Безумный зов небес (СИ)

— Мой черёд, — медленно сказал я. — Что… что такое Бездна?
— Бездна — это сон, — ответил он без малейшей запинки, и я понял, что опять промахнулся. — Бездна — это… это… действие.
Я с глухим отчаянием ждал, когда за бессмысленной фразой последует «моя очередь», но Улхсотот молчал. Лишь спустя несколько секунд я заново прокрутил в голове его фразу и до меня дошло. Хотя здесь, пожалуй, стоило убедиться.
— Прости, ты сказал…
— Действие, — повторил он. — Загадывай.
У меня был заранее припасён вариант, но из-за бесконечного разговора он почти выскочил из головы. Пришлось потратить драгоценные крохи ментальной энергии, чтобы вспомнить — и изложить.
— Сними с Юки… сними со всей стаи Мэйв проклятие. Они его не заслужили.
— Я никого… не проклинал, — равнодушно прогудел Улхсотот. — Её проклятье… пусть она и снимает.
Я потратил ещё несколько оставшихся крупиц мыслей, чтобы вспомнить слова Маэстуса.
— «Снять любое проклятье можно только обратившись к специалисту более высокого класса». Я же не прошу тебя снять моё. В их проклятии — часть твоего безумия. Освободи их.
Потянулись секунды тишины, но в конце концов Улхсотот издал новый зевок — раза в два длинней прежнего.
— Сделано. Вернул… мою часть. Остальное… сами.
Это значило, что нарастающая депрессия при удалении от Убежища никуда не уйдёт, но хотя в какой-то момент она не перерастёт во всепоглощающее чудовищное бешенство. Наверное, при текущих обстоятельствах я не мог требовать большего.
Особенно учитывая то, что меня от полного отключения отделяло ровным счётом ничего. Сейчас его черёд задавать вопросы, и следовало сосредоточиться хотя бы настолько, чтобы выдать пару слов в ответ. Но Дремлющий снова молчал, будто заснул вперёд меня, так что я даже решился поднять на него глаза. Нет, он был в сознании, но смотрел не на меня, а на лик Фергала Защитника, застывший на главном корне Мёртвого Древа.
— Великий друид, — сказал он чистым и красивым мужским голосом, подходящим для исполнения баллад. — Великий враг. Корни, которые он призвал, сковали меня на четыре дня. Если бы ему помогли, он мог бы снова погрузить меня в дрёму.
— Ссаный недоумок, — прошипел он тонким, срывающимся голосом, подходящим героиновому наркоману с запущенной ломкой. — Вшивый древолюб. Я удушил его собственными корнями, пока его глаза не лопнули как перезрелые вишни.
— С ним было так весело.
— С ним было так весело.
Как и раньше, голоса Дремлющего снова слились в один.
— Но… недолго.
Я не знал, что на это ответить и нужно ли было отвечать вообще. Иссушенная голова снова повернулась ко мне, и я опустил взгляд.
— Два — два, — сказал он в своей обычной сонной манере. — Продолжим… в другой раз.
Мир, кажется, остановился ненадолго, прежде чем снова прийти в движение.
— Серьёзно? — выдавил я, не до конца поверив в услышанное. — В другой раз? Когда?
— Когда… нибудь. Ты узнаешь… первым.
В моей голове пронеслось ужасающее подозрение.
— Если ты планируешь оставить меня тут…
— Перенесу… наверх, — безучастно сказал Улхсотот. — Как и обещал. Моё слово… крепче… сна.
Остатки сил, физических и ментальных, одновременно покинули моё тело, и я заснул до того, как окончательно свалился на пол.
  
Глава двенадцатая
 
— Ну ты и соня. Тебя даже вчерашний шторм не разбудил.
Ироничный голос, раздавшийся у меня над ухом, принадлежал не Улхсототу. Он принадлежал Уиллу Льюису, единственному и неповторимому… если, конечно, Дремлющий его попросту не сымитировал, чтобы как следует надо мной поиздеваться.
Я резко открыл глаза. Рядом со мной на корточках сидел вовсе не труп чудовищного друида, одержимый ещё более чудовищным богом. Это в самом деле был Уилл, в улыбке которого читалась тень беспокойства. И правда, с чего бы Улхсототу цитировать Морровинд?
— Кто бы говорил, — отозвался я так хрипло, что едва узнал свой голос. — Вода есть?
Уилл протянул мне мой же бурдюк из шкуры мантикоры, и я смотрел по сторонам, жадно глотая тёплую, но чистую воду.
 
Мы находились там, где я и просил Дремлющего — в жутковатой и всё ещё очень вонючей трапезной, хотя как будто она немного проветрилась. Все снова были в сборе и в сознании. Уилл и Юки, Маэстус и даже Эннис, сидящая немного в стороне. Я нащупал в своём заплечном мешке гримуар и спросил:
— Кёльколиуке, ты как?
— Могло быть. И лучше.
— Что случилось? — всполошился я, доставая книгу и осматривая со всех сторон. — Тебя как-то задело?
— Мне. Стыдно, — сухо ответил дух-хранитель. — Мог предупредить. О проклятье воды. Заранее.
Я выдохнул, вернув его на место.
— Насколько заранее?
— За три. Секунды.
Со стороны ребят послышался синхронный раздражённый гул, и я успел увидеть, как Маэстус закатывает глаза.
— Что за чушь. Он нам уже все уши прожужжал о том, как он виноват. Да за три секунды мы бы даже не успели понять, что он там бубнит!
Я бросил на Маэстуса укоризненный взгляд, и тот фыркнул.
— Что? Его уже пробовали успокаивать по-хорошему. Ты всё проспал.
Мне пришлось заверять Кёльколиуке, что предупреждение бы нам мало помогло, да и в этой ситуации не сработала и моя интуиция. Ничего не сработало, кроме…
— К слову, — сказал Уилл, усаживаясь на краю одной из лавок. — Раз уж мы все тут, кто что последнее помнит из нашего похода? Я начну — тот древесный урод замедлил время и ткнул в меня пальцем. Третий, мать его, раз за сутки.
Все кроме меня подтвердили это как последнее воспоминание. Я откашлялся.
— Я… вроде как не уснул. Не знаю, он промазал или что, меня здорово шатало, но смог встать на ноги. В общем, я его и добил.
Я вкратце пересказал ситуацию с корнем из спины и моей удачной «сник-атакой», а также неприлично высоком куске полученного опыта.
— Красава, Макс, — Уилл расплылся в улыбке и протянул мне кулак, в который я стукнул своим кулаком. — А дальше-то что? Ты нас вытащил на своём горбу? Телепортировал через тени?
— Чушь, — не слишком уверенно сказал Маэстус. — Ни «Шагом», ни «Путём» он нас перенести не мог.
— Нет, я… — начал я и запнулся.
Весь диалог с Улхсототом сейчас казался частью дикого, невозможного сна, и если бы он не был единственным объяснением нашего переноса в трапезную, то я бы всерьёз рассмотрел этот вариант. Но объяснять его прямо сейчас меня тоже совсем не тянуло. Мы ещё не покинули вражескую территорию. Всё в этой встрече рождало слишком много ненужных вопросов. Я не планировал скрывать от своих друзей столь важный момент, но сейчас явно было не место и не время.
— Я не уверен, — медленно сказал я. — Но верховный друид абсолютно точно мёртв, и насколько я понимаю, Древу тоже конец.
— Точно, — протянула Юки. — Вот почему исчез этот… это… ощущение. Как будто на заднем плане шум выключили. Нис, ты тоже чувствуешь?
— Да, — тихо ответила Эннис. — Древо смолкло.
— Это не значит, что можно расслабиться и на всё забить, — сказал Уилл. — Но мы можем выбраться и следовать плану. Проход открыт.
Он кивнул на нору, аналогичную той, по которой мы спустились сюда. На этот раз, кажется, она не планировала зарастать и выглядела так, будто её по-честному выкопали лопатами, а не открыли магией.
Я всё равно пошёл первым. На всякий случай. Только вот случай этот начался вовсе не оттуда, откуда ждали.
— Простите, что сорвалась там, внизу, — пробормотала Эннис, когда мы преодолели около половины пути наверх. — Из-за меня мы чуть все не погибли.
— Нис… — начала было Юки, но её перебил Маэстус:
— Погибли? — переспросил он голосом с приличной порцией яда. — Нам бы несказанно повезло, если бы мы просто «погибли». Скорее нас бы сделали подопытными кроликами, распяв каждого по отдельности на тех чудесных корнях.
— Маэстус… — теперь уже начал я, но молодой некромант и здесь перебил: