Ночь с пылким негодяем

Сдастся.
Это слово не совсем соответствовало тому, что происходило последние три часа, но другое не шло на ум.
Анна встала из кресла, грациозно потянулась и подошла к подруге. Она была старше большинства девушек мадам Венны, но ее красота и мастерство в постели были общепризнанными, так что ее услуги пользовались большим спросом. Это была деловая сторона их отношений. Помимо этого Анна уже давно была подругой Кэтрин, одной из немногих, с кем она могла делиться своими секретами.
— Так почему же? — Анна подошла к ней сзади и обняла. — Хотя, признаю, Сэйнтхилл весьма недурен собой.
Кэтрин фыркнула.
— У него к тому же восхитительное тело. Пока мужчина не разденется, невозможно понять, кого нужно благодарить, Господа Бога или дорогого портного.
Анна рассмеялась, уткнувшись подбородком в плечо Кэтрин. В этих дружеских объятиях не было ничего чувственного. В их мире плотских излишеств преданность и настоящая дружба ценились превыше всего.
— Так Сэйнтхилл тебе понравился? — Анна отпустила подругу и подняла ее смятое платье. Заметив, что лиф порван, она нахмурилась.
Лицо задумавшейся о чем-то Кэтрин озарилось загадочной улыбкой.
— Да, но я не собираюсь об этом рассказывать.
Анна с любопытством посмотрела на подругу.
— Значит, этот маркиз много для тебя значит.
— Вовсе нет, — поспешила возразить Кэтрин и рассеянно потянула за шнурок на сорочке. — Это Роуз любит посудачить о своих подвигах, но не я. Вообще-то я не намерена больше видеться с лордом Сэйнтхиллом.
— Неужели?
Ирония в голосе Анны рассердила ее.
— Да, представь себе. Сегодня вечером… — Она неопределенно повела рукой. — Больше это не повторится.
— А что, если маркиз думает по-другому?
— Сэйнтхилл получил то, что хотел, — произнесла Кэтрин не так уверенно, как можно было ожидать. — Теперь покрасуется перед друзьями и отправится покорять очередную вершину.
От лорда Сэйнтхилла не стоило ожидать юношеской влюбленности. Об этом даже смешно было думать.
И все же, прежде чем заснуть, маркиз обнял ее и прижал к себе так нежно, что она чуть не разревелась. А потом он коснулся губами ее уха и произнес слова, которые хозяйка «Золотой жемчужины» меньше всего ожидала услышать от такого мужчины. Слова, которые, по ее глубокому убеждению, люди произносят только в книгах.
«Все мужчины лгут любовницам», — вспомнился ей хриплый голос миссис Свити, семидесятилетней содержательницы борделя, которая подобрала на улице пятнадцатилетнюю Кэтрин, приехавшую в Лондон и уже успевшую близко познакомиться с темной стороной жизни.
Кэтрин подняла глаза и только сейчас заметила тень тревоги на прекрасном лице своей подруги.
— Не о чем беспокоиться, Анна. Мне тоже был интересен Сэйнтхилл, и теперь, когда мы оба удовлетворили свое любопытство, каждый из нас может продолжать жить своей жизнью.
— Но…
Возражение Анны так и осталось невысказанным, поскольку ее подруга строго посмотрела на нее. Возможно, эта комната и принадлежала Кэтрин, но мадам Венна была где-то рядом.
— Позови Эйбрама, — попросила Кэтрин, имея в виду бывшего боксера, которого она наняла для надзора за лакеями. Эйбрам и команда его отборных бойцов защищали волшебный мирок «Золотой жемчужины» от грубости и жестокости лондонских улиц и дурости хлебнувших лишнего аристократов. — Объясни ему, где находится лорд Сэйнтхилл, и, когда его светлость проснется, пусть Эйбрам проводит его вниз.
— А если лорд Сэйнтхилл захочет увидеть тебя?
От этой мысли сердце Кэтрин застучало учащенно. Нет, больше она его наверх не пригласит.
— Извинись и скажи, что я занята с другим клиентом.
Анна поморщилась — ей было жаль маркиза, но спорить не стала, хоть и не одобряла такой жестокой тактики. Кэтрин подозревала, что Сэйнтхилл придет в ярость от столь небрежного обращения с собою, но, если у него есть чувство собственного достоинства, он не станет устраивать скандал. Да и потом, наверняка он не захочет привлекать внимание своих друзей и знакомых к тому факту, что мадам Венна нашла его в чем-то несостоятельным.
 
— Что ж, ладно, — несколько неуверенно произнесла Анна и прижала к груди порванное платье мадам Венны. — Прислать сюда горничную? Тебе стоит принять горячую ванну, расслабиться.
— Возможно, через пару часиков, — ответила Кэтрин, и по всему телу разлилось ощущение усталости. Потом накатила грусть. Она посмотрела на кушетку. — Мне хочется закрыть глаза и отдохнуть.
— Кэтрин?
— Не переживай, все хорошо. Наверное, просто устала, — заверила она встревожившуюся подругу. — Анна, я понимала, чем это может закончиться и какую цену мне придется заплатить, и все же не жалею о том, что случилось.
Даже если Сэйнт пожалеет. Может быть, он станет презирать ее.
— Да, и еще. Скажи Эйбраму, пусть отправит Мину разбудить лорда Сэйнтхилла. Пусть она… — Кэтрин часто заморгала и сглотнула, когда горло ее неожиданно сжалось. — Пусть она проследит, чтобы он ни в чем не нуждался. Все его пожелания должны быть исполнены.
Он получит что угодно и кого угодно, только не меня!
— Да, мадам Венна, — кротко ответила Анна, тем самым напомнив Кэтрин, что пора уже спускаться с небес на землю.
Когда Анна ушла, Кэтрин села на кушетку и посмотрела на дверь, отделявшую ее от Сэйнта. Но точно так же их мог разделять целый континент, потому что она не собиралась эту дверь открывать.
— Где она?
Кэтрин, вздрогнув, проснулась и первую минуту не могла понять, действительно прозвучал этот сердитый голос или же это только продолжение ее беспокойного сна. Стены и двери «Золотой жемчужины» были очень крепкими, чтобы ничто не потревожило покоя ее владелицы. Кто-то должен был говорить очень громко, чтобы разбудить ее.
— Кто это приказал? — донесся из-за двери требовательный голос Сэйнта.
Кэтрин села на кушетке и потрясла головой, прогоняя сон.
Очевидно, Эйбрам пытался выдворить Сэйнта из ее спальни. Не расслышав негромкого ответа слуги, она соскочила с кушетки и бесшумно подошла к двери.
— И я должен в это поверить? Зовите хозяйку! Я хочу услышать это приказание от нее.
— О Сэйнт! — досадливо прошептала она. Он ведь должен был обрадоваться возможности отделаться от нее. — Прими свою победу и оставь меня с миром.
Впрочем, не приходилось сомневаться, что мир, которого ей так хотелось, обрести будет непросто.
Кэтрин прижалась ухом к дверной щели, но разобрать, что говорит Эйбрам лорду Сэйнтхиллу, все равно не удалось. Она наняла бывшего боксера из-за его устрашающей фигуры и размеров, однако слуга рядом с маркизом, наверное, несколько терял свою внушительность, поскольку они были одного роста. Преимущество Эйбрама заключалось в крепости мышц и боксерских навыках.
Кэтрин удивилась, когда Эйбрама неожиданно оборвал женский голос. Она уже забыла, что велела отправить в свою спальню Мину, которая должна была уврачевать задетую гордость лорда Сэйнтхилла. Почему он так упрямится? Она прижала пальцы ко лбу и вздохнула.
Она сама во всем виновата. И дернул ее черт связаться с этим клиентом! Сколько раз ее бывшая хозяйка предупреждала: никогда не мешай чувства с делом. Ей двадцать один год, и теперь она владелица одного из самых успешных борделей в городе. Такой человек, как Сэйнтхилл, мог ее погубить.
— Убирайтесь к дьяволу вместе со своей шлюхой!
Кэтрин так и обмерла, когда что-то грохнуло в дверь спальни.
— Мадам Венна!
Она перешла на другую сторону комнаты, где был выход в коридор. Эта дверь, сливавшаяся со стеной, была заперта. Если Сэйнт обнаружит потайную дверь, он может решить, что она находится за ней.
Тут послышалось какое-то ерзанье по стене, и раздался приглушенный голос Эйбрама:
— Лорд Сэйнтхилл, если вы отказываетесь соблюдать правила этого заведения, боюсь, мне придется проводить вас к выходу!
Мина восклицала что-то в безнадежной попытке успокоить мужчин.