Маска: история Меллисы де Бриз (СИ)

Он усмехнулся.
— Я бы на вашем месте не была столь уверена! — сверкнув глазами, зло предупредила Меллиса.
— Возможно, вы правы, — маркиз кивнул и сдержанно поцеловал ей руку. — Благодарю за прекрасный вечер, графиня. Надеюсь увидеть вас снова.
23(7)
Вечерний приём закончился, и гости разъехались по домам.
"Вечерний" — всего лишь название; было уже далеко за полночь, когда Лоранс, сидя перед зеркалом в своей комнате снимала бриллиантовые серёжки. Меллиса стояла тут же.
Лоранс со вздохом взялась за колье.
— Без одежды не чувствую себя такой голой, как без этих штучек, — сказала она.
— Помочь расстегнуть замок? — спросила Меллиса.
Ответом было согласие и Меллисс, не глядя, за две секунды сняла колье и браслеты Лоранс.
— Какой талант пропадает! — снова вздохнула Лоранс. — Ты много видела бриллиантов, когда грабила на набережной д’Исси?
— Бриллиантов — мало, — ответила Меллиса, — но замочки у всех похожи.
— Ах, я знала когда-то одного шулера, — улыбаясь, вспомнила Лоранс. — У него тоже были волшебные пальцы, но я боялась, что в них растают мои драгоценности.
— И как? Стащил что-нибудь?
— Нет, ничего ценного. Я сама дарила ему всякие безделушки, ему не было смысла сердить меня. Просто я вспомнила его руки…
Меллиса тоже кое-что вспомнила, о чём собиралась расспросить Лоранс вечером после приёма.
— Скажи мне, пожалуйста, с каким сортом негодяя я сегодня танцевала? Случайно вспомнилось, раз уж речь о твоём ценном опыте.
— А… — Лоранс серебряно засмеялась. — Маркиз де Валлюр, де Ле-Ман.
— Нахал и грубиян, — подтвердила, вернее, дополнила его титул Меллиса.
— Что ты, он очаровательный мальчик, я знаю его отца много лет. И маркиза знала совсем ребенком!
— О! Уж не тебе ли он обязан своим воспитанием? — вскипела Меллиса.
— Признаться, я в некотором роде его крёстная мать, мы дружим. Когда Валлюр в Париже — не забывает меня навестить. Это очень приятно.
— Он любит тебя!
— Естественно. У него нет матери; с отцом видится редко. Мальчику нужен близкий человек, кто его понимает. Я надеюсь, он не исчезнет в ближайшее время, и ты сможешь лучше узнать его.
— Вот еще!
— Зря. Это чудесный, образованный, очень умный и галантный молодой человек. Много лет он провёл заграницей, изучая науки. Парижский университет, потом Германия, Австрия, Англия… кажется, Греция.
— Студент! Вот почему… — наконец догадалась Меллиса.
— Что?
— Пустяки. Он сцепился с военными, и хвастал, что не принадлежит к ним.
Лоранс засмеялась еще звонче.
— Это похоже на него. Валлюр беспутное создание: лихой дуэлянт и любимец здешних… что здешних! — всех юных красоток. Он обожает делать всё вопреки приличиям и задевать верных слуг Монсеньора, увы.
— Он роялист?
— "Он" — возмутитель спокойствия. При дворе Валлюр отличается чуть ли не пуританской строгостью и дразнит всех, осуждая суету и роскошь. А что можно возразить? Так же говорят король и кардинал! А у нас он больше придворный щёголь, чем есть в действительности. Преступая мой порог при свидетелях, он сразу становится вольнодумцем и врагом политики Монсеньора. Но, по-моему, и то и другое — маска, игра.
— Каким же считать маркиза в действительности? — немного растерялась Меллиса.
— Каким угодно, но достаточно осторожным. Он не просто умён, он не глуп и на деле, практически. Умеет играть с огнём и не обжечься. Честно сказать, не только нам, но и Монсеньору было бы интересно узнать, нет ли у маркиза де Валлюра тайной связи с двором кого-нибудь из враждебных нам европейских монархов?
— Он — на секретной службе? Шпион? Как… мы?
— В том-то и беда, что не знаю. Но точно могу сказать: не "как мы"! Мы-то служим Франции…
  
Глава 24
 
Меллиса просила позволить ей разобраться в мыслях маркиза де Валлюра. Она обещала доказать, что разумеется маркиз — шпион и заслуживает смертной казни. Лоранс хохотала.
— А! Значит, всё-таки зацепил он тебя! Я была абсолютно уверена, что вы отличная пара! Не ври, ты вчера говорила только о нём!
 
Меллиса злилась ужасно и кричала подруге, что ни слова правды в ее речах нет. Всё Лоранс выдумала! Но просила позволить ей следить за маркизом совершенно всерьёз.
Лоранс уступила.
Меллиса обещала рассказывать обо всём интересном, что ей удастся выяснить о связях Валлюра. В методах и деньгах ей была предоставлена полная свобода, но времени — всего месяц. Меллиса самоуверенно заявила, что и недели достаточно. Она всё узнает.
Первым делом она узнала адрес маркиза.
Де Валлюр жил на углу улиц Сен-Север и Сен-Дени. Маркиз снимал первый этаж здания. Верхние комнаты занимала семья хозяев дома — там жил почтенный торговец с женой и дочерьми. (Последняя деталь Меллисе совершенно не понравилась). Сен-Север удобное местечко, совсем близко от Пале-Рояля и недалеко от особняка Лоранс.
Пешком Меллиса, разумеется, не пошла. Взяла экипаж своей компаньонки, одела скромное голубое с серым и черным платье, расшитое спереди жемчугом, меховую накидку, подбитую белым атласом и поехала… в магазин мэтра Жоранса — хозяина того дома, где жил де Валлюр.
За полчаса, проведённых в магазинчике, всего за сто ливров Меллиса узнала всё о характере де Валлюра-жильца, его знакомствах, деловых посетителях, и до противного преданных (судя по их описаниям) немногочисленных домашних слугах маркиза. Меллисс повезло в том, что жена торговца сегодня была в лавке и следила за работой приказчиков, пока муж в отъезде. Она оказалась тихой на вид, но чрезвычайно деловитой и словоохотливой женщиной. А сто ливров Меллисс заплатила за прекрасный, итальянской работы, напольный светильник в человеческий рост.
Единственным оправданием чудовищно низкой цены могло быть то, что сейчас всё больше в моде бронзовые статуи — потайные шкафы, бары и подставки для светильников. А тот, что приглянулся Меллисе, был антикварной старины, эпохи Франциска I*. Полный комплект рыцарских лат, то есть сама фигура рыцаря с масляным светильником — матовым шаром в ладони, поднятой на уровень решётки забрала. Будто он смотрит сквозь шар.
Меллиса дала двадцать ливров сверху и велела доставить покупку в особняк на Сен-Клу. Она решила, что эта фигура подойдёт к галерее Лоранс. Картинная галерея соединяла все залы первого этажа, была сумрачной, без окон и довольно широкой. По стенам висели фамильные портреты предков старого герцога и картины, собранные самой Лоранс. Большинство картин были привезены из Италии, но имелось несколько портретов самой мадам Арманд, писаных в Париже, кем-то из придворных живописцев и безызвестных, но ярких молодых талантов. Кроме картин там стояли бронзовые и мраморные фигуры героев и нимф, а также несколько комплектов рыцарских лат. Так что Меллиса знала, куда денет вещь, перед которой просто не смогла устоять.
Кроме того, польза от покупки была самой прямой — почти дружеская, обстоятельная беседа с женой хозяина магазинчика и с хозяйкой дома, где жил интересующий Меллису "предмет".
Польстить хозяйке и завоевать ее симпатию было совсем просто: Меллиса сделала комплимент тонкому вкусу хозяйки магазина. Ведь, по ее мнению, присутствие статуй и разных модных торшеров в магазинчике мелкой мебели говорит о влиянии женщины.
Маленькая шпионка прекрасно знала, что это не так: мэтр Жоранс был страстным коллекционером и часто ездил за границу в поисках изящных безделушек для своего дома, магазина и для знатных клиентов, заказывающих господину торговцу всевозможные редкости. Его ценили в окружении короля, как тонкого знатока искусства резьбы по дереву и восточной чеканки.
 
Меллиса предпочла услышать эти объяснения от самой мадам Жоранс. Валлюр стал примером доверия и расположения знатных вельмож к богатому торговцу. Очень интересным и странным показалось Меллисе, что маркиз даже заказывал что-то из греческих и персидских редкостей, наверняка, не дешёвых. Это с его-то долгами! Неужели у Валлюра столь огромный неограниченный кредит у хозяина дома? Мадам говорила, что за квартиру он платит всегда вперёд на несколько месяцев, поэтому денежные затруднения маркиза Жорансов совсем не касаются.