нее. Жена как раз проснулась и хорошо попила бульон.
— Вкусно. — Произнесла она и снова отключилась.
Для меня ее состояние настолько сложно было переносить, что лучше бы я сам получил ранение. Пост с раненой снохой приняла моя мать, сразу начавшая проверять мягкость подушки под головой Ляли и складки на постели.
— Иди, Игорек, там решают, что-то важное. — Проводила она меня.
Я вернулся за стол.
— Порталы созданы не нами. — Объясняла Кайтина. — Как они работают, мы не знаем. Скорее всего, он приведет только туда, куда задумано создателями.
— Один момент. — Попросил Антош внимания. — Мир-лестница, в котором мы находимся, выглядит, как игра. Если ее пройти от начала до конца, то снова оказываешься в начале. Спрашивается, зачем? Разве такой смысл был у этой игры? Вряд ли. Любая игра предполагает обучение в самой усвояемой форме. Не выучил с первого раза, учись повторно, так я понимаю предназначение аномалии.