Я загадала тебя (СИ)

— Разделяю с тобой твою радость! — усмехнулась, когда села на край кровати.
Джон медленно повернул голову и сонным взглядом разглядывал меня. Он дёрнул бровями. Я не сразу поняла, но увидев взгляд сына, который устремился на шею, то сразу уловила суть его намёков. Я быстро смахнула мокрые волосы на плечи. Но ребёнок уже поник. Хорошее настроение моментально улетучилось.
— Как насчёт завтрака, парень? — решил взять инициативу в свои руки Джон.
Сашка выдавил улыбку и посмотрел на каждого из нас. Коротко кивнул и медленно сполз с кровати. Но он замер возле меня, когда решил уйти из комнаты.
— Мам, а папа не приедет к бабушке Кате? А что если…
— Нет, не приедет, — вместо меня сказал Джон. Его русский просто убивал. — А теперь давай порадуем маму. Завтрак, Алекс, — расплылся в улыбке мужчина. Ребёнок посмотрел на меня и быстро ретировался из комнаты. — Я привыкну к такому. — Он обнял подушку, на которой спал сын и довольно пялился на меня.
— Выспался?
— Немного. Но этого хватит. Какие планы?
— Пока я готовлю завтрак, ты идёшь за чемоданом. А потом мне надо собрать сына к бабушке. А вот потом… — ехидно ухмыльнулась, и увидела огонёк в глазах мужчины. — Мы поедем мне за платьем.
— Вот облом, — прыснул со смеху Джон, уткнувшись лицом в подушку.
— А то! Я старалась.
***
Мы втроём сели за стол, позавтракали. Я залипла в своём новогоднем «подарке». Переносила информацию, входила в аккаунты, проверяла почту и отвечала клиентам. Даже не заметила, как мужская половина сбежали из кухни. Я слишком увлеклась. Выключила ноутбук и пошла на тихие разговоры в гостиной. Увидев полный разгром, тяжело вздохнула. Особенно под ёлкой. И как же без громкого детского визга, который оглушил. Сашка распаковывал очередной подарок и увидел там то, что я называю «зомбохрень». Приставка. Чёртова приставка, которую он клянчил у нас уже целый год. Я посмотрела на Джона и поняла, что он снова попал в точку. Снова. В очередной раз. Мы встретились взглядом с мужчиной, и я мысленно его поблагодарила.
Но наш контакт прервал телефонный звонок.
— Ну что, готова к празднику? — немного печально спросила мама. Но всё равно в своей привычной эмоциональной манере.
— Мам, мне нужно тебе кое-что сказать, — пробубнила, прикрыв дверь в спальню.
— То, что у тебя кто-то есть? Это я уже знаю, — усмехнулась мама в трубку. Кажется, я даже услышала ехидное «хехе». — Оля сказала. Всё сказала, не волнуйся. Ты с ним приедешь?
— А стоит? И как бы это сказать… помягче… Он иностранец! — запинаясь проговорила, и мама в ответ «ойкнула». — Американец, да. Но он понимает русский и бегло говорит на нём.
— Вот это новости.
— Новостей предостаточно, но об этом потом.
Мы договорились о том, во сколько Ефимовы будут выезжать, чтобы я успела собрать Сашку. Они заберут его через полтора часа, а мы поедем мне за платьем, которое никаким образом не вписывалось в сегодняшний день. Джон-прилипала так и не отставал от меня, чтобы мы пошли в кафе с моими друзьями, и мне пришлось согласиться. Тяжёлая Сашкина сумка уже стояла у дверей, когда стук, от которого я подпрыгнула, уведомил меня о приходе Ефимовых. Открыв дверь, увидела широкие улыбки и распростёртые объятия. Только вот я не разделяла такой радости, как они. Видимо, они ещё не в курсе. И пусть побудут в незнании до конца праздников. Я надела свой «любимый» красный свитер, чтобы не пугать всех подряд. Джон, когда увидел его, минут тридцать лыбу давил, как довольный ребёнок, которому подарили на Новый год весь мир.
— Ну что, как настрой? — жизнерадостно улыбнулась Ольга Ивановна, а потом перевела взгляд на кого-то позади меня. Я знала, кто там. Она резко нахмурилась, и они со свекром переглянулись.
— Настрой отличный, — выдавила улыбку.
Но они не обращались внимания на меня. Ведь фигура позади была интереснее. Они не сводили с Джона взгляда.
— Я так понимаю, это его одеколон был на твоей толстовке? — ехидно ухмыльнулась бывшая свекровь, на что я лишь кивнула. — Добрый день, молодой человек.
 
А Джон не стал блистать своим «русским». Безмолвно пожал руку Константину Петровичу, сопроводив кивком.
— Он немой что ли? — шепнула Ольга Ивановна.
Мы с Джоном прыснули со смеху.
— Мой русский немного плох, — усмехнулся мужчина. Они аж дар речи потеряли.
Я бы даже сказала обалдели от неожиданности.
— Джон, это родители Эдика и Олега, — сообщила ему на английском, на что он нахмурил брови. Плохой знак.
— Так вот как выглядят люди, которые породили этого выродка. А с виду приличные люди, — хмыкнул Джон, и я закатила глаза, цокнув.
Без комментариев ну никак нельзя обойтись. И без него уже все поняли, что из себя представляет Эдуард Ефимов!
— Его зовут Джон, он американец, — посмотрела я на своих бывших родственников, которые явно были в откровенном шоке.
— Ого! — сказали они в один голос.
— Ладно, мы поехали, а то твоя мать уже мне телефон оборвала, — быстро разрядив ситуацию, протараторила Ольга Ивановна, смотря на то, как Сашка уже обувался. — Я надеюсь, вы приедете завтра к нам? — женщина сказала, смотря прямо на Джона. Он ехидно улыбнулся, кивнув ей. — Отлично! Учите русский, милок! Он вам понадобится! Катюша вообще не бум-бум в этом! — рассмеялась женщина, когда дед с внуком уже поторапливали любопытную женщину.
Попрощавшись с сыном и со свёкрами, почувствовала крепкий захват со спины.
— С мамой будет полный аншлаг, — вздохнула я. — Может рано ещё знакомиться? Конечно, рано! Определённо!
Дома была гробовая тишина без Сашки, но мужчина сзади заполнял собой всё пространство. Как будто его энергетика проходила через меня, наполняя, даря жизнь и уверенность в завтрашнем дне. Что всё будет не просто хорошо, а замечательно.
— Как это рано? Я должен познакомиться с тёщей! — рассмеялся Джон, когда я пихнула его в бок локтем. — А что? Если я спрошу, ты откажешь? Кольцо есть. Сашка не против…
Я аж резко повернулась от услышанного. Поверить не могла в то, что он сказал. Да быть такого не может! Он издевается? Джон увидел, как я выпучила глаза и поджала губы. Он моментально понял, что сейчас получит русский подзатыльник от женщины ниже его на целую голову. Мужчина с широкой улыбкой попятился назад, выставив руки перед собой. К н и г о е д . н е т
— Спокойствие, только спокойствие! — выпалил он с усмешкой на русском. И мой настрой быстро сменился на дружелюбный.
— Что ты сказал о Саше?!
— Мы говорили утром, когда ты была в ванной, — мужчина отступил ещё. — Алекс не против. Даже не против уехать отсюда. Но всё упирается в тебя, — он улыбался, а мне хотелось ему стукнуть. Вот чем-нибудь тяжёлым.
— Ты невыносим! — прорычала я, сдувая прядь волос со лба. — Джо-о-о-он! Ну кто тебя просил?
В ответ он лишь пожал плечами. Выглядело это типа: «Ну вот я такой! А что ты думала?». Большими шагами рванула в комнату, на ходу стянула свитер, в котором успела свариться. Да и эмоциональный фон добавлял остроты.
— Кристин, пацан напуган до чертиков, что мне ещё делать то надо было? А? — виновато пробормотал мужчина.
Я резко обернулась, хотела накричать на него за наглость. Но осилила лишь шумно выдохнуть.
— Ты можешь делать это со мной, но не лезь к нему! Пожалуйста!
— Да ты ж моя врединка! — расплылся в улыбке мужчина, а мне ещё больше захотелось стукнуть ему.
— Не подлизывайся! — перешла на русский. Он обнял меня, а я, как маленький ребёнок дёргала ногой. Его поглаживания по футболке на спине доводили до смеха и ворчаний. — Ты издеваешься надо мной, Джон Браун из Нью-Йорка. Балбес!
Джон заливисто смеялся не выпуская меня из объятий. Он игриво промурлыкал, дёргая бровями.
— Мне нравится, когда ты ругаешься по-русски. Это возбуждает.
— Джон! — усмехнулась, толкнув его в плечо. — Не делай так больше!
— Ладно. А так можно?
Я не успела понять, как оказалась на постели, лёжа на лопатках, а жадные губы мужчины уже впивались в мои. Он подтянул меня повыше, и я инстинктивно обвила его ногами. Горячие губы прошлись мне по щеке, замерли на ухе. Меня уже трясло от возбуждения.