Друзья или семья (ЛП)

Голова Виктора повернулась из стороны в сторону рядом со мной.
— Нет — прошептал он. — Когда Кота и остальные узнали об этом, они помогли мне.
— Как?
Его губы изогнулись в улыбке у моей головы.
— Это история для другого дня. Но труднее всего мне было признать, что дома что-то не так. Иногда я даже подумывал о том, чтобы совсем уйти из Академии и оставить всех здесь, чтобы они ничего не узнали и никогда не узнали. Возможно, это было самое трудное — признаться им в своих проблемах, но для меня и для них это была одна из лучших вещей.
Моя рука ослабила хватку на его рубашке.
— Думаю, это намек.
— Бегство никому не поможет. Мы исправим все, что потребуется. Ты просто должна нам сказать. — Он провел кончиком пальца по моей щеке. — Оставайся с нами, Сэнг. Не убегай от нас больше. Наша группа работает только в том случае, если ты можешь быть честна с нами.
— А что, если это невозможно исправить?
— Есть очень мало вещей, которые нельзя исправить. Смерть, попадание в тюрьму… Но все остальное мы обычно можем выяснить.
— Как?
Он рассмеялся, и его баритон эхом отозвался во мне.
— Ты часто меня об этом спрашиваешь.
— Прости.
Он поглаживал свои щеки над моей головой.
— Не извиняйся.
Честно говоря, я уже не знала, кто я такая. Я все еще была ошеломлена подарками. Я все еще размышляла о рассказе Виктора и о том, как ему удалось заставить отца перестать унижать его. Мне все еще было любопытно, в какую беду попали остальные и как они все это уладили. Разве я не защищала их, когда не хотела беспокоить их из-за вещей, с которыми могла справиться?
Мне пришлось довериться его опыту. Все, что мне нужно было сделать, это сказать им. Почему это казалось самой трудной частью?
— Я хочу остаться с тобой, — прошептала я. Это было проще всего сказать. Я хотела, чтобы он, все они, знали об этом.
— Ты уверена? — спросил он уже более спокойным тоном.
Мои пальцы снова вцепились в его рубашку. Я хотела быть уверенной, что он знает, что я имею ввиду.
— Да.
Рука Виктора у моего лица переместилась на спину, крепко обнимая меня. Он глубоко вдохнул в мои волосы, его дыхание шевелило пряди на моей голове.
— Как тебе будет угодно.
Прижавшись щекой к его груди, я смотрела на картины вокруг нас, на звезды над нашими головами, на очертания кресел, в которых мы сидели. Все, что они делали для меня, казалось таким большим, и все, чего они хотели — это чтобы я осталась с ними. Мне не хотелось расставаться с ними раньше, но я также не чувствовала своего места среди них. Кота обещал, как и все остальные, что это произойдет. В конце концов, я буду знать, где мое место в их компании. Вот во что я должна была верить, вот о чем мне нужно было постоянно напоминать себе, так это о том, что я принадлежу этому миру. Я ведь принадлежу какому-то месту, верно? А почему не с ними?
Там, в темноте, рядом с Виктором, и его обещанием, что они хотят, чтобы я была с ними, и обещанием других, показанных мне на фотографиях, звездах, одеждой, всеми новыми вещами, они делали все, что могли, прежде чем я даже знала, чего хочу, чтобы убедиться, что я верю в это, как они.
Мы притихли. Было много вещей, которые я хотела сказать. Мне хотелось еще раз поблагодарить Виктора. Мне хотелось расспросить его подробнее об отце, о жизни. Я хотела спросить об остальных. Я хотела сказать ему что-то, проблему, маленькую проблему, просто предложить что-то от себя, чтобы дать ему понять, что я поняла. Но в голове у меня был полный бардак. Все, что мне удалось сделать, это прижаться щекой к его груди и помассировать кончиками пальцев крошечный круг вдоль его ключицы.
Я не хотела отпускать его. Это было так близко, как я никогда не была ни к одному из них. Ощущение тепла и принадлежности просачивалось в меня через его прикосновение, и я хотела, чтобы это длилось вечно.
Его пальцы прошлись по моим ребрам.
— Сэнг? — прошептал Виктор.
— Да, Виктор?
Он убрал руку с моей спины, скользя вниз по моей руке, пока его пальцы не нашли браслет на моем запястье. Его дыхание коснулось моей макушки и нагрело маленький кружок кожи.
 
— Нам надо выйти из дома. — Он сделал паузу, сглотнув, — я имею в виду, что если ты хочешь, я могу как-нибудь пригласить тебя на свидание.
Мои глаза широко распахнулись, я смотрела на единственное сердце, сияющее на стене. Что бы это значило? Что он хотел? Я подумала, что неправильно так спрашивать. Он ожидал, что я знаю? На свидание? Как друга? Что на счёт других? Кота? Что будет это значить, если мы начнём встречаться? Что если что-то случиться и мы поймём, что мы не нравимся друг другу?
Моё сердце громко стучало, а моя голова кружилась из-за попытки подобрать правильный ответ. Всё что у меня было, это вопросы.
— Куда мы пойдем?
Это первое, что пришло в голову, и я сжала губы неуверенно.
Он выдохнул. Я почувствовала, что он улыбнулся.
— Я поведу тебя, куда бы ты захотела.
Я не имела это ввиду. Я задала неправильный вопрос, и этим дав ему неправильный ответ на то, что он хочет, и не могла вернуть обратно. Что-то внутри меня не хотело этого. Мне нравился Виктор. Всё что я говорила о нём прошлой ночью, о том, что он красивый и ждёт меня, я обожала его. Единственная проблема была в том, что они мне все нравились. Да для него, это как предательство других. Разве свидание предполагает только выбор одного парня?
— Виктор, я… Я никогда… Я имею ввиду…, я не знаю…
Он проводил носом по лбу.
— Я понимаю. Это внезапно, и столько всего происходит. Может быть, мне стоит подождать. Но я не хочу. Я не очень хорош в ожидании.
Сколько он ждал прежде чем спросить? Я не хотела, чтобы он чувствовал себя плохо из-за вопроса. Это то, что он хотел рассказать мне? Быть честной о том, что я чувствую? Я опустила голову, прижав пальцы к губам, собрав всю храбрость, я решила сказать что-нибудь, что прояснит всё мне и не расстроит его.
— Я никогда ни с кем не встречалась. Я не уверена в том, что мне следует делать.
— Хорошо, — сказал он, сев немного повыше. Я отклонилась, так что я сидела рядом с ним. Его рука нашла мою, наши пальцы переплелись. Его глаза продолжали смотреть на наши руки, и я тоже смотрела, предполагая, что мне нужно сделать.
— Во первых ты выберешь место. Я пожалуюсь, что оно девчачье, но всё равно туда пойду, потому что я хочу впечатлить тебя.
Его тон был таким, как если бы он объяснял, как использовать открывашку.
Я начала хихикать, покачав головой.
— Виктор…
— А ты пожалуешься, что тебе нечего надеть. Ты примеришь сотню разных платьев и вернёшься к первому, что ты надела. Я посажу тебя в машину, и мы поедем в место, которое оба ненавидим. Вероятно, это будет ресторан, где официант будет флиртовать с тобой, и я должен буду его побить.
Я откинула голову назад, смеясь. Виктор всегда был таким тихим и скрытым, что услышав его таким, моё сердце растаяло.
Его глаза снова заискрились зелёным блеском.
— А потом мы пойдём посмотреть иностранный фильм, на том языке, который не один из нас не понимает. Мы будем раздражать людей, смотрящих его, разглядыванием строчек, пока фильм идёт.
— Ой! — произнесла я сквозь смех.
— Они с ума сойдут от нас. Возможно, они выкинут нас из зала.
— Ты права, — сказал он, наклонив голову, как будто бы в обдумывании проблемы. Его большой палец начал поглаживать руку.
— Может быть, мне просто следует купить кинотеатр на одну ночь.
Я обратно положила голову на его плечо, хихикая.
— Нет, ты достаточно потратил на меня.
— Ты шутишь? Я ещё даже не начал.
Я подняла голову, ухмыляясь.
 
— Нет, — пожаловалась я. — Больше не тратьте деньги.
Он сжал мою руку сильнее и самодовольно улыбнулся.
— Тебе это не нравится?
Он хотел, чтобы я была честной сейчас?
— Я не хочу, чтобы вы тратили деньги на меня.
Я улыбнулся лучезарно.
— Хорошо.