Друзья или семья (ЛП)

Парень последовал за мной и встал за спиной. Я вертела в руках блузку и юбку, которую Габриэль выбрал для меня.
— Одень это, — Сайлас показал на тонкую синюю толстовку. — Ты классно в ней смотришься.
Я улыбнулась. Так странно, что мальчики выбирают мне одежду, но я ценила их мнение и это придавало уверенности, что одежда, которую я одевала не была слишком странной.
— Габриэль…
— Да, я знаю, — сказал он и повернулся ко мне, заговорщицки склонив голову к моему лицу. — Это разозлит его.
Мы хитро улыбнулись друг другу, и я взяла толстовку и спортивную юбку.
— Но она не сочетается с розовыми браслетами.
— Ну и наплевать, — ответил он, отвернулся и направился на чердак.
— Постучи, как будешь готова.
Через двадцать минут я вышла из ванной полностью одетая и причесанная. Волосы ещё не высохли и я собрала их заколкой в хвост. Постучала в дверь чердака и Сайлас появился: выполз на четвереньках. Я подошла к окну, выглянула, проверяя, что все в порядке. Он подхватил наши сумки и скрипку и выбрался наружу.
Парень вылез на крышу, а моё сердце сразу подскочило к горлу. Со мной так происходило каждый раз, когда ребята выбирались в окно. Не знаю почему, но те пять минут с момента, как мальчики покидали комнату и спускались вниз, во двор, были самыми страшными для меня. Нет, я не переживала, что они упадут или кто-то услышит как они ходят по крыше, или кто-нибудь из соседей их заметит. Просто было страшно.
Я взяла обувь, спустилась по ступенькам и замерла от неожиданности: внизу стоял отец и озадаченно смотрел на меня.
— Ты чего так рано? — на нем была просторная рубашка и пижамные штаны, он выглядел сонным.
Я почувствовала, как кровь отлила от моего лица, но быстро кивнула.
— Да, вот, не спится.
— Автобус же еще не скоро, не так ли?
— Мне… нравится прогуливаться перед школой. Это помогает прочистить мозги перед началом занятий. Да и подышать свежим воздухом — потом сидеть весь день в классе.
— Ну, да, конечно, — он задумчиво почесал кудрявую макушку и пошёл в прачечную.
Мы поздно проснулись? Он встал рано и услышал грубый голос Сайласа? Возможно, это его и разбудило.
Я прикусила нижнюю губу, обдумывая следующее действие. Очевидным, мне следует сделать, то что я сказала, притвориться что иду на прогулку.
Быстро надев сандали я пошла к черному выходу. Отец как раз выходил из прачечной с кучей мятой одежды.
— Может быть тебе не стоит никуда ходить, — сказал он. — Ты знаешь, как мама относится к твоим прогулкам. Ещё темно.
Он высказал свое мнение? Не знала, что оно у него есть. Засунула руки в карман толстовки, чтобы спрятать дрожащие пальцы. Натан прав, мне нужно научиться лгать как следует.
— Я погуляю в лесу за домом. Там никого нет в это время.
Он нахмурился, но отмахнулся от меня и направился в спальню. Я представила, что сейчас он расскажет матери, и она начнет орать, потом запрёт меня в комнате или поставит на колени. Нельзя тратить ни минуты. Если я сейчас не выйду, Сайлас вернётся, застанет меня стоящей на коленях на рисе, вытащит меня из дома и я уже не смогу вернуться.
Поэтому я открыла дверь и выскользнула в ранее утро. Надо рисковать иногда. А к полудню, когда я вернусь со школы, она забудет об этом или мне повезет и он ей ничего не расскажеь.
Сайлас ждал меня, готовый быстро уйти.
— Что так долго? — спросил он, приподняв брови.
— Отец проснулся, — сказала я, нахмурившись, схватила его за руку и потянула по направлению к заднему двору. — Поторопимся. Я не хочу, чтобы он выглянул в окно и увидел тебя.
Парень нахмурился и покачал головой.
— Не пойдем длинным путём, — он кивнул в сторону соседского двора. — Пошли.
Я последовала за ним через соседскую лужайку. Это получался самый короткий и единственно возможный путь, который не просматривался из окон моего дома. Если кто-нибудь из соседей проснулся и увидел двух подростков, идущих куда-то в такое время, что бы он подумал? Что мы убежали вместе? Что мы убегаем, чтобы заняться сексом или забраться повыше и встретить рассвет? Поверили бы они, что он помогает мне избежать наказаний от моей чокнутой мамаши, а я помогаю ему скрыться?
 
Ненадолго сделалось так грустно. Почему мы должны прятаться в сумраке ночи, чтобы избежать наказания? Сколько еще мы должны прятаться, как какие-то преступники? Ведь именно так думает моя мать обо всех окружающих и о мальчиках в частности. Когда-нибудь ребята устанут возиться со мной и моими проблемами. Может, они уже не сожалеют о своем решении принять меня в команду? Мероприятия по защите меня от моих же родителей отнимает много времени. Зачем им это? Какое это имеет значение для них?
Когда мы подошли к дому Натана, я первая добралась до двери и постучала, но Сайлас отодвинул меня и открыл дверь. Впустил меня, вошёл сам и закрыл дверь.
Опустив наши вещи на пол, он прижался боком к двери и уставился в окно сбоку. Я прижала ладони к основанию горла, у меня перехватило дыхание от страха. Видел ли нас отец? Пойдет ли он разыскивать меня? Потребует ли моя мать, чтобы я вернулась?
— Что вы делаете?
Голос Натана прервал наше молчание. Мы с Сайласом подпрыгнули и повернулись. Натан стоял сонный, в одних шортах, почесывая спутанные волосы на затылке и зевая. Я залюбовалась его мускулистыми руками. Чувство вины скользнула по моему позвоночнику: сейчас не время пялиться, я знала это, но ничего не могла поделать. Он был восхитителен.
— Проснулся её отец, — сказал Сайлас и отошёл от двери.
— Что-то случилось? — Натан нахмурился и посмотрел на меня.
Я пересказала события с того момента, как заметила папу внизу и до того, как мы бежали через дворы.
— Я должна была уйти, — сказала я. — Если бы он сказал маме, она бы сейчас же завопила. А если бы я осталась, я не знаю, чтобы бы она сделала и Сайлас ждал снаружи и…
Я сглотнула, проведя пальцем по губе. Может быть я повела себя неверно, запаниковала, беспокоясь о Сайласе и еще из-за эгоистичного желания убежать. Возможно, надо было сказать отцу, что я останусь и отправить сообщение Сайласу, что бы не ждал и шел к Натану без меня.
Натан закрыл мне рот моей же рукой, слегка сжав ее. Его голубые глаза потемнели.
— Подождите меня здесь.
Я пришла в ужас от его слов.
— Что ты задумал?
— Я вернусь и проверю.
— Нет, тебя заметят!
— Мы должны убедиться, что все в порядке, — сказал Натан. — Я пойду послушаю и посмотрю. Если она зовет тебя, я позвоню Сайласу и ты вернёшься, но мы будем рядом, на случай если она применит одно из своих наказаний. Нам нужно просто убедиться, что она не вызовет полицию из-за тебя или сделает что-нибудь ещё. Мы не допустим, чтобы ситуация вышла из под контроля.
Я повернулась к Сайласу.
— Не позволяй ему. Его поймают.
Сайлас вздохнул и посмотрел с укором:
— Он прав, Ангел.
Мне больше нечего было сказать. Натан убежал в комнату, а мы стояли и ждали, пока он натягивал футболку. Сайлас открыл дверь и Натан вышел в ранее утро, исчезая в лужайках по которым мы пришли.
Сайлас перешёл на кухню и уставился в окно, выходящие на улицу. Отсюда хорошо просматривалась лужайка у моего дома. Он вытащил телефон из кармана и зажал его в руке.
Вдруг безумно захотелось повернуть время вспять и снова оказаться с Сайласом в моей комнате. Свернуться калачиком у него на коленях. Почему, ну почему я не смогла их отговорить от этой идеи? Почему я такая слабая и не могу противостоять им? Если Натана поймают, это будет моя вина. Мне придется вернуться и получить наказание, а Сайлас и Натан будут вытаскивать меня оттуда? Это не правильно! Не справедливо! И… опасно.
 
Я приложила руку к сердцу, и, прислонившись к стене, считала удары сердца до возвращения Натана.
Сайлас нахмурился и, протянув руку, обнял меня за затылок, прижал к груди. Я тоже обняла его, бессознательно поглаживая по спине.
Свободной рукой он раздвинул шторы, продолжая наблюдать за окрестностями. Не хотела ему мешать, поэтому не решалась отстраниться.