Другой мир. Печать демона
Когда в моей спальне появился Валес, я взвизгнула от неожиданности и даже сделала выпад вперёд рукой, чтобы ударить ещё одного незваного гостя, но мужчина вовремя перехватил мой кулак, оскалившись в такой многообещающей улыбке, что у меня ноги едва не подогнулись от страха.
– Расслабься, больше никто не посмеет причинить тебе вред, – произнёс и, отпустив мою руку, ленивой походкой сытого хищника направился в сторону кровати.
– Никто кроме тебя, – усмехнулась в ответ, стараясь не поддаваться панике раньше времени.
– Да, – не стал отрицать демон, а я непроизвольно залюбовалась красотой и сексуальной грацией этого существа, не в силах заставить свой организм не реагировать на близость ТАКОГО мужчины.
От Валеса исходила бешеная энергетика, и жар его соблазнительного тела обжигал даже на расстоянии. Хотелось подойти, содрать с его плеч белоснежную рубашку, пройтись коготками по смуглой горячей коже и очертить языком каждый миллиметр рельефного тела… Безумно хотелось узнать, каков этот порочный демон на вкус… хоть на мгновение ощутить власть над ним…
– Испытывать влечение к пленившему тебя монстру – это так… глупо и банально, – наклонил голову набок, явно насмехаясь, и мне стало так стыдно, что захотелось провалиться под землю. – Стокгольмский синдром. Так, кажется, у людей принято называть подобное поведение. Жертва терпит боль и унижения, при этом сочувствует своему мучителю и искренне верит, что любовь способна из жестокого морального урода сделать прекрасного принца! – последние слова мужчина буквально выплюнул, брезгливо скривив лицо, а затем за долю секунды оказался рядом и сдавил пальцами горло, вынуждая неотрывно смотреть в чёрную бездну его глаз. – Ты тоже так считаешь, пиявка? Веришь в силу любви?
– Нет… – просипела в ответ, прекрасно понимая, что у меня, как и у Валеса нет никаких шансов измениться в лучшую сторону, потому что в наших душах давно живёт лишь тьма, в глубине которой не может зародиться ничего светлого и доброго.
– Похвально, что ты не пытаешься казаться лучше и не питаешь иллюзий касаемо нашего совместного будущего. Но ко всему ведь можно привыкнуть и подстроиться под любые обстоятельства, правда? – прошептал на ухо, снова пуская по моим венам потоки огненного лишающего воли желания.
– Валес, не надо… – выдохнула, уже начав терять связь с реальностью. – Прошу…
Не хотела быть слабой… не хотела, чтобы всё происходило именно так, но, к сожалению, ничего не могла изменить. Бороться бесполезно, потому что в руках этого демона я легко становилась безвольной игрушкой, которая способна лишь выполнять приказы, позабыв о собственном достоинстве. Хотя какое достоинство может быть у убийцы ставшей безвольной шлюхой? А у вампирши предавшей целый клан?
– В очередной раз сдаешься без боя… Потому что не веришь в победу или потому что быть слабой выгоднее и безопаснее? – резко развернул меня к себе спиной и, продолжая удерживать за горло, обманчиво нежно заскользил пальцами по бедру, задирая подол халата. – Кто ты по нутру, Валерия? Трусливый заяц или хитрая лисица? – добрался до промежности и начал массировать клитор, отнимая последние крупицы воли.
Задохнувшись от новой порции жгучего желания, вместо ответа издала глухой стон, ещё плотнее прижавшись к твёрдой словно камень груди. Горячая кожа демона обжигала, заставляя тело покрыться испариной, а вновь ожившее сердце колотилось так быстро и гулко, что отдавалось звоном в ушах. Инстинкты уже взяли верх над разумом, заставив неистово хотеть сильного самца, который к слову тоже не был равнодушным в данной ситуации. Валесу бесспорно нравилось быть хозяином положения, и я его понимала. Меня тоже всегда возбуждала власть над своим половым партнёром. Георг не в счёт. Блондин был для меня лишь билетом в беззаботную сытую жизнь, о которой я по глупости мечтала. Стыдно вспомнить, какой никчемной тряпкой я была, пытаясь добиться желаемого. Я предала не только клан, я предала саму себя, изменив своим принципам, поэтому и оказалась в плену у демона, которому скучно просто отнять чью-то жизнь, ему нужно устроить из этого кровавое представление. И я не имела права осуждать Валеса за это, потому что сама давно перешла на тёмную сторону. Шантарель доверяла мне, а я, пользуясь этим, неоднократно нарушала правила и охотилась на людей. С наслаждением выпивала своих жертв досуха, не давая им шанса на перерождение. И оборотней я убивала с особой жестокостью. Даже тех, кто не представлял угрозы, а просто оказался не в то время и не в том месте. Раньше меня никогда не мучила совесть за это, но теперь в груди неприятно свербело, будто душа очнулась и поняла, какой мерзкой воняющей гнилью субстанцией она стала. Но на данный момент даже совесть заткнулась, потому что ее всё равно никто бы не услышал. Охваченное похотью сознание лишилось способности думать о чем-либо кроме предстоящей разрядки, а тело нервно содрогалось от каждого прикосновения пальцев к набухшему от желания клитору.
Частота движений увеличилась, а вместе с этим хватка на шее стала крепче, заставляя сипеть и жадно хватать воздух ртом, но я не пыталась вырваться или отстраниться, потому что не чувствовала страха. Лёгкие горели огнём, испытывая нехватку кислорода, но это было ничто по сравнению с тем, как изнывал организм в томительной агонии страсти. Я снова чувствовала, как по моим венам стремительно расползается магия. Время остановилось, и ничего не осталось вокруг, ни единого звука, ни малейшего запаха… лишь жар огненной воронки, в которую погрузились наши с Валесом тела.
Мы будто стали одним целым.
Его дыхание – мое дыхание…
Стук его сердца уже в моей груди…
Мой измученный стон, произнесённый казалось его губами…
А дальше мощный взрыв внизу живота и долгожданный полноценный вдох вперемешку с хриплым криком. Тело мгновенно обмякло, и лишь благодаря Валесу, оно не повалилось мешком на пол. Мужчина ловко подхватил меня на руки, а затем заботливо уложил на постель. Не было сил, чтобы думать о чем-то и уж тем более, чтобы опасаться подобного проявления заботы. Стало плевать на всё и всех. Единственным желанием на данный момент было просто поспать, чтобы хоть немного прийти в себя.
Валес играл нечестно. Выматывал, истязал, раскалял до предела все нервные окончания, не давая шансов опомниться и хоть немного отыграться. Обычную интимную ласку он превратил в нечто фееричное, подарив безумное и одновременно больное наслаждение, но при этом лишив меня самого важного – нормального привычного секса, которого я так хотела. А Валес не хотел. И от этого где-то в глубине души начала зарождаться обида, но это чувство быстро померкло, потому что сознание окутала тьма, унося меня в мир сновидений.
Глава 15
Валес
Лишившись очередной порции магических сил, испытывал противоречивые чувства. Слабость в теле раздражала, но ощущать некую лёгкость на душе оказалось весьма приятно. Ярость, которая огнём горела в груди много лет, поутихла, и на самом деле стало легче дышать. Видимо чёрная магия всё это время не только наделяла мой организм огромной силой, но и подпитывала ненависть в сердце, не позволяя чему-то светлому зародиться в душе.
Смотрел на свернувшуюся комочком девушку и понимал, что она не трусливый заяц. Да и до хитрой лисицы ей далековато, потому что слишком уж четко все эмоции отображаются в глубине её красновато-зеленых глаз.
Кто же она?
Кем была до того, как оступилась и позволила себя сломать?
Слабо верилось в то, что Валерия вообще когда-то строго следовала установленным главой клана правилам. Скорее всего она и будучи человеком не особо-то отличалась прилежным поведением. В моем заведении побывало множество девиц, и некоторые из них на самом деле обладали сильным характером, но до тех пор, пока не смирились со своей участью, полностью поддавшись отчаянию. Валерия сдалась без боя. Покорно склонила голову, но в глазах при этом не погасло упрямство, дарованное лишь тем, кто привык выживать вопреки всему. Моя избранная сдалась, но не, потому что слаба духом, а потому что решила сама себя наказать за прошлые проступки. Но наказывать здесь кого-либо имею права только я, поэтому Валерии придется оставить самобичевание и приготовиться к долгой насыщенной эмоциями жизни в компании проклятого демона, раз уж так решили высшие силы. Слова Владыки не заставили меня передумать и отказаться от поставленной перед собой цели. Несмотря на все риски, я готов двигаться дальше.