Маска: история Меллисы де Бриз (СИ)
Меллиса бесилась, перечитывая это дурацкое письмо в третий раз.
"Боже мой, какая дура эта Анна-Луиза", — мысленно вздыхала она. Лоранс внимательно читала вслух. Меллиса не знала английского языка, поэтому сразу, только получила похищенный документ, принесла его Лоранс. Та прочитала. Меллиса стала мрачнеть с первых слов: "Дорогой профессор!" — и тогда же она подумала, что Анна-Луиза дура: считать подозрительным письмо только потому, что оно написано по-английски — это глупость.
Но Анна-Луиза сразу сказала, что достать его было совсем непросто. Если бы она не знала, как переворачивается средняя часть крышки бюро, открывая тайник, она не могла бы взять даже это письмо. К тому же, за ней и другой девицей действительно следили. Она выхватила их тайника самое верхнее письмо с красной печатью. Не до разбирательств было.
Когда Анна-Луиза объясняла всё это, Меллиса еще не вскрывала письма. Вскрыв, она сразу пошла к Лоранс.
Подруга сперва просто перевела слова, потом стала читать внимательно, второй раз. Меллиса молчала и ругала себя за то, что доверила такое дело безмозглой служанке. Ни на миг она не подумала, что, возможно, Валлюр и правда ни в чём не замешан.
Лоранс тоже замолчала, размышляя. Кажется, она что-то подчитывала.
— Всё зря, — сказала Меллиса. — теперь добыть доказательства будет куда сложнее.
— Девочка моя, ты просто невероятная умница! — задумчиво сказала Лоранс и снова взялась за письмо.
Меллиса поморщилась.
— Нет, ты слушай, — настоятельно потребовала Лоранс и, водя пальцем по строчкам, стала читать с начала.
— "Дорогой профессор!"… Пойми, Меллисс, нам жутко повезло! Тебе повезло. Кроме первой строки обращения, в письме всё сущая правда, только Валлюр говорит не о том, что кажется очевидным из его письма. Он не так глуп, как тебе вероятно уже стало казаться.
— Я не думала об его уме, — буркнула Меллиса. — Мне неинтересны его научные изыскания, я хочу знать: маркиз шпион или нет? И чей?!
— Господи, да я об этом же и говорю. Слушай… Вот здесь он пишет о книгах, том второй и том третий, по четыреста страниц, да?
— Ну?
— Сказать тебе, где "том первый"?
— Какое это имеет значение? — уныло вздохнула Меллиса.
— Огромное, дурочка! Он же в Лувре, по крайней мере, большая часть его… страниц. Это королевский полк, мушкетёры, которые (в отличие от двух других гвардейских полков) остались в Париже и не двинулись тридцатого января под Ла-Рошель в помощь французской армии, выбившей англичан еще летом с острова Ре.
— Так это…
— Скоро возобновятся боевые действия в заливе. Кардинал выпросил подкрепление, и восемьсот бравых солдат уже в Сен-Жермене, ждут приказа к выступлению дальше, на юго-запад.
— Подожди, маркиз пишет, что сам тоже едет в Сен-Жермен?
— На разведку, — кивнула Лоранс.
— Я понимаю… У Монсеньора на прошлой неделе был приступ подагры, это о нём, как об "общем друге" упоминается в письме?
26(2)— Видимо, да. Его высокопреосвященство хотел назначить переговоры с командующими армией англичан, но решил перенести официальную встречу на март, это правда. Что касается господина де Ш. я не могу решить, это предупреждение о визите врага или друга. Мы узнаем об этом двадцать пятого числа, как указано в письме. Конечно, если это господин де Шеврез, к примеру, то… — Лоранс нахмурилась. — Я должна узнать, собирается ли он в Лондон. Ибо его встреча с "профессором" нам не желательна. Монсеньор не одобрит этого. Герцог де Шеврез знает слишком много военных тайн, к тому же, он ярый сторонник… даже не короля, а королевы Анны. Ему незачем говорить с англичанами. Дальше… Маркиз просит выслать денег к двенадцатому. Тебе это ни о чём не говорит?
— Не знаю, — Меллиса пожала плечами. — Разве что, он всегда платит за квартиру вперёд, наверное, уже прошли три месяца и…
— Скорее всего, так и есть. Теперь понимаешь, насколько важное это письмо?
Лоранс насмешливо смотрела на растерянную подругу. Меллиса взяла лист в руки.
— Еще смеет подписываться настоящим именем, негодяй!
— А чего ему бояться? Ведь если только хорошо постараться и знать совершенно точно, что в письме должен быть второй, скрытый смысл, можно заподозрить, нечто предосудительное в словах о научных трудах и книгах. Валлюр — умница, ты могла бы убедиться в этом.
— Мерзавец!
Слега остыв, Меллиса спросила, кто может скрываться за профессорским званием адресата?
— Если не сам герцог Бэкингем, то один из приближённых к нему господ, — невозмутимо отвечала Лоранс. — Можешь сама выяснить это у маркиза. Ты очень мне помогла, Меллиса. Спасибо.
— Просто мне повезло, — покраснев, вымолвила Меллиса, чувствуя прилив скромности. — А что теперь… с Валлюром?
— Ничего. Пока его никто не тронет. Будет жить, как жил раньше, только под пристальным наблюдением. Я позабочусь об этом. А заставить маркиза признаться… даже с этим письмом пока невозможно. Подождём удобного случая.
— Ты не сообщишь Монсеньору?
Лоранс прямо посмотрела подруге в зрачки:
— Сообщу. Но решать его судьбу будет не Арман… не Ришелье, а мы. По крайней мере, до того самого рокового момента, когда маркиз станет слишком опасен, оставаясь в живых. До этого я берусь защищать его, поняла?
— Мне его судьба безразлична, — равнодушно сказала Меллиса. — Я просто хотела знать правду о нём.
— Я тоже хотела знать. Но предпринимать ничего я не собиралась. Можешь считать это задание своим.
— Ты даришь мне его жизнь? — просияла Меллиса. — Спасибо, Лоранс. Я обожаю тебя, ты золотая подруга!
— Мда? Но я думала, он тебе совсем безразличен, — поддела Лоранс.
— Абсолютно, — заверила, глупо улыбаясь, Меллиса. — Совершенно. Но права уничтожить его я не уступлю никому на свете. Я сама это сделаю!
— Ты, я вижу, решила сыграть в кошки-мышки? Но будь осторожна, детка, он ведь тоже кот!
26(3)За свой "подвиг" Меллиса удостоилась еще одной встречи с Монсеньором. Кардинал снова принял ее и Лоранс у себя в кабинете. Был на этот раз очень немногословен и ограничился похвалой в адрес начинающей "маски" и в адрес ее прозорливой наставницы.
Меллиса получила первую плату за свою работу. Казначей кардинала выдал ей пятьсот экю и велел поставить свою подпись в бумагах.
Письмо де Валлюра Ришелье прочёл и вернул Лоранс. Кардинал не нашёл в поведении маркиза ничего предосудительного, хотя даже за меньшее у других летели головы. Но маркиз не был приближённым к его величеству королю, вёл игру сам по себе и не имел никакого значения для партии Ришелье.
"Лучше он, чем другой", — заметил кардинал холодно и еще добавил, что у Валлюров в роду есть кельтская и шотландская кровь. От них всего можно ожидать.
Еще во времена Варфоломеевской ночи* никто не понимал, о чём думают эти добрые католики, проявляя редчайшую холодность к действиям короля и более поздней по годам Святой Лиги*. Ведь маркиз де Валлюр, дед нынешнего, сражался вместе с де Гизом*, а потом стал чуть ли не лучшим другом и фаворитом Генриха IV.
Всё это несколько позже пояснила Лоранс, дав Меллисе старую книгу по геральдике дворянских фамилий древней Франции и Бургундии. Меллиса долго смотрела на алый клиновидный герб с дубовыми листьями по краю и "V" в центре. Явно в прошлом это был рыцарский щит. И, кажется, щит английский.
Меллиса со вздохом зарыла книгу. Но позже, встретив маркиза на очередном приёме в салоне Лоранс, она проявила редкий напор и провела блестящую контратаку.
Валлюр пил коньяк и не обращал внимания на игравших рядом троих мужчин. Кости стучали, явственно излучая азарт. Маркиз демонстрировал пренебрежительное равнодушие.
Он вздрогнул, когда Меллиса коснулась его плеча.