Маска: история Меллисы де Бриз (СИ)

— Все думали, что ты уже никогда-никогда не вернешься, — испуганно сообщила самая маленькая девочка по прозвищу Мышка.
— Хм! — гордо сказала Меллиса и прошествовала к своей кровати, второй от окна. Она взобралась на верхний этаж, быстро стянула чулки и платье, переоделась в длинную белую сорочку. Раздвинув занавески с обеих сторон, Меллисс принялась расчесывать свою шикарную гриву, склонив голову набок и хитро глядя по сторонам. Она знала, что сейчас — героиня, и от нее ждут историй. Тем более, что Меллисс считалась одной из главных рассказчиц. Выдумывали истории почти все девочки. Не всех желали слушать.
— Может, кое-кто и надеялся, что я не вернусь, — медленно и спокойно сказала Меллиса, — только этот кое-кто ошибался.
— Я надеялась! — громко и весело сказала девочка с такого же верхнего этажа кровати, торцом расположенной напротив кровати Меллисы. — Мне хотелось, чтобы тебя посадили в тюрьму. Когда ты сбежала бы, нам бы нашлось что послушать о приключениях, — она засмеялась.
Эту девочку звали Аньес Деларю. Она была ближайшей подругой Вивианн, но характер Аньес слишком живой и веселый не позволял ей быть врагом Меллисы.
— Жаль, что в тюрьме тебя не приняли, — добавила Аньес и вздохнула с притворным сочувствием. — Но их можно понять! Своих забот вдоволь, где уж выдержать тебя!
— А ты не дура, Аньес, — заметила Меллиса с дружеским одобрением. — Пожалуй, я дам тебе кое-что. Держи!
Она перебросила Аньес какой-то маленький предмет. Это была шелковая подушечка для иголок, очень нарядная и блестящая. Аньес была тронута подарком.
— Где ты это взяла?
— Украла, — небрежно ответила Меллиса, продолжая расчесывать волосы.
Аньес любовалась подушечкой, а снизу, пытаясь заглянуть на ее этаж, высовывалась белокурая голова другой девочки.
"Дело сделано", — мысленно усмехнулась Меллиса, наблюдая за этой сценой.
Она знала, что не оставив такой милый предмет себе, поступила дальновидно и благородно. Теперь, Вивианн наверняка разозлится на свою подружку. Возможно, подстрекаемая демоном зависти, она завтра же донесет мадам Доминик, что де Бриз украла в рабочей комнате подушечку для иголок и подарила ее Деларю. Подарок отберут, и тогда Аньес тоже смертельно разозлится на Вивианн. Так или иначе подруги поссорятся. Тогда Аньес, и так живущая меж двух огней, окончательно примет сторону Меллисы и Вивианн будет лишена лучшей из своих подданных. Такой итог стоил того, чтобы пожертвовать подушечкой. Хотя она такая миленькая, просто чудо!
— Воровка! — презрительно высказалась Вивианн, свернув шею уже в другую сторону и глядя вверх на Меллису. Та улыбнулась, показав зубы.
— Это она говорила, что ты не вернешься, — блестя круглыми темными глазками, сообщила Меллисе Мышка.
— Неужели? — спросила Меллиса, разыгрывая удивление. Обращалась она к Вивианн.
— Я просто не думала, что ты явишься так скоро, — ядовито улыбаясь, ответила та. — Говорили, что тебя выдерут и посадят в глубокий подвал.
— Было дело, — с чувством превосходства отозвалась Меллиса. И все затихли. А она продолжала совершенно спокойно и без иронии. — Меня хотели посадить в подвал на три дня, а потом отправить на корабле в Америку. Потому что сестра Марго сказала: "Или я, или она!" — но потом она передумала, потому что…
Меллиса вздохнула и замолчала. Девочки наперебой просили ее рассказать, как всё произошло.
"Расскажи! Расскажи!" — приставали они. А Меллиса сидела в серьезной и грустной задумчивости с гребнем в руке.
— Ладно уж, — сдалась она. И стала рассказывать.
Как ее отвели в глубокий-глубокий подвал (такой был в приюте, но служил погребом, а не тюрьмой). Меллиса должна была сидеть там, пока не раскается или пока ее не съедят крысы.
3(2)
— А крысы там во-от такие огромные! — показала Меллиса. — А темнота совершенно полная. И только маленькие красные точки светятся в темноте — это глаза крыс. И слышно, как их хвосты шуршат по камням…
 
— Ой, я бы умерла со страху! — пискнула Люси Труве, а Мышка съежилась между двух старших девочек и только поэтому не сделала то, что сказала Люси.
— И что же? — надменно спросила Вивианн. Она не верила словам соперницы, но всё равно ужасно боялась.
— Я сидела там, час, два, три… да, наверное, очень долго, — продолжала Меллиса. — Крысы пищали ужасно, ведь я разгоняла их, иначе меня бы съели. Но потом в подвал пришла сестра Генриетта. Она пришла спросить, раскаялась я уже или нет. Я сказала, что пока не успела, эти твари всё время отвлекали меня. Но сестра Генриетта была в ужасе. Она сказала, что мне можно выйти. Я не хотела, ведь я обещала сидеть, пока не раскаюсь. Но сестра Генриетта сказала, что это приказ начальницы. Сестра Марго признает, что была неправа и плохо поступила, решив отправить меня в Америку. Поэтому она сама уедет, а я останусь и буду делать всё что угодно. Но никто никогда больше не посадит меня в подвал. Вот и всё, дети.
— Ух и врёт! — восхищенно сказала Катрин Бошан, соседка Меллисы по кровати.
— Я? Вру? — надменно переспросила Меллисс, глядя в потолок и не соизволив даже наклонить голову и взглянуть на подругу. — Сейчас придет для вечерней молитвы сестра Генриетта, можете у нее спросить.
Девчонки возбужденно загалдели. Толстушка Катрин, прекрасно всё поняв, накрылась с головой одеялом, хихикала и ворочалась там, представляя последствия шутки Меллисы. За ужасную проделку с крысой их с Меллисс вместе ругали, и Катрин слышала через дверь кабинета кое-что, что сказала сестра Марго о поездке в Америку.
Когда сестра Генриетта вошла в спальню, ее засыпали вопросами со всех сторон. Все спрашивали, правда ли, что Меллиса сидела несколько часов в заточении?
И сестра отвечала: "да".
"Правда ли, что вы звали ее, а она не хотела выходить оттуда?"
И сестра отвечала: "да". Она подтвердила, что "это было ужасно", и что она страшно испугалась, увидав, что делала там Меллиса. И что больше никогда не повторится подобный опыт, сестра подтвердила.
Сестра Генриетта, ничего не понимая, уговаривала девочек замолчать и слушать молитву. Уже поздно, пора всем спать! Но воспитанницы не слушали.
Тонкий капризный голосок Вивианн прорезался в общем гаме:
— Правда ли, что сестра Марго оставит нас и уедет в Америку?
Упала полная тишина. Все затаили дыхание. И в этом напряженном молчании сестра Генриетта растерянно сказала:
— Право, не знаю… Госпожа начальница говорила, что давно мечтает заняться миссионерством в диких колониях. Она хотела бы поехать в Америку, но…
Остальное потонуло в общем нестройном вопле. Катрин давилась от смеха под одеялом. Вивианн колотила ногами и руками по кровати и яростно вопила. Аньес заливалась звонким хохотом. Девочки бурно обсуждали друг с другом такое событие. Отъезд сестры Марго к дикарям! Меллиса холодно взирала на всё это с высоты и машинально продолжала водить гребнем по волосам.
Примчалась мадам Доминик. Вдвоем с сестрой Генриеттой они восстановили порядок и стали читать молитву. Девочки повторяли хором. Потом сестра Генриетта пожелала всем доброй ночи, и вместе с мадам они перешли в другую комнату.
Катрин выбралась из-под одеяла и постучала в доски верхнего этажа. Меллиса свесила голову со своей полки.
Переглянувшись, подружки фыркнули. Потом Катрин снова стала смеяться. Всё громче и громче. Меллиса тоже не могла удержаться и хохотала, словно ее щекочут пятки. Почти немедленно их обеих поддержала Аньес и тоже залилась смехом. Заглушая звонкий смех, она закрывала рот ладонью, но всё равно было слышно. Кроме того, кровать Вивианн тряслась от смеха. Девочки одна за другой растерянно поднимали головы с подушек, понимая, что их разыграли, хотя и не могли сообразить каким способом, тоже начинали смеяться.
 
Одна Вивианн злилась и кусала ногти, мечтая отомстить за такую подлую шутку. Ведь она поверила, поверила, как и все! Хотя с самого начала знала, что Меллиса врёт и то, что она рассказывала, никогда не могло быть правдой! Вивианн бесилась, чувствуя себя униженной и обманутой. А девочки, насмеявшись вволю, сладко заснули. И если кому-нибудь в эту ночь снились страшные крысы, девочки считали такой поворот очень забавным и только улыбались во сне…