Камилла. Жемчужина темного мага (СИ)
В доме царила тишина. Солнце давно взошло, сквозь окна на пол ложились снопы света. И что-то тихо и постоянно поскрипывало, то тут, то там, но было совершенно непонятно — ходит ли это господин маг, или же просто такие звуки издает деревянный дом.
Камилла добралась до уборной. там, как и вчера, тлели угли в корзиночке, давая достаточно света и, на удивление, в помещении приятно пахло еловой смолой. И на полу появился плетеный коврик, которого явно не было вчера…
Потом она долго умывалась и разглядывала себя в мутном зеркальце. Чувство было такое, словно она наконец вынырнула из холодной воды и потихоньку начала отогреваться. Сердце билось размеренно, и невидимый обруч уже не стискивал горло ежеминутно. Камилла старалась думать о том, что будет сильной и рано или поздно отомстит за родителей — и не думать о том, что никогда больше их не увидит. В конце концов, для этого всегда останутся сны. ну а та неодолимая сила, время, о котором маг говорил как о ещё одном, особенном расстоянии, рано или поздно все равно бы ее с родителями разлучила.
Все-таки он очень правильные слова сказал, этот Аларик. И видно, что, хоть и не аристократ, но неплохо образован и неглуп.
Камилла обхватила себя за плечи руками, вспоминая, как он обнимал ее, и как было хорошо в его руках — так спокойно и надежно. Подумать только, и темными магами пугают маленьких детей! А ведь пугать надо совсем не ими, если среди них есть такие люди, как этот… Аларик.
Стоя перед зеркалом, она кое-как разобрала спутанные волосы на крупные пряди, заплела косу. И, ополоснув лицо еще раз, вышла — и едва не уткнулась носом в черную тунику.
Взгляд метнулся к лицу Аларика — и Камилла невольно улыбнулась. Снова встретив этого человека, она чувствовала тепло, которое окутывало ее невесомым коконом. И смотрел он на нее… По-доброму так смотрел, приветливо.
«Почему мне так хорошо рядом с ним?» — мелькнула непрошенная мысль, но в следующий миг Аларик заговорил, и улыбка Камиллы погасла сама собой.
— Госпожа баронесса, — холодный, официальный тон и легкий поклон, — вам принесли платье. могу я вам чем-то помочь?
«Зачем ты так?» — а в памяти так живы те минуты, когда он просто гладит ее по волосам, укачивая на руках, словно маленькую.
но, видимо, так было нужно — и ей, и ему.
Камилла покорно кивнула и посмотрела выжидающе.
Аларик едва заметно вздохнул и протянул ей руку.
— Позвольте сопроводить вас.
она вложила свою руку в его, и так, очень церемонно, они вернулись в спальню. там на стуле ее ждали новая сорочка и платье.
— Вы сможете переодеться, или будем ждать Годиву?
Камилла уверенно кивнула, и маг вышел, прикрыв за собой дверь.
Что ж… в душе заворочалось сожаление, как будто вчера — то была горькая, но прекрасная сказка, а сегодня началась привычная жизнь, где ты — баронесса, и простолюдины всегда будут стараться держаться от тебя подальше.
она скинула ту сорочку, что была на ней, нырнула в новую — оказалось, из тончайшего батиста. Под сорочкой ее ждали панталончики и чулки, тоже весьма неплохие, Камилла даже подумала о том, что господин темный маг может позволить себе покупки куда более дорогие, чем семья барона Велье. А вот платье оказалось самым простым, из грубой шерсти, темно-серое и голубую клетку — такие носят торговки, швеи, прачки. И внизу, под стулом, она увидела мягкие войлочные туфельки.
одевшись и обувшись, Камилла выглянула из спальни: Аларик прохаживался по коридору, замер, ее заметив, и сдержанно улыбнулся. Камилла сделала жест, как будто что-то писала, и он догадался: тут же протянул ей небольшую, с ладонь, книжечку, к которой на тонкой ленточке был привязан заточенный грифель.
И уже через несколько минут Камилла писала:
«Спасибо. За все спасибо».
— не благодарите, — он улыбнулся своей хитрой улыбкой, — на моем месте каждый поступил бы так же.
она покачала головой.
«не каждый, и вы это знаете».
— Давайте пройдем в гостиную, — и церемонно подал руку.
…там оказалось светло и просторно. Свет лился сквозь чисто вымытые окна. А ещё Камилла с удивлением увидела накрытый к чаю стол, который был предусмотрительно подвинут поближе к дивану.
— Прошу, — Аларик сделал приглашающий жест.
Камилла забралась на диван, и он тут же налил ей чаю. Запахло мятой. Камилла снова открыла блокнот и написала:
«Что мы будет делать дальше? Что я буду делать дальше? Я — наследница».
Аларик пробежал глазами по строчкам и без улыбки посмотрел на нее.
— Видимо, больше нет, госпожа баронесса. Утром кое-что произошло… Кое-что интересное. В некотором смысле даже забавное.
он помолчал, с легкой улыбкой глядя на нее, затем продолжил:
— Я правильно поступил, что не бросился ставить вашего дядю в известность. Возможно, вы меня заподозрили… впрочем, неважно. Важно то, госпожа баронесса, что ваше тело нашли. И не одно, целых два тела утонувшей девушки со светлыми волосами. одно тело нашел ваш дядя, а второе — его высочество Эдвин Лоджерин.
И невесело рассмеялся, глядя на нее. А Камилла чувствовала, что ее брови неконтролируемо поползли вверх, а рот приоткрылся в самом наиглупейшем выражении.
Потом она встряхнулась и записала:
«Как так? Что это все значит?»
— Знаете, я не великий умелец по части интриг, — прошелестел темный маг, и его глаза потемнели, снова сделавшись чернильными, — но сдается мне, что, когда два совершенно разных человека торопятся вас похоронить, чинно и законно, то оба они имели повод и вас убить.
— А-ва-ва, — невольно вырвалось у Камиллы.
Сказать она хотела — ну ничего себе.
Покраснела и вернулась к блокноту.
«Я не понимаю, за что? Что я им сделала? Принца ударила, и он мог хотеть смерти моей и моих родителей. но дядя?»
— Полагаю, тут много интересных фактов, о которых мы не знаем, — пробормотал Аларик, — подлить вам ещё чаю? нет? Возьмите, пожалуйста, булочку…
но Камилла лишь покачала головой. Как можно вообще думать о еде, когда вокруг происходит такое?
И она схватила блокнот снова.
«А мои родители? Их тела нашли?»
— Их забрал ваш дядя и уже похоронил в семейном склепе Велье, насколько мне известно, — тихо ответил Аларик и отвернулся. Помолчав, добавил, — помните, что я говорил про великую реку времени? она будет вас уносить все дальше и дальше, и это в любом случае неизбежно. Все мы… знаем друг друга только временно. не навсегда.
Камилла взяла дрожащей рукой чашку и сделала несколько глотков. Да, чай с мятой. Говорят, мята успокаивает, мятные капли дают всяким нервным девицам…
но как тут не быть нервной?
Это просто чудо, что она в состоянии ходить и даже думать. Посмотрела на Аларика, встретила его внимательный взгляд. И совершенно внезапно захотелось свернуться клубочком, и чтобы он снова обнимал ее, утешал и грел своим теплом.
Камилла покачала головой. Да, это было бы прекрасно. но он сам только что дал понять, что она — госпожа баронесса, и что далее он будет вести себя с ней так, как и положено вести простолюдину.
но какое у него все-таки умное и приятное лицо.
В деревне люди попроще, Камилла видела не раз деревенских парней. И лица у них напоминали плохо отесанные деревянные чурбачки, а развлечение не шли дальше ближайшей таверны. темный маг, вытащивший ее из реки, видимо, был из какой-то совершенно другой деревни. Или же магия попросту накладывала отпечаток на человека, который стал для нее сосудом.
«Что мы теперь будем делать, когда меня похоронили?»
Аларик понимающе кивнул.
— нам остается затаиться до поры до времени и постараться выяснить все обстоятельства… Почему все происходит так, как происходит. Зачем вашему дяде была нужна смерть вашей семьи. Зачем принцу вылавливать утопленниц и объявлять их вами.
«Я не могу поверить, что это мог быть дядя», — написала Камилла.
— Во многие вещи с трудом верится, — усмехнулся маг, — но мы понятия не имеем, что у него было на уме, и зачем он столь спешно объявил о том, что вы окончательно и бесповоротно мертвы.