Жена чудовища (СИ)

Пока он говорил по моему телу пробежала дрожь, а кожа покрылась холодным потом.
Я была права, когда сразу же задушила надежду на то, что все будет хорошо.
— Аврам, — Абрам сделал к нему шаг и положил руку на его плечо.
Несколько секунд мужчины смотрели друг другу в глаза. И первым сдался Аврам.
— Хорошо, но, — он поднял указательный палец вверх, — пусть будет под твоим присмотром. Глаз с нее не своди.
— Она не сбежит, можешь не переживать.
Абрам наконец посмотрел на меня. Он подошел ко мне: он не поморщился, не скривился. Он взял меня за грязную ладонь, на которой засохла моя кровь.
Взял меня за руку и вывел из кабинета. Мы молча шли по коридорам.
Абрам привел меня в ванную, в которой я прежде не бывала. Это было небольшое помещение, но очень светлое с большим окном. Возле правой стены стояла большая ванная, а напротив унитаз. Все чисто и стерильно. Я обернулась и посмотрела на Абрама.
— Это моя ванна. Ты можешь здесь помыться.
Абрам посмотрел на мои грязные ноги.
— Я принесу тебе что-нибудь.
Я кивнула и тихо прошептала, едва сдерживая слезы:
— Спасибо, я очень благодарна тебе…
Абрам кивнул и вышел из ванны, заперев дверь на ключ. Он не доверял мне.
Пока мужчины не было, я быстро использовала туалет. Покосилась на ванну, а потом на дверь. Я не рискнула мыться. И не зря. Абрам слишком быстро вернулся.
В его руках было большое темно-серое полотенце, длинное платье, которое точно не принадлежало мне и прокладка. Господи… Я закрыла глаза от стыда. Но Абрам ничего не сказал, он положил принесенные вещи на стул возле ванны. А потом отошел и скрестил руки на груди:
— Мойся. У тебя есть пятнадцать минут.
А потом он отвернулся. Он был здесь, но в то же время давал мне пространство.
— Время пошло, — громко произнес мужчина, когда я стояла столбом. Но после я тут же сбросила с себя грязную одежду, включила воду и чуть не заплакала, когда теплые струи коснулись мое кожи. Здесь было мыло, пахнущее хвоей, и мужской шампунь, которое, вероятней всего, принадлежало Абраму. Я мылась быстро, сдирая кожу до красных пятен. Мне было больно. Мои ранки щипало, а синяки, которые оставили те ублюдки, болели. Особенно большой синяк был на животе. Я быстро закончила мыться. И сразу стало легче.
Я вылезла из ванны и начала вытираться полотенцем. А еще Абрам принес мне простой комплект белья. За что я была особенно благодарна. Я натянула трусики, использовала прокладку и тут же прикрыла полотенцем грудь, когда Абрам неожиданно обернулся.
— Вы… — возмущенно заговорила я, но тут же осеклась. Я была не в том положении, чтобы спорить.
— Опусти полотенце, — коротко приказал мужчина, и страх камнем упал мне на грудь. Неужели принудит к близости? Напоследок решил унизить меня?
— Керри, я что сказал? — повторил Абрам, сильнее хмурясь.
Я прикрыла глаза и послушно опустила полотенце.
— Откуда синяки? — спросил командир, и я распахнула глаза.
— Это они оставили… Когда притащили меня на ту поляну… — тихо произнесла я. Абрам несколько секунд смотрел мне в глаза, а потом кивнул, приняв какое-то решение.
— Одевайся. Быстро.
Я, немедля, натянула бюстгальтер и платье. Мокрые волосы наспех расчесала пальцами.
Все это время Абрам не сводил с меня глаз. Я погладила ткань платья и тихо задала вопрос, который очень сильно меня мучил:
— Что теперь со мной будет? — спросила и замерла, в ожидании ответа.
Абрам подошел ко мне и прикоснулся пальцами к подбородку.
— Тебя признают виновной, а потом казнят, — холодно произнес мужчина.
— Но я не виновата! — заплакала я, уже не сдерживая слез.
— Аврам — губернатор, он судит по законам. Убила — значит умрешь сама.
Я закрыла глаза и разрыдалась. Мне не хотелось умирать. Всё же не хотелось. Все те мысли, что одолевали и успокаивали меня в камере, испарились.
— Но я могу тебя спасти, — продолжил Абрам.
Я вытерла лицо и случайно коснулась пальцев командира. Я хотела отдернуть ладонь, но Абрам перехватил мою руку и сжал ее.
— Вы врете. Зачем?
— Предлагаю один раз. Хочешь спастись?
 
Он дал мне несколько секунд для раздумий, а потом больно сжал мою ладонь.
— Да, хочу…. — тихо прошептала я.
Абрам удовлетворенно улыбнулся, будто хотел получить именно этот ответ.
— Тогда будешь делать то, что я говорю. Поняла? А теперь пошли.
 
 
21  
Керри
Я не знала, что решил Абрам, но решила беспрекословно ему подчиняться. Я хотела верить, что он спасет меня.
Мы вернулись в кабинет, и Абрам тут же указал мне на диванчик:
— Садись.
Я послушно села, а Абрам подошел к столу, за которым сидел недоумевающий Аврам.
— Братец, — неожиданно заговорил Аврам, и я вздрогнула. Они, оказывается, еще и братья, — позволь спросить…
— Позволяю, — ответил Абрам, открывая ящик стола. Командир достал какую-то бумагу и стал быстро ее заполнять. Аврам ошарашенно смотрел на брата.
— Ты что делаешь?
Абрам не ответил, потом посмотрел на меня и поманил пальцем.
— Керри, подойди.
Я покосилась на Аврама, который явно был недоволен происходящим. Если честно, я немного его боялась. Он смотрел на меня с ненавистью.
— Керри, — еще раз позвал меня командира, и я послушно зашагала. Абрам дал мне ручку.
— Подписывай.
Я нахмурилась и стала читать документ. И как только я поняла, что это, по моему телу пробежала дрожь.
— Что… — выдохнула я. Это был документ о заключении брака. Я просто не могла поверить. Зачем? Зачем ему это?
— Керри, — позвал меня Абрам, и я посмотрела ему в глаза. Он серьезно и строго смотрел на меня. В его голубых глазах плавал лед. Он сказал, что я должна делать то, что он прикажет. Он мог спасти меня. И я хотела этого. Я кивнула и поставила свою подпись.
Абрам усмехнулся и коснулся моей поясницы. А потом поставил печать. Все. Я его жена. Боже… Надеюсь, что я не подписала себе смертный приговор.
— Теперь мы можем устроить допрос, — самодовольно произнес командир и усадил меня на диван, — но, брат, как губернатор не забывай, что члены губернаторской семьи не могут сесть в тюрьму или получить смертный приговор.
Абрам сел рядом со мной и положил ладонь мне на колено.
Аврам покраснел, но спорить не стал. Но я успела уже понять, что между братьями существует некое соперничество. И явно со стороны Аврама. Но я этого не понимала. Ведь он был губернатором… А Абрам командиром. И явно первый завидовал второму.
— Хорошо, — все-таки ответил Аврам, кашлянул в кулак и встал изо стола. Он поправил пиджак, обошел стол и облокотился на него бедром. Несколько секунд он смотрел мне в глаза. Но в его глазах больше я не видела отвращения. Я видела ярость. Он злился на меня. — Керри, расскажи, как с твоей точки зрения все произошло.
Я покосилась на Абрама, и тот кивнул мне.
— В тот вечер я ждала свою подругу, но она была слишком долго в душевой, я стала переживать… Я нашла ее на полу, Паулина была без сознания, а еще было много крови… — я замолчала. Перед глазами появилась та картина…
— С твоей подругой все нормально, — пояснил мне Абрам, поняв мое смятение, — Все эти два дня она была в больнице, ей зашили голову. Сейчас с ней все в порядке. Потом ты сможешь навестить ее.
— Спасибо… — прошептала я, а потом продолжила, — Потом на меня напали, и я очнулась в парке за зданием. Там была Бланка и два солдата. Бланка сказала, что меня нужно убить, что это был приказ командира… А еще они хотели меня изнасиловать… Я схватила камень… Не знаю, зачем… Я хотела защитить себя. Я побежала. Я не хотела убивать Бланку! Я не хотела…
 
— Но ты убила, — жестко ответил Аврам, — Ты — убийца. Ты должна понести наказание.
— И она понесет, — заговорил Абрам, он не сводил глаз с брата, — но не в тюрьме. Мы назначим ей специальные часы работы. И все.