Лара. Пленница болот (СИ)
В груди моей что-то взбунтовалось!
Я хочу жить! Я хочу жить!
Яростно зарычав, срываясь на сип, вскинула руки и вцепилась в морду гадине.
Не знаю, как это вышло, но меня будто током шибануло! И вместе со мной эту тварь: по моим рукам замерцали-забегали, как искорки, огни. Из ладоней вдруг полыхнули мелкие ветвистые бело-голубые… молнии! Которые насквозь прошили монстра. Того мигом откинуло от меня на пару метров.
Оно было мертво.
Ошарашенная, обернулась к Грише: рядом с ним скорчилась горящая тварь, но его факел валялся в стороне, потухший.
Визг усилился. Обернувшись, заметила, как к маме несётся ещё одно чулище. Кинулась к ней, не чуя под собой ног, но меня опередил папа. Он вдруг поймал прыгнувшую ему на грудь верещащую тварь и натуральным образом разорвал её голыми руками, и кинул останки во вновь разгорающийся костёр. Кто-то успел полить дрова бензином.
Инженер палил в разные стороны, по поляне, корчась в предсмертных судорогах, лежали пятеро монстров.
Оставшиеся отступили, скрывшись в ночи. Их крики звучали всё дальше от нас. Ливень прекратился так же внезапно, как и начался. Огонь набирал свою силу, даря тепло и защиту.
— Что это было? — ошарашенно выдохнула я, обернувшись к остальным.
Глава 14
Мы растерянно оглядывали друг друга. Отец смотрел на свои руки, не понимая, как он смог одним движением разорвать тварь? Гриша тушил опалённые рукава куртки.
— Вы видели, — заговорил парень возбуждённо, — огни из ладоней, как дали по тварям!
Люба и Мария испуганно смотрели на нас. Не понимая, что происходит.
— Меня укусил монстр, — к нам вышел Фёдор, сжимая запястье. Первой в себя пришла мама.
— Дайте, я осмотрю, их слюна опасна.
Она взяла кружку воды, полила на руку. Ничего не понимая, провела ладонью по коже. Вытащила какой-то осколок.
— Это зуб! Монстр сломал о вас клыки, — удивлённо воскликнула она, разглядывая запястье, там, где должна была зиять рана, — как это получилось?
— Сам не знаю. Тварь кинулась, и я машинально выставил руку, — Фёдор разглядывал свою кожу.
Всхлипнула Зоя, приютившая сирот, у которых погибли родители:
— Мальчонку-то, того… Утащили, — утирала она слёзы рукавом.
— Мы не успели, — понурился папа.
— Остальные все целы? — подошёл к детям дед Михей.
— Да, — раздались их испуганные голоса.
— Вани нет, — вскинулась Люба, — сиротки, Светиного сына.
Детей с нами было немало, за всеми не углядишь. Мы и не успели ещё познакомиться с ними поближе. Одиннадцать сорванцов сновали туда-сюда. Ночью мы спали отдельно от них.
— Как выглядел мальчик? — подошёл отец.
— Ну как, — всплеснула Люба руками, — светленький, худенький, кареглазый. Шёл рядом со мной. И всю ночь поблизости был. Как не заметили, что он пропал?
Женщина расплакалась, к ней подошла Мария успокаивая.
— Обыщите поляну, может, от страха куда забился? — старик взял факел и первым начал осматривать под деревьями и за кустами. Остальные последовали его примеру. Мальчика звали, обыскивая небольшой пятачок. Только всё без толку.
— Гляньте, вот здесь, — подозвал нас дед Михей.
На земле виднелись два следа от маленьких сапожек, точно мальчугана волокли за руки, а он упирался, скользя по земле.
— Сдаётся мне, твари бы в зубах его унесли, — старик присел на корточки.
— Что ты хочешь сказать? — Тихо спросил дядя Лёша.
— Вытолкнули мальчонку, когда костёр гаснуть начал, — дед покачал головой.
— Надо узнать, кто это сделал. Иначе мы рискуем вообще не добраться до людей. Убийца нас по одному перебьёт, — папа понизил голос, чтобы не слышали остальные, — ведь он действует по плану. Своему, извращённому, но всё-таки плану.
— Это как? — Придвинулся ближе старик.
— Убирает тех, кто замедляет наше передвижение. Сами подумайте, бабушка, которую надо было тащить. И двое ребят, не осиливших вчерашний переход.
— Выходит, следить придётся почти за всеми, — почесал затылок дядя Лёша.
— Нет. Мы поступим проще, — ответил папа.
— Как это?
— Пусть дети приглядывают за всеми. Попросим их. Малышню никто не замечает, а вот они видят всё и всех. Поверьте моему опыту, — отец оглянулся, — только надо как-то аккуратно им это подать. Не напугать.
— Я сам с женщинами потолкую, — сказал дед Михей.
— Только без Натальи, жены Фёдора, — добавил дядя Лёша.
— Чего так? — Спросил старик.
— Алексей прав, — кивнул отец, — она мужа своего в любом деле прикроет. Не стоит ей знать ничего.
— Так и сделаем, — согласился дед, — не ровён час и меня посчитает за старую развалину.
Мы вернулись к остальным. Женщины немного поутихли, старались не напугать остальных детей. Успокаивали оставшихся из семьи Веретённиковых, мальчика десяти и девочки двенадцати лет. Она беззвучно плакала, сетуя, что не уследила за братьями.
— Ну что ты, милая, — мама накапала ей успокоительного, — никто ни в чём не виноват, вот, выпей. Это лекарство. Станет полегче.
Девочка взяла стакан, дробно стуча об него зубами, выпила микстуру.
Мама отошла убрать капли в сумку:
— Это ж надо, родителей и двух братьев потерять.
— Оленька, — подошёл дед Михей, — отзови Наталью, мне бы с бабоньками один на один потолковать. Лара потом тебе всё объяснит.
— Хорошо, — мама удивилась, но просьбу выполнила, заняв жену Фёдора каким-то пустячным делом.
Я грелась возле костра, но не чувствовала исходящего от него жара. В душе была ледяная пустыня. Мы так ничтожны перед этими тварями. Загаси огонь и всё. Можно брать тёпленькими.
Рядом присел Гриша:
— Выходит, мы теперь супергерои? — Он всё разглядывал свои руки.
— Не знаю. Всё так быстро получилось. Я даже не успела ничего толком понять. Что, если это гроза как-то спровоцировала?
— Ага, — усмехнулся парень, — через тебя молнию пропустила, а отца твоего силачом вмиг сделала. Не-е-е-ет, тут другое. Ну-ка, — он выставил ладони вперёд, скривился от натуги. Ничего не происходило.
— Способности, если это действительно они, могли быть вызваны страхом.
— Так, меня сейчас мало чем напугаешь, — пожал плечами Гриша.
— Вон! — вскрикнула я, — твари подбираются.
Гриша обернулся к болоту, машинально вздёрнул руки, из ладоней вылетели две огненные вспышки.
— Получилось! — хлопнула удивлённого парня по плечу.
— Ты это, — нахмурился он, — не шути так больше. Если в своих попаду?
— В болотах ночью свои не шастают. Способности и впрямь от страха срабатывают. Проаерено, — я улыбнулась Грише.
Парень, хоть и злился ещё, тоже расплылся в довольной ухмылке:
— Теперь и мы на что-то сгодимся, будем защищать людей от тварей, — он даже приосанился.
— Ага, Бэтмен и Робин, — толкнула я его в плечо.
— Отца своего видела? Как он, тварь эту?
— Фёдор тоже отличился, монстр об него зубы сломал. Интересно, у кого-то также есть способности? Или только у нас?
Гриша обернулся:
— Пошли и спросим.
Мы отправились к остальным. Но на наши вопросы все только пожимали плечами.
— Как же так получилось, — почесал затылок Трофим, — ведь не бывает взаправду подобного.
— А монстры бывают? — Повернулся к нему Гриша.
— Так, а я о чём? — не унимался мужчина, — где же это мы?
Глава 15
На поляне воцарилась тишина. Трофим спросил о то, в чём все боялись признаться сами себе. Где мы? Почему за столько дней не встретили ни единой живой души? Нет дорог, нет людей, нет животных. Птицы и те не пели в лесу. За эти дни я не видела даже лягушек, которых вроде должно хватать в такой местности.
И только полуночных тварей с каждым днём становилось всё больше.
А ещё эти странные способности. Почему они проявились не у всех? У меня, Гриши, папы и Фёдора. С чем это связано?
— Гадай, не гадай, — прервал затянувшееся молчание дед Михей, — всё одно. Надо идти. Уже светает.