Повелитель теней. Том 8. Финал (СИ)

Я подхватил мешочек и быстренько пересчитал монетки. На такси и проживание хватит. Мой внутренний скупердяй удовлетворённо потёр ладошки. Конечно, в банке Российской Империи у меня лежали миллионы, но ещё с прошлой жизни я привык считать деньги.
Перекусив в милом кафе на берегу Эгейского моря, я направился в ближайший Данж — седьмого уровня. Я зачистил его без особых проблем — с помощью Теней и ранговой способности Паралитик. К сожалению, первая и вторая ранговые способности стали полностью бесполезными — высокоранговые монстры их даже не чувствовали. Я курсировал от Данжа в Данж — выполняя условия сделки и отдавая часть кристаллов в казну Греции. Оставшиеся кристаллы я делил пополам. Одну половину поглощал, а вторую — отправлял Тенями в Российскую Империю. Часть из них предназначалась Кристине, Егору и Саше, а остаток продавался в моём подпольном магазине. Чтобы подняться на восьмой ранг, я провёл две сессии с Крабогномом — по восстановлению магического ядра. Новые ранговые способности я не открывал — хотел сделать это одновременно, в ходе глубокой медитации.
— А вы смельчак, — похвалил меня мужик со зверской рожей, который охранял Трещину. В этом Данже я собирался прорваться до восьмого ранга. Я ощущал силу, которая исходила от Трещины. Монстры, скрывающиеся в её глубине мощные и опасные. Возможно, самые опасные из тех, кого я встречал в этом мире. Мужик расценил моё молчание как сомнение и добавил: — Можете подождать до утра. Таксиарх Гелиодор со своим отрядом прибудут около девяти. Он всегда с радостью принимает новых охотников.
— Благодарю, но я не люблю делиться, — улыбнулся я. — Слышал, Данж не могут закрыть уже десять месяцев?
— Через неделю будет одиннадцать, — вздохнул он. — Среди мирных жителей начали ходить страшные легенды про этот Данж. А в соседних районах жильё подешевело. Не хотят люди жить рядом с… этим, — мужик скривился. — Охотников покалечили больше двух десятков и не меньше десятка — свели в могилу. А как солнце заходит, так разводят натуральный концерт. Завывают, рыдают, рычат. Даже мне дурно становится. А я ведь Сфинкса вот этими руками задушил! Знаешь, как меня прозвали? Гераклом, вот!
— Это же не первые Керкопы в Греции? — спросил я. — Ладно бы в Африке где-нибудь их испугались. Но Керкопы — это, можно сказать, греческий национальный вид монстров.
— Больно умные твари, — посетовал мужик. — Их сородичи превращались в страхи противников. Вытаскивали из мозгов подкожный ужас и пугали до седых волос. Но охотников всю жизнь учат преодолевать страхи. Так что… некоторые, конечно, умирали или сбегали с позором, но в большинстве своём — отгоняли морок и убивали Керкопов. А вот эта парочка… Бр-р-р-р-р-р-р-р, — он передёрнул плечами. — Используют самую глубокую и крепкую привязанность. Не у всех поднимется рука, чтобы прикончить родную мать или возлюбленную.
— Хитро, — оценил я. Мы перекинулись ещё парой слов, и я прыгнул в ярко-красную Трещину. Меня протащило сквозь пространственный туннель и выкинуло у бедняцкой хижины. Точь-в-точь в такой я жил в детстве — семеро по лавкам, а мать и отец на полу. Странно, я не чувствовал ментального вмешательства. Всё ощущалось так по-настоящему, так естественно… Словно я вернулся в прошлое.
Дверь открылась, и ко мне вышла мама. В старом залатанном платье, сером фартуке — когда-то он был белым — и чепчике. Она радостно улыбнулась и направилась ко мне, раскинув руки в объятиях. Когда нас разделяло меньше метра, она запустила руку в карман фартука и ударила, целясь мне в шею. Её пальцы крепко держали ручку мясницкого ножа. Молниеносное движение — если бы я поддался сладкой иллюзии, то был бы уже мёртв. Но Керкопы кое-чего не учли. Как бы тепло я не отзывался о родителях с высоты прожитых лет и пройденных испытаний, они хотели продать меня на шахты. Где я умер бы через пару лет из-за тяжелейшего труда. Я понимал, что они хотели сделать это от безысходности, однако… Не простил. Наверное, я жестокий человек.
— Не прокатит, — сообщил я и снёс голову фальшивой матери энергетическим мечом. Иллюзия пошла волнами, хижина расплылась в кляксу и превратилась в тренировочный загон. По такому меня гонял великий учитель Анаксагорас много-много лет назад. А вот и старик собственной персоной — с виду абсолютно беззащитный и беспомощный в старческой немощи.
 
— Я горжусь тобой, — произнёс он мягко. — Ты окажешь мне честь, если согласишься сразиться в честном бою. Сердце подсказывает мне, что ты развился достаточно, чтобы победить меня.
— Какая грубая лесть, — я создал сотню ледяных игл и направил их в Анаксагораса. Они пронзили его насквозь, и его фигура пошла рябью. Изменяя форму, постепенно она сложилась в женский силуэт.
— Я соскучилась, — пожаловалась Кристина и намотала на указательный палец розовую прядь. Знакомый жест. Я прикрыл глаза и замер. Кристина шагнула ко мне и приподнялась на цыпочках, словно собиралась поцеловать. Убить её было сложнее всего — меня пронизывало отвращение от одной мысли, что я могу причинить ей вред. Но победить это отторжение было… вполне реально. Я вызвал Теней и натравил их на иллюзию. Они разорвали Кристину на сотни туманных лохмотьев.
К небу взвился яростный вой. Нет, не к небу. Иллюзия полностью развеялась, и я оказался в обычном Данже. Пещера с низкими сводами, мокрыми стенами и зеленоватым мхом. Передо мной, пригнувшись к земле, стояли два взбешённых карлика — с широченными ртами, выпуклыми лбами и густой рыжей шерстью по всему телу, они напоминали обезьян. Несколько минут они вынюхивали и выжидали, а потом атаковали. Без своих иллюзий Керкопы были слабы — как никчёмные монстры второго ранга. Я увернулся от их ударов и по очереди свернул им шеи. Данж схлопнулся, едва я подобрал выпавшие кристаллы.
— Управился меньше чем за полчаса! — ахнул охранник. Его зверская рожа вытянулась от изумления, но спустя секунду скуксилась в гримасе сочувствия. Он похлопал меня по плечу и сказал: — Ничего, ничего. Всё наладится.
Его слова застали меня врасплох. О чём он? Внезапно меня осенило. Другие охотники умирали, потому что их привязанности были очень сильны. Любовь в их груди горела ярким пламенем. Я поморщился. Возможно, лёгкая победа над Керкопами больше говорит обо мне, чем о слабости монстров. Я приложил ладонь к груди. Бьётся. Я сплюнул и встряхнул головой. Не время зацикливаться на глупостях! Всего два кристалл отделяют меня от восьмого ранга.
Я вернулся в гостиницу, поглотил кристаллы и погрузился в медитацию. Время открывать новые ранговые способности. Я сконцентрировался на Виктории Столыпиной и её разрушительной энергии. Как её победить? Как уничтожить ту, которая может сожрать что угодно и кого угодно? Как растерзать бесконечный и беспощадный желудок, некогда бывший человеком?
Час проходил за часом.
Кажется, я нащупал, как правильно направлять открытие ранговых способностей. Шестая ранговая способность замаячила на горизонте. Потянись — и схватишь. Я позволил энергии растечься по всему телу, и в солнечном сплетении налился огненный шар. Раз, два, три, четыре… На шестьдесят восьмом счету шар взорвался, и меня выкрутило от невыносимого жара. Всё закончилось так же резко, как и началось. Я открыл глаза и активировал шестую ранговую способность. Ничего не произошло.
— Обслуживание номеров! — донеслось из-за двери. — Можно ли пополнить ваш бар?
— Конечно, — я накинул махровый гостиничный халат и открыл дверь. В номер зашёл парень в форменном костюме и закатил тележку. Он проверил холодильник, доложил туда пару шоколадок и поставил напитки. Споткнувшись о завернувшийся край ковра, он потерял равновесие и рухнул на меня. Острая крышка от бутылки лимонада, которую он держал, сильно проехалась по моему предплечью. Выступила кровь.
— Ай! — воскликнул парень и зажал ладонью рану на своей руке. Точно такую же, как у меня. — Простите, я вызову медсестру!
Он вскочил и выбежал в коридор. Его состояние было близко к паническому. Я проигнорировал его, продолжая пялиться на царапину. Шестая ранговая способность. Если кто-то наносит мне вред, то магия его отзеркаливает. Убивая меня, враг убьёт и себя.