КК -12. Часть 1 (СИ)

«Нельзяссс ссспать», — коротко ответил лорд Роберт, и эта краткость больше всего показала, насколько он измотан.
Раздался выстрел гранатомета, ударивший змея в щит. Таммингтон зашипел — и Нории, уже отдавший своим драконам приказ прикрывать змея и отлетевший на полкилометра к холмам, развернулся, зависнув в стороне между обозленным змеем и расступившимися раньярами. В этом коридоре словно нарочно вился раньяр, показывая спину всадника, только что выстрелившего из гранатомета. А за спиной была привязана девочка лет семи, обмякшая от ужаса.
Лорд Роберт предсказуемо рванул туда, в коридор из раньяров. Драконы отстали — а навстречу ему, огибая всадника с девочкой, вырвалась целая стая стрекоз, которые на полной скорости понеслись к змею, разбиваясь о его щит в лепешки, затормаживая, отвлекая. А за этой стаей на крупном раньяре летел всадник в белых доспехах — и он как пращу раскручивал над головой что-то резанувшее Нории невероятной и чуждой мощью.
«Стой!» — рявкнул Нории, ускоряясь так, как это умели делать только владыки драконов. Он на ходу выстраивал огромный, мощный щит, многослойный щит, вливая в него максимум своей силы, он ударил вперед страхом — но в стороны разлетелись только раньяры со всадниками, а тот, кто раскручивал что-то невидимое, даже не дрогнул.
Таммингтон затормозил, ошарашенно тряся башкой, и Нории успел скользнуть вперед него: развернулся мордой к всаднику, ударил воздушным Тараном, за ним — тысячами ледяных лезвий — но то, что швырнул всадник, прорезало заклинания дракона как горячий нож масло, лишь на секунду задержалось на его щите, облепляя его сетью по кругу — и начало сминать его как яичную скорлупу.
«Норииссс!» — испуганно зашипел Таммингтон, дергаясь к нему. Со всех сторон с тревожными криками летели к Владыке драконы — спасти, убить врага, пробиться к человеку в белом доспехе, который, как невод за длинный канат, двумя руками держал сеть и подтягивал ее к себе, словно не чувствуя тяжести и сопротивления дракона. Пробивались несколько крошек тер-сели, но что они могли сделать? Раньяры словно взбесились — сотни их налетели и на драконов, и на змея, не пуская, заслоняя, отдавливая прочь.
«Улетайте, — едва сумел проговорить Нории, чувствуя, как чудовищная мощь продавливает его щит, в который он вливал все свои силы — и воздух нагревался, искрил от противостояния двух таких чуждых энергий. — Это… оружие… неподвластно вам… улетайте!»
Он выдохнул и расправил крылья, выплескивая в щит всю силу, что оставалась у него… Щит отыграл полкрыла, еще треть… и тут по сети пробежал металлический отблеск, она словно набрала силы в ответ на усиление щита, стала жестче, остреее…
Раздался взрыв такой мощи, что его услышали и эмиратские корабли в море. Раскидало драконов, стрекоз, Таммингтон, который сумел подобраться почти вплотную, оглушенный почти до потери сознания, полетел вниз, на дома. Это лопнул щит Нории.
И только всадник, державший сеть, остался невредим — словно она защищала его. Впились в белую плоть дракона страшные крючья, раздирая кожу, ломая крылья, но оставляя в живых, и он закричал от боли, заклекотал, завыл — а сознание само бросило тело в анабиоз, потому что вынести эту боль было невозможно.
* * *
Ренх-сат, подтягивая к себе Лесидию, которая любую попавшую в нее жертву делала легче тюка с тряпьем, испытывал одновременно и торжество и досаду. Не та добыча — но и этот зверь мощен, и он будет неплохой жертвой богам. Сеть его не убьет, пока Ренх-сат не захочет. Обездвижить болью, лишить воли и заставить жаждать милосердной смерти вполне достаточно.
Много раньяров пришлось погубить, чтобы его поймать — но зачем те раньяры, если в воздухе их превращают в труху? А теперь и один из драконов пойман, такой мощный, что какое-то время смог сопротивляться Лесидии, и змея в воздухе нет. А остальных зверей его норы перещелкают по одиночке. Все выдыхаются, и эти бойцы тоже.
Дракона стянуло сетью так, что голова была прижата к боку, ноги и хвост — к брюху, красный гребень торчал из ячеек, как и перья из сломанных крыльев, по белоснежным перьям которых текла кровь. Не подох бы от потери крови до жертвоприношения!
 
Вокруг звенели крики ярости, отчаяния, гнева — то бились, пытаясь прорваться к собрату, другие драконы — но раньяры стояли стеной, давая время тиодхару закончить дело. Били гранатометы — и вот уже у кого-то из драконов треснул щит, на крыльях повисли стрекозы, дракон полетел вниз, покатился по крышам, пытаясь стряхнуть с себя груз. Рухнул второй — и часть драконов отвлеклись помочь, часть по-прежнему рвалась к Ренх-сату.
Рядом с генералом остановился раньяр с почтительно склонившим голову Арвехши и побледневшим жрецом Имити-Ша, и Ренх-сат, сделав петлю над ними так, чтобы толстая нить легла в руки Имити-Ша, отпустил Лесидию.
— Отнесите зверя нашим господам, — крикнул он весело. — Эта кровь им придется по нраву!
Стрекоза с большим грузом под брюхом уже скрылась за холмами, и крики драконов переросли в вой и рев — но их по-прежнему не пускали следом, и приходилось биться, чтобы сохранить уже свои жизни.
Ренх-сат спустился ниже, сделал глоток из бурдюка, оглядывая центр города, куда упал змей и где сейчас отбивался от стрекоз дракон с ранеными крыльями.
— Где же ты, колдун? — проговорил тиодхар задумчиво.
Сейчас его не было видно — видимо, обернулся человеком, чтобы спастись. Ну что же, Ренх-сат лично спустится на землю. Человека поймать куда легче, даже если он избежал сразу двух ловушек.
Двух — потому что тиодхару докладывали, что одна из шахт-ловушек сработала, и он уже было полетел туда с норами, проверять, раскрывать выход и ловить колдуна на вылете, когда змей обнаружился над холмами, направляющимся к городку. И на выстрелы орудий не реагировавшим. Значит, сумел выбраться сам. Удачливая тварь.
Но всякая удача когда-либо закончится.
Он подозвал к себе жестом нескольких сопровождающих тха-норов и отдал распоряжения, как держать воздух, как работать оставшимся огненным орудиям.
— Пусть треть всадников спускаются туда, куда упал колдун и ищут его. Найдут мертвым — хорошо, живым — пусть сразу убивают. Я подойду с подкреплением.
Он развернул раньяра и полетел к холмам со стороны моря — там, где ждало несколько больших наземных отрядов на охонгах и тха-охонгах, которые поведет сам Ренх-сат, чтобы найти колдуна.
  
Глава 10
 
Ночь с 5 на 6 мая, Инляндия, Виктория Лыськова
Отряд Виктории вышел к центру города первым, еще до захода солнца. Благодаря щитам и мощи волшебницы, никто из ее бойцов не погиб — на них и легла задача по зачистке площади и окрестных домов. А затем, когда начали подтягиваться сводные отряды дармонширцев, идущих по параллельным улицам, Вики пришлось накрывать куполом, завязанном на накопитель, одно из отдельно стоящих зданий — для сбора раненых до передачи медицинским службам.
— Звание? — спросила она у молодого парня, который подтащил к дому кого-то из раненых и прямо на крыльце довольно умело делал ему перевязку пробитой головы.
— Младший лейтенант Бернард Кембритч, леди, — ответил тот, не поднимаясь. — Командир четырнадцатого штурмового отряда.
Над ними в меловой дымке низко-низко пролетел дракон, уносясь от стаи раньяров, и они оба проводили его взглядами. Пронеслись несколько мелких водяных псов, мелькнула тень большого змея, и лейтенант успокоенно улыбнулся.
— Брат? — поинтересовалась Виктория. Она временно убрала доспех и наслаждалась тем, как холодит кожу через ткань свежий вечерний воздух.
— Так точно, леди, — кивнул лейтенант, заканчивая перевязку.
Появление драконов и работа двух змеев в воздухе сильно облегчила работу наземных отрядов, и пусть сейчас, с наступлением сумерек и из-за повисшей в воздухе меловой взвеси, их было видно только если присматриваться (а присматриваться не было времени) атаки раньяров снизились до минимума.