Запретные чувства (СИ)

— Исключили? — эхом повторил Руслан. — За что?
Понимая, что еще один рваный и смазанный ответ его не устроит, я вкратце рассказала о случившемся. Минимум эмоций и максимум фактов.
— Гадёныш недоношенный, — процедил сквозь зубы Руслан, явно имея в виду Артёма.
— Мне уже всё равно. У меня давно начался новый этап в жизни, — я поправила воротник на своем пальто.
— Ты ничего не попыталась предпринять? — теперь тёмные брови Руслана сомкнулись на переносице.
— Нет. А смысл? Я же понимаю, что справедливости всё равно не добьюсь. Не хочу еще больше расстраиваться. Не хочу бороться с ветряными мельницами.
— Почему не позвонила? — теперь голос Руслана звучал сухо.
— Я сама со всем справилась. Не было необходимости.
— Где живешь?
Атмосфера в машине резко стало тяжелой и неуютной. А мягкое комфортное сиденье вдруг показалось крайне неудобным, словно обросло шипами.
— У подруги. Почти как в общежитие, только соседка одна и тараканов нет, — я попыталась пошутить, но Руслан на это никак не отреагировал. — Здесь налево, — чуть помолчав, добавила.
Руслан свернул налево. Через несколько минут машина остановилась совсем неподалёку от Дашкиного дома. Пожалуй, стоило было быстро попрощаться и уйти, но я кожей чувствовала, что Руслану есть что еще сказать.
— Что дальше планируешь делать?
— Работать. Пока этого будет вполне достаточно, — в моем голосе отчего-то возникла дрожь, будто я не была уверена в собственном ответе.
— И сколько ты вот так готова петь в ресторане? — Руслан отпустил руль и всем корпусом повернулся в мою сторону.
— Не знаю.
— Ты ведь понимаешь, что это не выход? Это путь в никуда. Никакого развития. А ты должна развиваться, если хочешь кем-то стать в этой жизни.
— Это и есть мое развитие.
— О! Пожалуйста! — Руслан чуть скривился, отчего на его лбу собрались морщинки. — Прекрати. Это бред. Или ты думаешь, что однажды в ресторан придет продюсер, услышит тебя и тут же решит заключить контракт?
— Нет. Я так не думаю.
— Тогда ради чего всё это?
— Мне нужны деньги. Нужно на что-то жить.
— Тебя устраивает такая жизнь? — немного помолчав, спросил Руслан. — Только ответь честно.
— Нет, — прошептала я, опустив взгляд.
— Ты ведь творческий человек. А как творческий человек может заниматься тем, что ему не нравится?
— А вы тоже занимаетесь только тем, что вам нравится? — я и не заметила, в какой именно момент в моем голосе возникла едкость.
— Это совсем другая история, — качнул головой Руслан.
— Почему же? — оживленно спросила я и тоже повернулась к Руслану. — Исключений быть не должно. Или так или так. Никак иначе. Теперь пришла ваша очередь ответить мне честно. Вас устраивает ваша жизнь? — я неотрывно смотрела Руслану прямо в глаза.
Сейчас было сложно сказать, какой у них цвет. Свет в салоне почему-то никто не подумал включить. В этой полутьме затаилась некая интимность. Мое сердце застучало быстрей, будто продолжая бесстыдно наслаждаться моментом, пока у меня в голове творился полный хаос.
— У меня всё совсем по-другому. Я не могу думать только о себе и своем комфорте.
— Да или нет? — я решила не отступаться.
— Переменно, — Руслан с лёгкостью выдерживал мой пронзительный взгляд.
— Так как же вы мне можете давать совет, если сами им не пользуетесь?
— Даю, потому что в нужное время им из-за собственной глупости и не воспользовался, — Руслан тихо и невесело засмеялся. — Ты ведь уже однажды рискнула. Уехала в чужой город, чтобы добиться своей цели. Значит и сейчас не должна сбавлять темп. Работа в ресторане — тупик. Для заработка пока что подойдет. Но параллельно нужно проходить какие-нибудь прослушивания. Не знаю. Предлагать свою кандидатуру в любой проект. Ты очень талантливая, Лия. Но робкая. Да, иногда выпускаешь свои «колючки», но чаще там, где они не нужны.
На миг мне показалось, что в глазах Руслана что-то блеснуло. Возможно, это всего лишь был блик от света уличного фонаря. Не знаю. Но Руслан смотрел на меня так, что даже дышать нормально не получалось.
 
— Видеть тебя и слышать тебя на крошечной сцене ресторана — это кощунственно, — Руслан нахмурился.
— Что последнее вы сделали из искреннего желания? — зачем-то спросила я, мысленно отметив, что в машине вдруг стало как-то жарковато. — И можете ли вы себе это позволить?
— Я могу позволить себе многое, — в его баритоне проскользнула совсем новая для меня нотка. Глубокая и в то же время глухая. — Из искреннего желания — почти ничего.
— Почти? Значит, всё-таки что-то есть, — не сдавалась я. — Так вы сделайте. А потом расскажите мне, что и как. Возможно, тогда я и прислушаюсь к вашему совету.
Руслан едва заметно дёрнул верхней губой, а затем наклонившись ко мне, поцеловал. Несдержанно и так жадно, будто только этого и хотел. Больше ничего. И я… Я тоже хотела этого, но совесть всегда успешно глушила во мне любое желание, связанное с Русланом.
Его горячая большая ладонь легла мне на щёку. Большой палец прочертил невидимую черточку на подбородке. Что я делала?! Что делала он?!
— Это прекрасно, — услышала я где-то на краю сознания.
Голос Руслана звучал совсем тихо и непривычно низко. Горячее тяжелое дыхание ласкало мои всё еще приоткрытые губы.
— Делать то, чего очень сильно хочешь, — Руслан поцеловал меня в уголок рта и аккуратно выпрямился, но руку не убрал.
Я невольно потёрлась щекой о немного шершавую кожу, ощущая узоры глубоких линий. Мне хотелось запечатлеть этот момент. Спрятать между пожелтевших страниц какой-нибудь старой книги. Куда обычно прячут красивые бутоны цветов. А потом, когда станет очень-очень тяжело и тоскливо, раскрыть эту книгу, аккуратно извлечь воспоминание и прижать к щеке так же, как я сейчас прижимала ладонь Руслана.
— В ближайшее время ты начнешь регулярные занятия с Всеволодом Константиновичем, — он убрал руку и вернул своему голосу прежнюю серьезность.
— Руслан…
— Он профессионал, — продолжил стоять на своем Руслан. — Работать придется много, но этот человек отточит твой навык до идеала.
— Руслан…
— С учебой можно тоже всё продумать. У меня есть несколько нужных знакомых.
— Руслан, я не буду спать с тобой, — чуть повысив голос, уверенно заявил я. — Прокладывать свой путь через постель в мои планы никогда не входило.
— А я об этом хоть слово сказал? — резкие нотки в голосе Руслана вызвали у меня холодок где-то в районе лопаток. Будто острие ножа коснулось уязвимой обнаженной кожи.
— Нет.
— Лия, мне почти сорок. И я не молюсь на кровать, в которой лежит обнаженная женщина. Круг моих интересов гораздо шире. В моих действиях нет никакой интимной подоплёки, если тебя это волнует. Реши всё для себя и просто дай знать. Я не планирую тебя к чему-то принуждать. Меня такой сценарий никогда не вдохновлял. Это твоя жизнь. И только тебе решать.
Руслан действительно был прав. Это моя жизнь. И решение, которое я должна принять, могло либо круто изменить ее, либо оставить меня на том уровне, на котором я находилась сейчас. Сознательно создавать для себя новые сложные пути было бы верхом глупости.
— Не торопись, — произнес Руслан, заметив мое замешательство. — Дай ответ, как только будешь готова.
  
Глава 22. Лия.
 
— На сегодня хватит, — объявил Всеволод Константинович и аккуратно закрыл пианино. — Встретимся теперь уже в понедельник.
— Хорошо, — кивнула я. — В два?
— Нет. Лучше в три. Не успею. Нужно с женой нашего кота к ветеринару отвезти. Она страшно переживает.
— Как скажите, — я достала из сумки телефон, чтобы проверить, звонил мне кто-то или нет. — А что с котом? Надеюсь, ничего серьёзного? — аккуратно спросила я, начиная потихоньку собираться.
— У Гюго уже почтенный возраст. Поэтому у ветеринара мы в последнее время бываем часто.
— Гюго? А почему именно Гюго?
— Жена обожает Виктора Гюго. У нас был еще Оскар. В честь Оскара Уайльда. Но, к сожалению, машина сбила. Я решил для себя, что больше животных не будет в нашем доме. А потом через несколько дней возле подъезда увидел котёнка. Жена души не чает в животных. Я уступил своим принципам. И так у нас появился Гюго.