Бунтарка для властелина (СИ)

Рука Генри спустилась по шее вдоль позвоночника, а потом кончики пальцев едва ощутимо прорисовали линию, пульсирующую под кожей. У Ирен часто-часто застучало сердце. По телу пробежала легкая дрожь.
«Мы сейчас опять потеряем контроль», — мелькнуло в голове.
Ирен отстранилась. Она облизнула губы, еще хранящие эхо поцелуя. Собственный голос, чувственно осевший, показался чужим:
— Так что там с собранием?
Генри посмотрел на нее, будто даже не сразу понял, о чем речь. Расширившиеся зрачки смутно блеснули. Коротко выдохнув, он взял себя в руки.
— Мы все рассчитали. Надеюсь, — откинувшись на спинку скамейки, Генри провел рукой по волосам. — Защитный круг можно расширить до пределов небольшого дома. Только подпитываться ему нужно будет не от одного кулона, а от нескольких.
Ирен вспомнила знак Солиса на шее Брента. Массивный, едва помещающийся в ладони кулон. Наверняка на него пошло немало золота. Да и услуги магов — недешевое удовольствие.
— Все дома так не защитить, — заметила она.
— Но можно обустроить убежища в каждой деревне, — кивнул Генри. — Когда темнодуши нападут, люди смогут там спрятаться. Правда, Нирфору и другим городам понадобится много таких кругов. А действовать нужно быстро.
Он замолчал, отведя взгляд. Лицо помрачнело.
— Что-то пошло не так? Тебя не поддержали? — осторожно спросила Ирен.
  
Глава 49
 
Ирен заправила прядь волос за ухо, внимательно наблюдая за Генри. Он усмехнулся, но взгляд остался таким же хмурым.
— А я не собираюсь спрашивать. Просто поставил перед фактом, что нужно справляться любыми силами. Вызвать в Нирфор всех светлых, у которых хватит способностей и обучения. Заставить знать позаботиться о своих крестьянах из своего же кармана. В одиночку здесь не справиться. По крайней мере, быстро. Конечно, я — король, но не всемогущий Солис, — короткий смешок прозвучал напряженно. — В общем, мы отправили письма всем, у кого есть крупные владения возле Нирфора и к северу. «Птички» летают быстро, скоро получим ответ. Надеюсь, в Рении все понимают, что со мной лучше не спорить, если не хочется закончить на эшафоте.
Ослабив шейный платок, Генри резко встал. Он прошелся по беседке, которая сейчас показалась тесной камерой. На лице появилась жесткая улыбка, полная презрения и ненависти.
Ирен поежилась. Вспомнилось, как темные нити пронзили тело Родерика, мучительно убивая изнутри. Она тихо подошла ближе к Генри, заглядывая в глаза. Кончики пальцы мягко погладили его по лицу. Он задержал ее ладонь своей, прижавшись щекой.
— Генри, ты же не угрожал прямо? Тебя и так… — Ирен замялась, подбирая слова.
— Ненавидят? Знаю, — Генри бросил это одновременно и беспечно, и устало. — А теперь будут ненавидеть еще больше. Я же намекнул в письмах, что будут бездействовать — потеряют земли. Мне это точно ничего не стоит. Нянчиться со знатью я не собираюсь. Достаточно уже уступал.
Ирен вспомнила гостей на свадьбе, холеных и довольных жизнью. Легко представилось, как перекосилось лицо какого-нибудь упитанного графа от такого письма. А половина дам в расшитых золотом платьях скривилась бы, почему это нужно защищать всякую чернь за свой счет.
Успокоившись, Генри жестом пригласил к столу.
— А теперь прошу, — на лице появилась легкая улыбка. — Пока не начали приходить письма.
Они как раз допили чай, когда в беседку влетел сгусток тьмы, напоминающий птицу на детском рисунке. Смутные черные крылья рассеялись, и на стол опустился конверт.
— А вот и первый ответ, — сказал Генри, разломив печать с гербом.
Письма начали приходить одно за другим. Он и Ирен перебрались на плед, расстеленный на траве. Солнце уже миновало зенит, и сквозь кроны деревьев пробились золотистые лучи. Они заиграли на лицах, заставляя чувствовать приятное тепло даже в тени сада.
Ирен села на плед, а Генри по-простому опустился головой к ней на колени. Он поднял очередное письмо над собой, читая навесу.
— Граф Шелтон пишет, что его старший сын сильно болен и третий день не встает с постели. А значит, не сможет приехать, чтобы помочь с защитой города. Какая-то странная повальная болезнь у светлых магов, что скажешь? — губы изогнула скептическая ухмылка. — Уже третье письмо.
 
Генри отложил в сторону лист, исписанный аккуратным почерком. Там уже скопились раскрытые письма. Улыбнувшись, Ирен зарылась пальцами в короткие черные волосы. Генри закрыл глаза, как довольный кот.
— Любой отец боится за своего ребенка. Вот и не хочет подставлять под удар, — она пожала плечами.
Ирен потянулась за следующим письмом. Сама удивилась, когда Генри доверил разбирать их вместе, а теперь под пальцами легко хрустнула очередная сургучная печать.
— Твоего это не смущало, — фыркнул он. — А что там у тебя?
Кивок головой указал на конверт. Ирен торопливо пробежала взглядом по изящно выведенным строчкам.
— Вдова Брукс обещает, что постарается защитить «бедных крестьян от проклятых слуг Нокты», — зачитала она и слегка нахмурилась. — Правда, в таких выражениях, как будто ты отнимаешь у нее последнюю крошку хлеба. Просит быть снисходительным… говорит, что после смерти мужа еле тянется…
Ирен закусила губу. Начала грызть совесть насчет этой незнакомой вдовы. Генри выхватил лист, не давая дочитать.
— Ирен! — рассмеявшись, он смял письмо в пальцах. — У нее три богатых рудника и несколько особняков по всей Рении. Пусть просто заказывает поменьше платьев у столичных портных.
Комок из дорогой белоснежной бумаги полетел на траву. Генри сел на пледе, взяв последний конверт. Судя по скучающему выражению лица, ничего интересного там не оказалось.
— Только и делают, что трусят и хватаются за свои деньги, — тихо сказала Ирен. — Это мерзко.
Она обняла себя за плечи, глянув на стопку прочитанных писем. Большинство согласились все выполнить, а те, кто попытались увернуться, не отказались напрямую. Только между строк буквально послышался скрип зубов.
— Вот поэтому я и выбираю жесткие меры, — Генри с усмешкой отложил письмо.
Он посмотрел на Ирен, и она не удержалась от шпильки:
— В смысле, казнишь всех без разбора?
В глазах блеснуло озорство. Генри коварно прищурился. Одно плавное движение — и Ирен оказалась опрокинута на плед. Запястья очутились в оковах сильных пальцев.
— Тебя же я не казнил, бунтарка, — прошептал Генри ей в губы. — Не мучаю, не держу в плену…
Он спустился по шее Ирен дразнящими поцелуями. Она подняла подбородок, подставляясь под каждый. Дыхание сбилось. Ирен закусила губу, прикрывая глаза.
Со стороны замка донеслись приглушенные голоса. Опомнившись, Генри отстранился.
— Пора ехать, — встав, он подал руку Ирен. — С тобой я совсем забываю о времени.
  
Глава 50
 
Когда Ирен и Генри приехали к северным воротам Нирфора, Айрон уже ждал там. Он стоял у дороги. Рядом спокойно пощипывал траву светло-серый конь.
— Не передумал, значит, — еще издалека проворчал Генри. — Я надеялся, все-таки не придется его терпеть.
Ирен со вздохом качнула головой, а потом быстрее послала вперед своего гнедого. Правда, стоило оказаться рядом, как сразу вспомнился тот поцелуй, и взгляд неловко спрятался за ресницами.
— Привет, — пальцы заправили за ухо выбившийся локон. — Как там наши?
— Не переживай, справятся как-нибудь, — улыбнулся Айрон.
Он запрыгнул в седло, выезжая на дорогу. Ирен глянула по сторонам: у обоих спутников стало такое выражение лица, словно другой — пустое место. Направив коня ближе к ней, Генри развернул небольшую карту.
 
— Поедем через Борнхед, — он показал на маленький городок. — До темноты точно доберемся. А с утра — уже дальше через лес, к границе.
— Повезло, что столица Талвии на юге, близко к нам, — кивнула Ирен.
— Наверно, короли не захотели мерзнуть, — влез в разговор Айрон. — Правители же всегда думают, чтобы им было хорошо.