Посторонние (СИ)

В углу аккуратной кучкой красовались профитроли. Боками друг к другу жались крепыши в пестрых нарядах — пирожные буше. И ярким пятном на подносе сияла россыпь акварельных красок макарони! Невзирая на головокружительный ассортимент, я ограничилась творожным бисквитом. В отличие от Аньки, которая решила побить все рекорды по обжорству.
— Ты не лопнешь, деточка? — уточнила я, с сомнением поглядывая на «шоколадный шоколад» в ее тарелке.
— Завидуй молча! — шутливо огрызнулась подруга, и решительно плюхнулась на розовый диван. — Мне нужны эндорфины!
Влюбленная парочка за соседним столиком потягивала молочный коктейль из одного стакана. Худощавый парень заботливо отламывал по кусочку от фруктового желе и скармливал полезное лакомство своей возлюбленной. Миниатюрная под стать ему, девушка любовно стряхивала крошки с его щеки.
— Кажется, Артём мне изменяет, — выдохнула Анька.
Я напряглась! Накануне встречи я много размышляла: «Едва ли она могла заподозрить меня в чем-то. Да и вообще! Если бы правда раскрылась, я бы уже лежала с переломанными конечностями. По-крайней мере я сама именно так и поступила бы с любовницей своего мужа. Которая по совместительству еще и моя подруга!»
А потому я решила, что Аня собирается разделить со мной очередную семейную драму. Наверняка, поссорились? «А, может быть, решили развестись?», — ненароком подумала я.
— Кажется, эту фразу я слышала неоднократно.
— Да нет! — занервничала Анька, — На этот раз все серьезно, я чувствую!
— У тебя каждый раз все серьезно! — я решила изображать безразличие.
— Нин! Ну, я же не идиотка, в самом деле! У меня предчувствие!
Я выдохнула: «ну, если это все твои улики»…
— Ань! Это предчувствие называется ревность, — диагностировала я.
— Вчера он назвал меня «малыш». Никогда раньше не слышала от него.
Я воззрилась на подругу:
— И это все? А как он обычно тебя называет?
— Раньше называл «Нюрка», бывало «детка моя», а в последнее время все больше по имени.
— Я что-то не пойму... Это плохо?
Аня выглядела растерянно. Кажется, она и сама не знала, как объяснить свои подозрения.
— Понимаешь, — начала она, — я знаю Артёма, как облупленного! Он и раньше изменял. Но это все так…
Подруга махнула рукой. Мой братец и прежде грешил, не особенно маскируясь. Однако у Аньки была своя логика. «Это всего лишь секс», — говорила она, — «пускай погуляет». Словно имея в виду блудливого кота.
— Ну, а сейчас что изменилось? — я пожала плечами, с тревогой ожидая подробностей.
— Да всё! — Анька, точно трезубцем, взмахнула маленькой вилкой, — Внимательный стал, безотказный. Цветы дарит. Как будто…, — она вздохнула, — Так, будто прощения просит.
— Подумайте только! Муж цветы дарит, а ей не нравится! — решила я разрядить обстановку. Но Анька не унималась:
— Мне сны снятся!
Я фыркнула:
— Ну, начинается! Сны, знаки… Надеюсь, к гадалке не ходила?
Анька продолжила, игнорируя мой скептицизм:
— Снилось, что он ушел от меня к какой-то швабре! И я, ты знаешь, почувствовала такую безысходность! — сказала она, вспоминая ночные видения. — Потом его телефон. И это, не говоря  о постоянных задержках на работе.
— Ну, задержки — дело обычное. А что с телефоном? — заинтересовалась я.
— Раньше оставлял на столе, а сейчас постоянно таскает с собой. Даже в туалет берет! Как-то раз я спросила у него. Мол, чего шифруешься? А он говорит, типа, на работе так проще. Конфиденциальность, все такое!
— Ну, логично! — я кивнула.
— Да что логично? — вздохнула Анька, — У него свой кабинет. Кто там ходит, кроме него?
Меня отпустило! Не услышав ничего вразумительного, я расслабилась, и принялась с аппетитом поглощать свой десерт.
— Мне кажется, ты себя накручиваешь! Вот скажи мне лучше, когда у вас в последний раз был секс?
Анька без раздумий ответила:
— Буквально на днях, в ванной.
Кусок творожного бисквита застрял у меня в горле. Чего мне стоило сохранить «лицо»!
— Ну вот, — ободряюще произнесла я, — а ты говоришь…
— Ах, — подруга вздохнула, — Все не так, как раньше! Скорее для галочки. Он, вроде как одолжение делает. Как будто я выпрашиваю.
 
Я приободрилась: «небольшое, но все же утешение».
— А что ты хочешь, Ань? — со знанием дела заметила я, — Как раньше уже не будет! Так что, говори спасибо, что хоть так.
— Умеешь ты утешить, — хмыкнула Анька.
Я посмотрела на подругу. «А ведь она и в самом деле его любит! Невзирая на измены. А я вот так сижу напротив, а сама сплю с её мужем. Утешаю, мол, не ревнуй!».
Я дружила с Аней, даже зная, что Артём по-прежнему спит с ней. Что это она родила ему ребёнка, а не я! Иногда меня с головой накрывало чувство стыда и жалости к ней. «Что случится, когда Анька узнает, что я и есть та самая «швабра»?
  
Глава 34. Артём
 
Очередной Нинкин «бойкот» затянулся. Она игнорила меня уже вторую неделю! То выдумывая бестолковые отговорки, то ссылаясь на месячные. Хотя я уже выучил наизусть весь её долбанный цикл. И период, когда она превращается в стерву! У Аньки не было подобных скачков. Моя жена была стабильна…
Дни рождения всех членов нашей семьи сгрудились вокруг сентября. На сей раз в родительском доме нас собрал отцовский.
Я вышел вдохнуть свежего воздуха, а, возвращаясь, в коридоре увидел Нину. Она искала что-то в сумке, светя фонариком.
— А если свет включить? — подсказал я.
— Лампочка перегорела, — махнула Нинка и осеклась.
Мы оба хмыкнули. «Мол, знакомая ситуация!».
За пределами наших свиданий мы старательно держали дистанцию. Хотя, старался я! А ей, кажется, было все равно. Но тогда, после долгого перерыва, я только и смог, что нервно сглотнуть…
Она пришла в джинсах и кофточке. Ничего сверхъестественного! Только интригующий вырез, в котором виднелся край кружевного лифа. Я сразу же вспомнил офигительный наряд, в котором она была в последний раз. И завелся!
  
Глава 35. Нина
 
— Артём, ты совсем обалдел? — я испуганно отпрянула в ответ на его попытку меня обнять.
— У тебя кто-то появился? — шепнул Тёма.
— Нет, — я безуспешно пыталась обойти его. «Вот же бугай вырос!».
— Врёшь! — он не отпускал.
— Артём! Ты что накуренный? — шикнула я, когда он ногой преградил мне дорогу.
— Почему трубку не берешь? 
Я отступила назад.
— Завтра, в восемь на нашем месте! — бросил он, как приказ. 
— Я занята!
«Ишь, нашел себе собачонку!», — подумала я.
— И чем же? — даже в темноте было заметно, как сверкнули его глаза.
— Пусти! — я с силой двинула Артёма в живот. Скорее от неожиданности, чем от боли он скрючился.
Я завернула за угол и скрылась в туалете. Выглянув наружу через минуту, услышала шум. На кухне кто-то был! «Опять он?», — подумала я. Однако, в полутьме, под светом лампы, колдуя над украшенным свечками тортом, стояла… мама.
— Ма! — обратилась я к ней.
— Помоги мне зажечь! — попросила мама, вручая мне зажигалку. — Ты с одной стороны, а я – с другой!
  
Глава 36. Артём
 
Я выследил её у работы. Хотел посмотреть, в какую машину сядет. Однако Нина ждала автобус. Я посигналил. Она увидела меня, но осталась стоять. Тогда я позвонил. Не уезжать же просто так!
— Садись!
Она, видя, что я наблюдаю из окна, отрицательно покачала головой.
— Тогда приеду!
— Я не домой, — бросила Нинка.
Я напрягся:
— А куда?
— За купальником.
— Зачем это?
— На море поеду!  — заявила она.
— И на какое же? — с усмешкой в голосе поинтересовался я.
 
— На Южно-Китайское, — ответила Нинка.
Оказалось, ей подфартило! Какая-то знакомая из туристического бизнеса раздобыла супер дешевые билеты в Таиланд.
— Почему так внезапно? — пытал я Нинку. Она и в самом деле собиралась уезжать!