Сила съякса (СИ)
— Итан, — я досадливо поморщилась, — слуги вот совсем не проблема! Ты же не можешь все и всегда контролировать! Занимайся своими делами, а за себя я и сама постоять могу, — сжав руку супруга, я ласково улыбнулась. — А если не справлюсь, то обязательно тебя попрошу! — тихонько хихикнув, второй рукой принялась расстегивать пуговички на рубашке мужа.
— Попросит она… — недоверчиво хмыкнул умный Повелитель и, поймав мою руку, нежно поцеловал запястье.
— Давай спать? — лукаво улыбнувшись, я вытянула из цепких ручонок супруга свою конечность и чуть отодвинулась от края кровати. — Утром буду рассказывать тебе новости.
— Это какие? — едва начав стягивать рубашку, Итан замер и посмотрела на меня с неприкрытой тревогой. Даже в полутемной комнате я видела, как сильно он напряжен. — Что еще случилось?! — требовательно спросил муж.
— Ну — у… — многозначительно протянула я и, поудобнее устроившись, озорно подмигнула. — Про Марту ты уже знаешь, а еще… я познакомилась с хранителем древа жизни!
— О боги! — ошарашено пробормотал Повелитель. — Пелагея, я уже и не знаю, как оставлять тебя одну!..
Подмигнув снова, я откинула краешек одеяла и тихонько сказала:
— Спокойно! Я уже взрослая девочка, — и, лукаво улыбнувшись, смущенно покраснела. — А еще… сегодня малыши начали шевелиться…
Мгновенно утратив желание общаться на тему знакомства с хранителем, Итан сгреб меня в охапку.
— Послезавтра можно открыть портал. Мы все сделали… — шепотом сказал он мне на ушко такую долгожданную новость.
Глава 10
Хмуря черные брови, граф Фердинанд Клоуз широким шагом шел через ухоженный двор, направляясь к ожидающей его карете. Дела первого советника Леонсиса Четырнадцатого вот уже три месяца шли из рук вон плохо. Неприятности начались вскоре после «исчезновения», а если точнее — бегства своевольной дочери.
«Не стоило ее заставлять выходить замуж за этого старика Лавери!» — в который раз подумал мужчина.
Сердито поджав губы и едва глянув на лакея, предусмотрительно открывшего дверцу кареты, Фердинанд привычно ловко забрался внутрь. Он не особо хотел посещать эту свадьбу у Олдриджей, но иной возможности встретиться с дочерью и исправить отвратительную ситуацию мужчина не видел.
Безразлично глядя в окно кареты, граф ехал словно не на праздник, а на серьезную деловую встречу. Понимая, что дочь не пропустит свадьбу друга, он готовился к сложному разговору и вновь сердился на себя, считая, что свалившиеся на него беды результат одной единственной ошибки!
«Разве мечтать о наследнике плохо?! — голубые глаза Фердинанда налились печалью. — Да любой мужчина этого желает! Дочь — всего лишь дочь, а вот сын… Это наследник!»
Твердо уверенный в своей правоте, он раздраженно передернул плечами.
Узнав о такой долгожданной беременности супруги, безумно счастливый граф Клоуз исполнял абсолютно все ее желания. Чтобы не нервировать жену, даже согласился с тем, что их единственной дочери Пелагее не стоит быть целителем, а следует выйти замуж. Наилучшим кандидатом Тильде показался вдовец Максимилиан Лавери. И вот теперь Фердинанд Клоуз считал, что решение выдать Пелагею замуж за Лавери и было той ошибкой, которая сейчас разрушала его жизнь и его карьеру.
Резвая четверка лошадей бодро везла богато украшенную карету по широким улицам столицы человеческого государства. Откинувшись на спинку обитого коричневой кожей сиденья, граф Клоуз прикрыл глаза и тяжко вздохнул.
Дочь оказалась гораздо смелее, чем он думал. Она не испугалась гнева родителей и сбежала, а потом… Оставшись без содержания и получая письма с угрозами от отца, Пелагея не сломалась и не вернулась. Фердинанд не оправдывал себя: прекрасно понимая, что в угоду жене калечит судьбу дочери, он думал только о наследнике. О сыне.
Но… не случилось. На малом сроке Тильда потеряла ребенка. Целители, осматривающие супругу, лишь разводили руками. Они изначально говорили о рисках, и вердикт о причине столь скорбного происшествия все вынесли одинаковый — возраст.
Фердинанд предлагал жене попробовать еще раз, однако та категорически отказалась. Ему даже на мгновение показалось, будто она испытала облегчение, избежав тягот беременности и родов. Сообщив во всеуслышание, что о наследнике надо было думать раньше, а теперь у них возраст уже не тот, не особо расстроенная Тильда уехала поправлять здоровье на воды. Фердинанд остался один на один с горем, скорбью по нерожденному сыну и проблемами.
О потере наследника и скоропалительном отъезде графини Клоуз очень быстро стало известно придворным. Новости тут же разлетелись по дворцу, Фердинанд не раз видел насмешливые взгляды и слышал шепотки за спиной. Дворяне язвили и судачили о нем, как о мужчине, неспособном оставить наследника. Это было неприятно, но вскоре все бы позабылась, однако последовал второй удар. Вот он — то и создал основную проблему!
Разобиженный тем, что свадьба с юной красавицей, скорее всего, не состоится, Максимилиан Лавери отомстил. Жестоко отомстил. На одном из званых вечеров престарелый брошенный граф — жених рассказал о том, что свадьба не планируется, как говорят супруги Клоуз, а ее просто не будет! И не будет потому, что единственная дочь графа, позабыв о чести и достоинстве, исчезла в неизвестном направлении!
Если раньше король, слушая пересуды о первом советнике, лишь усмехался и отмахивался, то это происшествие он оставить без внимания не мог. Леонсис Четырнадцатый стал прозрачно намекать о графу Клоузу о его профессиональной непригодности: дескать, как первый советник может давать рекомендации по управлению государством, если со своими женщинами разобраться не в состоянии?
Чувствуя, что стремительно теряет авторитет, Фердинанд предпочел взять время для раздумий и пока не появляться в свете. Ссылаясь на плохое самочувствие, мужчина вот уже две недели не выходил из дома и не принимал визитеров. Запершись в кабинете, он напряженно раздумывал, что предпринять, и оказалось — решение лежит на поверхности: Пелагею надо каким угодно способом вернуть домой и удачно выдать замуж! Конечно, Фердинанд Клоуз по — своему любил дочь, однако он был политиком до мозга костей.
Подъехав к огромному особняку Олдриджей, карета плавно остановилась. Подбежавший лакей открыл дверцу и склонился в низком поклоне. Не обращая внимания на слугу, Фердинанд Клоуз неторопливо выбрался на воздух. Стараясь не показать удивления огромным количеством гостей, собравшихся возле входа в дом и явно ожидающих прибытия кого — то, первый советник короля гордо расправил широкие плечи. Не глядя по сторонам, он направился к стоящим чуть впереди встречающих супругам Олдридж.
— Рад видеть тебя, Фердинанд! — едва гость подошел поближе, немного нервно, но тем не менее искренне поздоровался светловолосый, полноватый крепыш Ирвин Олдридж.
— Взаимно! — широко улыбнулся граф Клоуз давнему приятелю. — Френсис, дорогая! Ты все так же прекрасна! — не кривя душой, поприветствовал он темноволосую, стройную графиню Олдридж.
— Фердинанд… Ты, как всегда, галантен и учтив, — усмехнулась Френсис и машинально притронулась к безукоризненно уложенной прическе. — Не знаю, как я сегодняшний день вынесу, — тихонько прошептала женщина, склонившемуся над ее рукой в ритуальном поцелуе графу.
— Что случилось? — негромко спросил Фердинанд.
Он остался стоять рядом с супругами Олдридж, с легкой улыбкой сухо кивая приветствующим его дворянам.
— Ты затворником заделался, вот и не знаешь ничего! — легонько попенял другу Ирвин. — У нас тут такие дела творятся! Наша будущая невестка — чудная девушка и по родителям дворянка, но… полукровка. Ее мать — эльфийка на свадьбу не приедет, а отец — человек… Знаем, что виконт, но на этом все.
— Скандал намечается? — быстро спрогнозировал опытный Фердинанд.
— Ирвин! Ты не о том говоришь! — укоризненно шикнула на супруга Френсис. — Лишь с толку сбиваешь!