Хроники былого и грядущего (СИ)

— Так и валятся титаны, — улыбаюсь я, пытаясь отдышаться.
Его руки обхватили ногу, начиная растирать, пытаясь хоть как-то снизить боль. Нет уж, теперь ты долго будешь ходить с палкой, словно старый дед.
— Жёстко, — произносит Орбарт, — но справедливо.
Его взгляд проходит вдоль строя рыцарей.
— Я отлично знаю Арвинда, а также то, что он не стал бы вызывать кого попало. Если будут продолжаться попытки провокаций, то мы попрощаемся с такими собратьями навсегда. А лорду Ланнистеру я передам всю информацию по поведению таких представителей. Всё понятно?!
В принципе, к этому моменту разные подначки и так практически закончились, не считая Брайса и ещё пары человек. Да что уж там, в последнее время даже Геррард перестал выделываться. Всё же шепелявость сильно изменила его поведение, но рыцарь быстро адаптировался. Может, конечно, притворяется, но пока действует в рамках. Теперь же, после произошедшего, а также слов Кеннинга, должно прекратиться вовсе. Кроме Брайса, само собой. Спину я ему подставлять теперь точно не стану.
Больше у меня приключений не было. Столь эпичных, имею в виду. Так-то мы и караван до замка лорда довели, и ещё несколько раз разбойников гоняли и даже несколько дней выслеживали группу дезертиров, сбежавших, судя по оборванной одежде, ещё с мятежа Свифта и Крейка. Вот только, спустя столь большое количество времени, такие дезертиры уже ничем не отличаются от простых бандитов. Кого взяли живыми — повесили, остальные нашли смерть от копий и мечей всадников.
А ещё, вскоре ко мне подошёл Ярмак с «гениальным» предложением тренироваться в стрельбе самодельными стрелами без наконечника!
— Ты ведь так и привыкнешь, — выговаривал я мальчику, прикрыв глаза рукой, — у них же совсем другая скорость полёта, разброса и попадания. На таких просто нельзя тренироваться, ведь нормальными стрелами потом просто не попадёшь!
Ага, проникся.
— Тем более, они стоят — олень за сто штук. И это за мои. А ваши ещё дешевле. Купим их у ближайшего торговца. А вот яд — идея хорошая, но тут нужен именно быстрый, а такой в природе встречается не часто. Нужны особые змеи, пауки, растения… А в медленном яде чести мало. Ведь раненый тобою боец всё равно может успеть тебя прирезать и лишь через несколько дней начнёт чувствовать себя плохо. Вспомни сира Реинхолда.
Слова про честь — фикция, но их от меня ждут. Как же, рыцарь и «без чести!». К тому же, я действительно не вижу в нашей ситуации смысла в слабом яде. Вот если бы я вёл партизанскую войну, то это было бы отличным решением. Но… хм, может и пригодится в будущем?
Так, за четыре месяца неспешного пути, добрались до знакомых территорий.
Земли Лидденов встретили нас… да как обычно, словно все предыдущие — ничем примечательным. На первый взгляд всё было также, как я помнил при отъезде, только в зимнем антураже. Да… на Западных землях начал выпадать снег. А вот второй и третий «взгляды», дали понять, что людей в небольшом городке стало на порядок больше. И всё это были бедняки.
Не поленился, сходил и поговорил с некоторыми. Жалкое зрелище, но… в основном — крестьяне, чьи дома были сожжены или захвачены. Роланд Лидден со своим войском отразил два крупных набега из-за границ, от речников, открыто идущих по «Золотому пути». Его армия понесла потери и теперь не может также эффективно защищать свои земли.
Это заставило чувствовать горечь. Ощущение, что нахожусь где-то в Риме, под беспрерывными атаками варваров, грозящих уничтожить всю цивилизацию.
Зато теперь идёт горячий и открытый набор на новых солдат! Принимают почти всех, лишь бы был здоров. Только есть маленький минус… из-за того, что их всех надо будет хоть как-то вооружить и приодеть, налоги снова выросли. От этих новостей стало не по себе, интересно, моя семья ещё живет на своих землях или уже были выселены за «систематическую неуплату»?
Отпросившись у Орбарта, отправился навестить родню. Эх, что меня там ждёт? Может быть всё по старому? Хорошо бы… Хах, ведь когда-то мечтал об успехе и процветании, а сейчас надеюсь, чтобы лишь не стало хуже.
 
Дорога была не близкой, а время, казалось, тянулось крайне долго, но в кое-то веки на глаза стали попадаться знакомые места, а потом и заметённые снегом поля, на которых замечаю немногих крестьян.
— Деревни стоят, уже хорошо, — устало улыбаюсь. Ведь ехал почти без перерыва, лишь меняя лошадей.
Люди посматривали на меня, но не узнавали. Оно и понятно, времени прошло больше двух лет, а дети в этом возрасте очень быстро растут и меняются. Да и кто тогда уезжал? Мелкий шкет на повозке отца. Сейчас…
По-прежнему шкет, но постарше, повыше, да посолиднее. К тому же укутанный в плащ и под плотными мехами. Зато аж три хороших коня, на теле заметно качественное снаряжение и какая-то… аура уверенности, что ли? Во всяком случае, лично мне так и казалось, когда рассматривал своё отражение в воде.
Да и женщины стали поглядывать. Пока без интереса, но… уже не как на ребёнка. А может просто считают старше, чем есть на самом деле? Хах, даже если так, свои взгляды на отношения полов в этом мире я уже высказывал.
Замечаю много новых лиц. А ведь, хоть и шапочно, но был знаком почти со всеми деревенскими. Зимой правда на улице народу не так много. Но дел всегда хватает — мелкий ремонт, уход за скотиной и разное рукоделие. В это время года люди в основном сидели по домам, да мастерили, кто что горазд. Потом на продажу что-то можно отправить, либо для быта. Например — одежду почти всегда делали сами. Кто умел, мог сделать обувь, пусть и простенькую и так далее.
Поместье было на месте. На плацу — пусто, что меня не удивило, ополчение собиралось далеко не каждый день, к тому же, обычно по утрам. Зато чисто вокруг было. Снега не было, площадки подметены и готовы в любой момент принять новых бойцов.
Стоило только спешиться, да стреножить коней, как меня заметили.
— Уважаемый господин, вы к сиру Моустасу? — обратилась ко мне наша служанка, Гвен.
— Не узнаёшь меня? — улыбаюсь ей, после чего снимаю шапку и немного распутываю плащ. Сразу слышу громкое «Ох!» и женщина бросается ближе, обнимая меня со всех широты своей души.
— Юный Арвинд! Как вырос! — обнимаю её в ответ.
— Всего чуть больше двух лет прошло, — аха-ха, словно в армию сходил!
— Я сейчас расскажу остальным, — смахнула она слезу с глаз, — заходи пока в дом, скоро будем обедать!
— Погоди, куда коней-то загнать? А то помню, что у нас от конюшни одно название, там еле-еле лошадь отца размещалась.
— Да загоняй прямо в прихожую, пока здесь разместим. А отцу твоему, Арвинд, уже не раз говорили, чтобы пристройку какую добавил, но ведь «зима так редко приходит!». Вот и договорился, родному сыну не может место для лошади обеспечить… — бубнила женщина, открывая широкие двери, у задней части усадьбы, через которую мы обычно заносили разное зерно.
— Не пожрут? — с сомнением покосилась Гвен на мою троицу, что подёргивали ушами, да грелись.
— Не должны, — хмыкаю я, — но лучше будет накормить заранее.
— Тогда принесу сейчас… — начала она говорить, но тут же остановилась, — только вначале всем расскажу, что ты вернулся!
— Хорошо, — улыбаюсь ей, отпуская служанку и оглядывая знакомые стены.
А поместье бы отремонтировать, — постучал костяшкой пальцев по древесине, — вроде бы в порядке, но два года бесследно не прошли. А ведь предупреждал Оллина, чтобы следил за стенами!
Проходя по жилищу, сразу ощутил, что в доме стало ощутимо… беднее. Не могу вспомнить, но чего-то не хватает. Комнаты стали пустыми, а вместо хорошего и дорогого стола в главном зале, стоял простенький самодельный. Не удержался и начал обходить остальные помещения, проверяя, что ещё изменилось, а что осталось прежним. За одной из комнат, где раньше складировали шкуры и вялили мясо, обнаруживаю незнакомую обнажённую девушку, грудью кормящую малыша.
— Ой, — закрываю дверь, — прошу прощения.
А многое поменялось, кхм, — почёсываю голову.