Бунтарка для властелина (СИ)

Ирен мягко убрала ладонь из руки Айрона. А он зло выступил вперед, с вызовом глянув на Генри.
— Значит, люди погибают из-за тебя и твоей грызни за трон? — в тоне смешались упрек и горечь. — Хотя… ничего нового.
  
Глава 42
 
Ирен торопливо окинула взглядом своих. Айрон и Хью уставились на Генри с откровенной ненавистью. Брент прищурился с осуждением и горечью. Чувствуя повисшее напряжение, Ирен поспешила переключить внимание на себя.
— Нам нужно подумать, что делать дальше. Всем вместе. Среди нас нет темных магов, а Генрих — один из самых сильных в Рении, — на этих словах она заметила, как он довольно усмехнулся. — Брент же понимает в светлой магии и ритуалах жрецов…
Покачав головой, Хью разочарованно перебил:
— Слышал бы тебя твой отец.
— Ирен, мы справимся сами, — поддержал Айрон.
— Да уже не справляемся! Ни мы, ни они! — Ирен взмахнула рукой в сторону Генри. — Почему нам просто не обсудить все?
Хью вышел вперед, оказываясь всего в паре шагов. В тусклом свете одного-единственного магического огонька его лицо показалось особенно угрюмым и жестким.
— Почему? — губы дрогнули в мрачной усмешке. — Потому что в битве за Нирфор я чуть без ноги не остался из-за его химер. Потому что Тони сейчас лежит труп-трупом, только бредит. Потому что треть наших погибла там, у стен замка, когда мы пытались тебя вытащить!
Хью с упреком покачал головой, глядя на Ирен. У нее в горле застрял комок, стоило вспомнить то утро.
«Смотрит, как на предательницу», — подумала она.
Став рядом с ней, Генри холодно сказал:
— И погибнет еще больше. Я не верну вам мертвых, но могу помочь живым. Этого вашего Тони ранила химера?
— Трясешься за свою шкуру? — нахмурился Хью. — Понял, что сейчас поднимем тревогу, и против всего штаба ты — ничто?
Он подобрал с пола меч, и лезвие с лязгом скользнуло в ножны. Правда, ладонь продолжила демонстративно лежать на рукояти.
Лицо Генри ожесточилось. Он чуть прищурился. Взгляд стал тяжелым и хмурым. По руке пробежала первая черная молния, тоненькая и почти незаметная в темноте.
— Химера. Полоснула когтями, — как ни в чем не бывало, влезла Ирен. — Я делала все, что могла, и поддерживала своей энергией. А он только мучается. Уже несколько недель.
Она с сожалением покачала головой. Вспомнился Тони, осунувшийся и мечущийся по постели в бреду.
Темная магия, плохо пригодная для целительства, лучше убивала и разрушала. Светлая же, будучи слабее в бою, успешнее спасала и лечила. Однако в случае с Тони даже Ирен чувствовала себя беспомощной.
Генри ненадолго прикрыл глаза, беря эмоции под контроль.
— Значит, яд сильно разошелся. Теперь вывести его может только тот, кто создал химеру. То есть я и больше никто, — в голосе появились стальные оттенки.
Айрон хмыкнул, не скрывая пренебрежения:
— Хочешь обменять свою жизнь на его?
— Пытаюсь договориться. Хотя идея просто убить вас с каждой минутой нравится мне все больше, — мрачно сказал Генри, скрестив руки на груди. — Ну, так что?
— Айрон, тебе решать, — Хью пожал плечами. — Думаю, уж ты точно хочешь за все отыграться.
Айрон засомневался. Он неосознанно потер ладонью основание шеи, будто кожей вспомнил боль в подземелье. Ирен пристально посмотрела в глаза. Сердце забилось часто-часто.
«Давай, Айрон. Ты же никогда меня не подводил, ты же всегда был на моей стороне!» — в мыслях уже начиналась паника.
Наконец он сломался под взглядом Ирен. Отвернувшись в сторону, в темноту, Айрон выдавил:
— Спасти Тони я хочу больше.
Поднимаясь наверх, они встретили еще нескольких повстанцев. Брент, стараясь говорить как можно мягче, быстро объяснил ситуацию. В итоге, вокруг кровати Тони собралась целая толпа. И каждый посмотрел на Генри с подозрением. Он качнул головой:
— Нет, так не пойдет. Оставьте нас с Ирен, только отвлекаете.
Хью собрался возразить, но Айрон предупреждающе опустил руку ему на плечо. Повстанцы направились на выход. Вскоре дверь за ними закрылась, оставляя в тишине, разбавляемой лишь тяжелым дыханием Тони. Ирен бросила взгляд на исхудавшее бледное лицо. Тени под глазами почернели еще сильнее.
 
Она откинула тонкое покрывало, которым укрыли Тони. Ирен и Генри молча принялись снимать бинты. Открылись уродливые воспаленные раны на груди, оставленные когтями химеры. Стало хуже, чем в прошлый раз.
Ирен медленно выдохнула: даже ее, привыкшую к такому, замутило.
Если бы речь шла о ранах от меча или стрел, Тони был бы уже мертв. А яд химер убивал долго и мучительно. Казалось, он специально поддерживал жизнь и продлевал агонию.
Садясь на край кровати, Ирен сдавленно спросила:
— Что мне делать?
Она осторожно убрала прядь волос со лба Тони. Он глухо, как в кошмаре, застонал, и глаза быстро-быстро забегали под сомкнутыми веками.
— Я уничтожу яд, но раны при этом откроются, — Генри говорил собранно и без эмоций, но при этом расхаживал по комнате, словно по тесной клетке. — Сама понимаешь, понадобится твоя магия, светлая. И действовать нужно будет быстро, чтобы не истек кровью. Очень быстро.
‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Ирен кивнула. Она с готовностью потянулась к ранам. Еще немного — и пальцы засветились бы, но Генри в одну секунду оказался рядом. Он ухватил за запястье, вполголоса сказав:
— Подожди. Ты понимаешь, что начнется, если что-то пойдет не так?
Ирен по глазам поняла, о чем именно речь. Несколько десятков повстанцев, магов и нет, против заклятого врага. Пусть и такого сильного, но одного в стане противника. Дыхание перехватило. Ирен торопливо покачала головой, зашептав:
— Нет, нет, я им не позволю.
Генри резко дернул за руку, заставляя встать. Не отпуская, он посмотрел в глаза, и тон стал резким и прямым:
— Ты их уже не контролируешь. А тем более твой ручной щеночек Айрон. Они — толпа, злая и мечтающая отыграться.
В первый момент Ирен захотела возразить, но потом осеклась. Ненадолго прикрыв глаза, она вздохнула:
— Не нужно было приводить тебя.
Генри крепко взял за плечи. Его лицо осталось решительным и бесстрашным. А вот глаза, обычно такие уверенные, выдали напряжение и тревогу.
— Если все пойдет не по плану, пообещай мне одно, — потребовал Генри. — Ты не будешь вступаться. Сделаешь вид, что ненавидишь так же, как они. Если что, Ирен, доиграй до конца. Ты это умеешь, я знаю.
Его губы изогнулись в короткой усмешке. Он выжидающе посмотрел на Ирен.
Она замерла в его хватке. В горле застрял комок, и получилось только отрицательно помотать головой. Глаза предательски заблестели.
Генри порывисто привлек Ирен к себе. Крепко обняв, он зарылся носом в ее волосы.
— Обещай мне, — прозвучало уже тише, отчаяннее. — Иначе они отомстят тебе, как предательнице.
Ирен судорожно сжала пальцами плащ, пахнущий мужским одеколоном. Она спрятала лицо на груди Генри. Ладонь ощутила частое биение его сердца.
— Я не смогу, — сдавленно прошептала Ирен.
Он осторожно приподнял ее лицо за подбородок. Большой палец медленно очертил контур губ, заставляя млеть от одного прикосновения.
— Сможешь. Я же твой враг, — Генри попытался улыбнуться.
Он поцеловал нежно и до невыносимого коротко. Ирен подалась навстречу, запуская пальцы в его волосы. Однако Генри отстранился, беря себя в руки. Он отошел к кровати Тони, скомандовав:
— Начинаем.
  
Глава 43
 
Генри стал рядом с кроватью, прикрывая глаза. Лицо показалось каменным от сосредоточенности: ни капли эмоций. Губы зашевелились в беззвучном шепоте.
 
Ирен присела на край кровати, держась наготове. Светлая магия замерцала на правой руке: крохотные белые искры побежали к кончикам пальцев. Только бы не потерять время. Ни доли секунды.
Тони глухо застонал, и голова заметалась по подушке. Ирен мягко сжала его ладонь. Пришлось закусить губу, чтобы не зашептать что-нибудь успокаивающе и не сбить Генри.