Босс преступного мира (ЛП)

— Угу. Отчасти я беспокоюсь о том, что ты слишком быстро взрослеешь. Что касается опасности, я бы хотел, чтобы твои ощущения были правдивы, дочь моя. Держись подальше от неприятностей и не пей. Ты меня понимаешь?
Она одарила меня обиженным взглядом, который обычно срабатывал, но не в этом случае.
— Кайфолом.
Смеясь, я направился сквозь толпу, кивая нескольким приветствовавшим меня людям, и обнаружил, что оба моих брата стоят далеко от великолепной пары. И Эдми, и Зейн, безусловно, наслаждаются всеобщим вниманием, пару осыпали дорогими подарками и поздравлениями.
— Ты заметил, что здесь сенатор из Флориды? — спросил Франсуа. Мой брат был всего на пару лет младше. Были времена, когда мы могли сойти за близнецов, хотя он искренне отрицал это. Он также был моим капо, серьёзно относившимся к своей должности. Он был доволен своей должностью, хотя мало занимался незаконной деятельностью или аспектами насилия, которыми занимался Мэддокс.
Именно Франсуа с любовью начал называть Мэддокса «умником», просто чтобы позлить меня. Франсуа умел обращаться со словами, что делало его идеальным кандидатом для занимаемой должности. Он был чертовски хорош в поддержании мира при формировании альянсов.
— И пара каких-то актёров, — вставил Луи. Он был самым стабильным членом семьи, нашим младшим братом и хирургом, который женился на любви всей своей жизни, на женщине, с которой познакомился ещё во время учёбы. Имея двоих детей и тяжёлую карьеру, он уклонялся от большинства семейных обязанностей, что когда-то было яблоком раздора, особенно с нашим отцом. Тем не менее, были времена, когда я завидовал ему, его решениям и его смелости в их принятие. Не было никаких сомнений в том, что я стану Доном, Хозяином юга.
Я ненавидел это прозвище.
— Зейн считает себя учтивым, когда на самом деле его не очень-то любят, — ответил я. Хотя я сказал правду, меня беспокоило не столько отсутствие у него индивидуальности, сколько тот факт, что он проживал жизнь богатого мальчика, полную экстрима. Это делало его самоуверенным и, в свою очередь, потенциально опасным.
Луи рассмеялся и поднял свой бокал.
— Ты в мрачном настроении, братец. Возможно, тебе нужно выпить. В конце концов, у нас праздник.
— По правде говоря, впервые с момента объявления об их помолвке я в хорошем настроении. Однако что мне действительно нужно — так это выпить. Франсуа, не хочешь присоединиться ко мне?
— Я дам вам возможность обсудить дела. Пойду посмотрю, закончила ли моя жена расспрашивать отца Зейна о благотворительных взносах.
— Какую благотворительность предпочитаете? — поддразнил я, зная, что его милая жёнушка была тесно связана с высшим эшелоном общества.
Луи поднял взгляд и, наконец, усмехнулся несколько секунд спустя.
— Честно? Понятия не имею.
Мы все трое рассмеялись, и я, и Франсуа, наблюдая, как уходит наш брат. Затем направились в один из трёх баров.
— Выглядишь так, будто что-то задумал, — тихо сказал Франсуа.
— Грейсон Александер пытался нас обокрасть. Хуже того, полагаю, что то, что он планировал украсть, может быть использовано, чтобы подставить нас перед ФБР
— Мда. Как узнал?
— Я следил за этим человеком. Прошли недели, прежде чем он ослабил бдительность, что привело нас к агенту более низкого уровня из Батон-Руж. Следы хорошо замели, что было одной из причин, по которой мне потребовалось дополнительное время. Чего я не могу подтвердить, так это работал ли Грейсон под прикрытием на ФБР или на кого-то ещё.
— Чёрт, это совсем нехорошо, — пробормотал Франсуа себе под нос. — Значит ли это, что ты подозреваешь, что это могло продолжаться в течение более длительного периода времени?
— Не знаю, но это именно то, что нам нужно выяснить. Я должен был догадаться, что что-то не так ещё четыре месяца назад, когда Грейсон захотел подождать, работая с нашими более недобросовестными компаниями, вместо того, чтобы принять повышение, которое я предложил ему в области землеустройства. — Я хотел отправить его на наше предприятие в Техасе, чтобы освободить Франсуа от некоторых обязанностей. Слава Богу, я этого не сделал. Мои мысли вернулись к возможности того, что Рэйвен — подсадная утка. Возможно, это вообще не её имя.
 
— Как долго этот человек работал на тебя? — спросил он.
— Достаточно долго, я полностью доверял ему. Мне нужно, чтобы ты просмотрел список известных ему сотрудников. Хочу убедиться, что у нас нет более серьёзных проблем.
Франсуа кивнул, ожидая, пока мы оба не закажем выпивку, прежде чем что-то ответить. С бокалами виски в руках он провёл нас через французские двери в один из внутренних двориков, подальше от большинства гостей.
— Есть ещё что-то, что ты мне не договариваешь.
Я никогда ничего не мог утаить от него, шестое чувство, которое мы разделяем и благословение, и проклятие.
— У меня наверху гостья, женщина, которая испортила вечеринку.
— Интересно. Уверен, что это не подарок какого-нибудь друга, о котором ты не знал.
Сунув руку в карман, я вытащил часы на мерцающий свет.
— Не тогда, когда это было надето на её запястье, когда она уже была готова покинуть потрясающую вечеринку.
— Вау. Хочешь, чтобы её схватили?
— Нет, у меня есть другие мысли на уме. Однако нужно быть осторожным. Пока я буду узнавать, кто она такая, мне нужно, чтобы ты проследил, чтоб вечеринка не вышла из-под контроля. Можешь это сделать?
— Конечно, но мне знаком этот тон. Что ты придумал насчёт этой нежеланной гостьи?
— Пока я принимаю решения на ходу. — И она очень желанна.
— Как думаешь, выбор времени как-то связан со свадьбой Эдми?
Я потёр челюсть.
— Возможно, но прямо сейчас я не спешу с выводами. Нужно быть уверенными. Кстати, о нашей великолепной сестре.
Чего я также не хотел делать, так это тревожить кого-либо ещё в семье. Каждый из нас прошёл через многое за эти годы. Я поднял свой бокал, как только наша любимая сестра появилась на лестничной площадке, одарив нас обоих таким взглядом, который мог бы испепелить большинство мужчин. Франсуа знает, как играть по их правилам с ней и с Луи, когда это было необходимо.
— Вот ты где. Пришло время произнести тост, брат мой, — промурлыкала Эдми, подходя ближе. — Ты обещал. Помнишь? — она провела рукой по моей расстёгнутой рубашке, качая головой. — Что случилось с твоим галстуком?
— Сегодня душно, и, конечно, я произнесу тост, — сказал я ей.
— Хороший тост. Не смей выставлять человека, которого я люблю, дураком.
Франсуа издал странный ворчливый звук и отступил на шаг.
— Я останусь где-нибудь в толпе.
— Нет, ты этого не сделаешь, — прорычала она, хватая его за руку и рывком возвращая на место.
— Сегодня вечером мы будем единой семьёй, Эдми. Это всё, что я могу тебе обещать.
— Не портите мне всё, мальчишки, или я превращу вашу жизнь в сущий ад.
Она развернулась на своих высоких каблуках и, смеясь, направилась обратно в дом.
Только я знал, что она не шутила.
— Бог любит женщин, — произнёс Франсуа. — Может быть, пришло время и тебе подумать о том, чтобы остепениться, дорогой брат.
— Однажды я уже это сделал. Помнишь? Этого больше не повторится.
— Как сказала бы наша мама, никогда не говори никогда.
Это именно то, что я говорил, и не раз.
— Может, тебе стоит последовать своему собственному совету.
— Однажды. Я был бы доволен большой семьёй.
— Так бы и было.
Ухмыляясь, он пошёл впереди меня, и я взглянул на третий этаж, задаваясь вопросом, как там моя незваная гостья справляется с тюремным заключением. Затем я провёл кончиком указательного пальца по губам. Я всё ещё чувствовал вкус её сладких губ.
Теперь я хотел попробовать её всю.
Возможно, я сдержу своё обещание, независимо от того, какая информация о ней будет обнаружена. В конце концов, я был очень хорошим мальчиком. Действительно, очень хорошим.
ГЛАВА 5