Хозяйка каменного сердца 2 (СИ)

— Поделишься своим светом — выслушаю, — торговался он со мной, будто мы были не в зале советов, а на базаре. Но выбора у меня не было, поэтому я кивнула и закрыла глаза, ожидая, что он снова меня поцелует или спровоцирует на что-то подобное. Пресветлые, за ширмой сидел мой муж, а я дала добро не пойми на что другому мужчине. Стыд-то какой!
Вот только делать ничего Ториан не стал. Хмыкнул каким-то своим мыслям, как-то странно посмотрел на меня, а потом резко схватил кулон, что я носила на шее. В это самое мгновение камень вспыхнул нежным голубым светом и небольшая часть магии из окружающего нас пространства перешла к диалу. Я готова была поклясться, что это произошло не по моей воле. Камень будто сам решил это сделать.
— Значит, правду говорят во дворце, — раздался за ширмой голос Дуэйна. — Госпожа Корнуэлл и впрямь первая фаворитка правителя, — а затем я услышала, как он встал и вышел из зала, громко хлопнув при этом дверью.
Супруг прекрасно знал, при каких условиях я могла поделиться силой с диалом, а голубой всполох был явно заметен всем присутствующим. О, Боги! Что мне теперь делать?
Глава 20. Я всё равно люблю тебя
Дуэйн
План мы обсудили, всё казалось идеальным. Оставалось только пережить эту никому ненужную аудиенцию и убедиться, что Селена хочет отсюда бежать. Нара обещала взять на себя этого торопыгу Марлоу. Если честно, я понятия не имел, что именно она могла ему противопоставить. Хотя когда она оказывалась в его поле зрения, диал кидал в сторону девушки многозначительные взгляды. Видимо, даже такие как она могут зацепить мужчину. Только вот чем? Они же только и делали, что дрались.
С самого утра нас пригласили на завтрак, а после тот самый Марлоу провёл меня и брата в зал заседаний и удалился за следующими приглашёнными. Нару не пустили, поэтому она отправилась гулять по замку. Никто ей в этом не препятствовал.
Ждали долго, я мерил шагами зал, не находя себе места. Ивар молчал, не то избегая меня, не то не в силах наладить нашу связь, что тоже очень напрягало. Наконец все советники были в сборе и явился хозяин этого балагана — Ториан Корунский собственной персоной. Горделивый, надменный, немногословный. От одного его вида во мне всё клокотало, так и хотелось разорвать ему глотку. Сам не понимал почему. Одна только мысль о том, что моя жена провела в его замке всё то время, что я прохлаждался неизвестно где, сводила с ума. Но что-то подсказывало мне, что причиной было не только это. Неспроста Ивар потерял равновесие и оставил меня одного.
Надо отдать должное Ториану, унижать нас за то, как мы попали на его территорию да и вообще упоминать об этом перед министрами он не стал. Предложил подготовить вторую копию мирного договора (благо он теперь был подписан обеими сторонами) и передать её нам. Сообщил советникам, что мы с братом явились с дипломатической миссией, но надолго не задержимся, а также велел отправить за тем несчастным послом, которого я в тот проклятый день лишил силы вместе с половиной придворных Дикеи. Дабы закрепить отношения между странами мы согласились помочь горемыке. Точнее Люций дал на это добро, а я судорожно соображал, как мне это сделать, не имея возможности обратиться к магии Ивара. Вот же задача. Брат, конечно, дипломат что надо, но иногда его заносит не туда.
Внезапно что-то изменилось. Я понял, что она рядом. Браслет стал теплее. Селена должна была вот-вот войти в зал. И снова меня захлестнуло это противное чувство вины: подвёл её, бросил, не забрал из замка, как обещал, а потом и вовсе исчез в никуда, оставил всех на произвол судьбы, да и в довершение ко всему, кажется, чуть к Пресветлым не отправил. Когда послышались шаги, чуть не сорвался с места, чтобы увидеть её, но не стал: перед такой толпой нужно было держать марку. А вот когда к ней обратился корунский гад, готов был голыми руками его задушить, так слащаво и откровенно неприлично он с ней заговорил. Хотя правителям всё дозволено.
Услышав, как Ториан обратился к Селене по её прежней фамилии, я чуть было не утратил контроль и возмутился, но правитель осадил меня, а Люций придержал за руку, давая понять, что скандал нам сейчас ни к чему.
 
Голос супруги вывел меня из состояния остервенения и вернул на грешную землю. Нужно было решать проблемы по мере их поступления, сцепиться с этим психопатом я всегда успею. Она поприветствовала присутствующих и их гегемона, а затем заняла предложенное ей место рядом с ним. Было не просто неприятно, а омерзительно. МОЯ жена сидит по правую руку от другого, а мне. стыдно смотреть ей в глаза. Взгляд то и дело цеплялся за её оголённые ножки. Либо в Коруне мода на слишком открытые наряды, либо она оделась так намеренно, чтобы вывести кого-то из себя.
Люций что-то говорил о трюке, подсказанном служителем Творца, но я почти ничего не слышал. Из последних сил пытался не выдать своего состояния. Как же было жаль, что перед входом в зал у нас отобрали оружие. Рука так и тянулась к ножнам, но они были пусты. А потом Селена решила “помочь” моему брату добиться желаемого и назвала Его Величество по имени…тому самому, которое постоянно крутилось у меня в голове со вчерашнего вечера. Сам не понял почему, но из меня словно дух вышибло. Это были не мои эмоции. Ивара? Да, до безумия мерзко слышать, как она обращается к нему столь неформально, но если суммировать всё, что творилось в данный момент вокруг, это было меньшим из зол.
Ториан был явно не в себе. Взгляд стал каким-то ненормальным, хищным. Тут я вспомнил слова брата о том, что в народе толкуют, будто он время от времени словно с ума сходит. Гегемон увёл Селену за ширму (ума не приложу, зачем она здесь, но раз уж поставили, значит прецеденты бывали), а ко мне подошла Нара. Краем глаза заметил, что её топор тоже забрали. Значит, девушка тоже считается опасной. Ну ещё бы, с таким-то тесаком! Не видел, как она сражается, но по словам брата неплохо. Тут же попытался отыскать Марлоу и нашёл, тот не сводил с дикарки глаз. Значит и впрямь зацепила его эта странная девчонка, если не как женщина, то вызвала интерес как соперник.
— Ивар, — шепнуло мне на ухо чудо из пустошей, разодетое в шкуры. — Плохая у тебя жена. Со всеми здесь обнимается. Вон, — кивнула на Харлока, стоящего чуть поодаль, — с этим тоже. Сама видела.
Тот при этом как-то густо покраснел и отвёл взгляд. Проклятье, неужели правда? Да чтоб всё катилось за край света, если это так. Меня и без того колотит, будто солнечный удар получил, а теперь ещё и это. Как назло, именно в тот самый момент за ширмой полыхнуло уже знакомое мне голубоватое сияние, и это окончательно лишило меня последнего подобия самоконтроля. “Селена, что же ты творишь?”— завопил внутренний голос. Но вслух я смог сказать лишь:
— Значит, правду говорят во дворце. Госпожа Корнуэлл и впрямь первая фаворитка правителя! — боясь, что наворочу дел, быстро вышел из зала и закрыл за собой дверь.
Шёл, чеканя каждый шаг, пытаясь угомонить сердце, что билось так, словно с цепи сорвалось. Будь у меня мечи, разнёс бы половину Корунского дворца. Раздражало всё: золото повсюду, красный цвет мебели и занавесок, их гербы и флаги почти на каждом шагу. Проклятый Ториан. Ненавижу! Мало того, что он напал на нашу страну, лишил жизни множество дикейцев, так ещё и Селену к рукам прибрал.
Я прекрасно знал, что означает то голубое свечение. Она сказала, что камень дарит силу только, когда его владелец действительно любит того, кто с ним рядом. Моя жена любит другого и не абы кого, а моего злейшего врага. О, Пресветлые! За что мне всё это?
Даже не заметил, как влетел в отведённые нам гостевые покои. Надо же, думал что не запомнил, где они располагались. Стал метаться по комнате, как загнанный зверь, держась руками за голову. Казалось, она вот-вот взорвётся от мыслей, что в ней роились. и от того, как сильно прилила к ней кровь, выдавая мои истинные чувства. Моя женщина предпочла другого. Сказать, что это больно, — ничего не сказать.
Душа будто в огне горела. Ах да, огонь. Я уже успел забыть о том, что сказала Нара. Есть же ещё и Харлок. Интересно, сколько ещё диалов теперь за ней бегает в надежде получить частичку любви госпожи Корнуэлл?