Зверь-из-Ущелья. Книга 2 (СИ)

Хотя несчастной Инире теперь на всё наплевать, а Лаара до сих пор оставалась непосвящённой. Может, её неприязнь ко мне не так сильна, как я думала?
– Неважно. Надень его и следуй за мной, – Лаара кивнула в сторону тёмного коридора, потом приложила палец к губам: – И советую тебе поторопиться.
Я сделала нерешительный шаг вперёд и остановилась. Внутреннее чувство шептало – что–то она темнит, может, поостеречься? А жрица не сводила с меня испытующего взгляда. Потом усмехнулась:
– Не веришь мне?
– Не понимаю твоих мотивов. Ты решила рискнуть ради меня, а мы далеко не подруги. Лаара, почему ты мне помогаешь? Какое тебе до меня дело?
Она несколько мгновений молчала, раздувая ноздри, а потом бросила правду в лицо:
– Я не хочу, чтобы ты стала следующей Верховной жрицей. Матушка Этера выделяет тебя совершенно зря. Лучше пускай тебя здесь вообще не будет.
Ах, вот оно что! А я уж было решила, что Лаара взялась помогать мне по доброте душевной. Я выдохнула с облегчением – истинный мотив звучал намного правдоподобней.
– Довольна? Теперь идём, я провожу тебя к Орвину и Соре, они ждут.
С этими словами она протянула мне амулет и исчезла во тьме коридора. Холодное серебро обожгло кожу на груди, но в следующий миг магия ожила и наполнила камень и металл благодатным теплом. Преграда выпустила меня без усилий. С бьющимся в горле сердцем я тенью заскользила вперёд. Шли мы быстро, не глазея по сторонам и не оборачиваясь, хотя меня всё время подмывало замедлить шаг и прислушаться – нет ли погони?
На стенах то и дело вспыхивали циннии – созвездия расцвечивали темноту, но мне некогда было ими любоваться. Я судорожно соображала, что делать дальше – куда податься, чтобы подождать и обдумать дальнейшие действия.
Но есть ли в этом смысл? Не лучше ли смириться, уйти от боли? Вручить сердце Матери Гор, как того хочет Верховная. 
Лаара остановилась резко, прошептала куда-то в темноту:
– Сейчас вниз и налево.
Мы поспешили дальше – один поворот, второй. Спуск и снова поворот.
– Лаара, куда ты меня ведёшь?
Она шикнула:
– Тихо, я же просила! Мы почти пришли.
– Лаара… – я вцепилась жрице в запястье и дёрнула на себя. – Куда. Ты. Меня. Ведёшь.
Постепенно начало доходить – что же я делаю? Что творю? Я ведь не хотела сбегать, так почему проявила слабость?
Приоткрыв рот и картинно закатив глаза, отчего её лицо стало казаться ещё длиннее, Лаара произнесла:
– Да какая разница? Ты все равно не желаешь служить Матери Гор, не желаешь то место, которое я, в отличие от тебя, мечтаю когда-нибудь занять. Я просто хочу помочь тебе, Рамона.
Произнося эти слова, она теснила меня к стене, а потом резко толкнула в плечи. Я ввалилась в незаметную на первый взгляд комнатушку, чуть не запутавшись в подоле. Лаара шмыгнула следом.
Лязгнул засов.
Тусклый свет озарял маленькую комнатку с низким косым потолком. Здесь пахло влагой и пылью, клоки сине-зелёного скального мха свешивались лохматыми гроздьями, едва не касаясь макушки.
– Что ещё за шуточки?! – вспылила я, пытаясь совладать с паникой. Она накатывала волна за волной и едва не сбивала на пол. – Ты сказала, что меня ждут Сора и Орвин… Горт?!
Откуда? Как он здесь оказался?
Я смотрела на парня широко открытыми глазами, будто передо мной стоял не человек, а вылезший из бездны подгорный дух. Но Горт, живой и вполне материальный, стоял у стены, сложив на груди руки, и глядел на меня в упор.
Постепенно напряжение сошло на нет, и я ощутила облегчение – всё будет хорошо, мы с Гортом давно знаем друг друга. А потом, когда я заметила этот алчущие взгляд, эти подрагивающие ноздри – как у почуявшего добычу зверя, в животе что-то оборвалось.
– Что ты здесь делаешь? – спросила глухо, но искатель всё так же загадочно молчал.
– Матушка Этера не выгнала тебя из сестринства, – сзади послышался надменный голос Лаары. Обходя меня кругом и разглядывая так красноречиво, жрица продолжала говорить, а у меня кровь бросилась в лицо, в голове зашумело. – Я нахожу это несправедливым. Я ни разу не нарушила ни одного правила, но в любимицах почему–то ходишь ты. Всегда ты, рыжая заноза, – последние слова она просто выплюнула, и губы исказила ненависть и чёрная зависть. – Хотя слухи уже расползаются по Антриму, скоро о твоём падении узнает весь город. Старейшина Роран, какой бы властью не обладал, не сумеет заткнуть рты всем.
 
– Мои дела тебя не касаются! – ногти впились в ладони – так сильно сжала кулаки. О, Матерь Гор, как я могла поверить этой змее, чем я думала?! И теперь, переводя взгляд с неё на Горта, я внутренне сжималась и мечтала исчезнуть.
– По какой-то причине Матушка Этера носится с тобой, как курица с яйцом. И ты до сих пор остаёшься девственницей, что странно – от тебя так и разит распутством и грязью. И поэтому мы с Гортом и решили тебе помочь.
Я сглотнула сухим горлом. Бывает, что в кошмарном сне хочешь кричать и не можешь – так было и сейчас.
– Да, мы знаем, что ты сделала, Рамона, – она сощурила глаза и стала похожа на мелкого, но кусачего зверька.
Я переводила взгляд то на неё, то на Горта, постепенно догадываясь, что должно здесь произойти. Матерь Гор, прошу тебя, только не это!
– Лаара, остановись! – топнув ногой, я сжала кулаки. Пусть только посмеют! – Ты ведь тоже женщина, неужели ты допустишь…
– Я не женщина, – зло отрезала она. – Я Каменная жрица, и, в отличие от тебя, понимаю, что значит долг и честь.
О каком таком долге она говорила, о какой чести? Разве заманить в ловушку соперницу – это честно? Разве об этом твердит ей долг? О,нет, здесь, скорее, желание подгадить. 
– Не бойся меня, Рамона, – наконец, соизволил заговорить Горт. Парень оторвался от стены и сделал шаг в мою сторону. – Я не обижу. Только не тебя.
– Вот и славно! Если позволите, я вас оставлю, – победоносно улыбнулась эта гадина и потёрла ладони. – Кто-то ведь должен сообщить матушке Этере и другим сёстрам о том, что её любимица взялась за старое. Ах, как она любит нарушать законы! – Лаара покачала головой. – Совсем умом тронулась, сбежала, заманила Горта своими прелестями, вскружила бедняге голову – никакого стыда! А я всегда знала, что ты развратная девка!
От такой наглой клеветы я просто опешила. А, когда была готова броситься на Лаару и как следует оттаскать за патлы, та резво выскочила в коридор и заперла дверь.
Тяжёлые шаги. Возбуждённое дыхание. Чужой запах, постепенно заполнивший ноздри…
Я резко обернулась.
– Не подходи! Если дотронешься до меня, знаешь, что с тобой сделает отец?
Сердце зашлось в дикой скачке, ладони вспотели, стоило поднять глаза и встретиться с горящим взглядом Горта. Я надеялась, что презрение, которое я вложила в голос и взгляд, остудят его пыл. Но не тут-то было.
Он всегда вёл себя со сдержанной доброжелательностью, никогда не позволял лишнего, смущался или пытался угодить. А сейчас, почувствовав неограниченную власть, осмелел и сбросил маску. Обшаривая меня жадным взором, медленно приближался, разминая пальцы.
– Что тебе нужно? – я окатила его брезгливым взглядом, одновременно делая шаг назад.
– А ты догадайся.
Ему не надо было произносить это вслух. Правда была написана у него на лице.
Какая я, всё-таки, дура доверчивая! Уцепилась за шанс, поверила, побежала, как овца на заклание.
– Я не желаю это слушать. Сейчас я уйду, и ты не посмеешь меня задерживать, – ответила голосом холоднее льда.
– Ты никуда не уйдёшь, – он покачал головой, и в чёрных глазах я прочла приговор.
Горт подался вперёд с явным намерением распустить руки, но я отскочила в сторону.
– Не ломайся, от тебя не убудет! – ухмылка искателя хлестнула по самолюбию. – Обещаю, тебе понравится.
– Пошёл прочь! – меня вдруг затрясло от гнева, от страха, от бессилия. Я в очередной раз попыталась нащупать внутри хоть искру Дара, чтобы защититься, но снова – пустота.
– В чём дело, Рамона? Вспомнила о девичьей чести? – слова его били хуже пощёчин. – Поздно.