Вишенка (СИ)

  
Глава 7
 
Поднявшись на третий этаж, я быстро дошёл до своей спальни. Она была больше комнаты Вишенки и намного уютнее. Эстер постаралась для меня. Более дорогая мебель, красивые темно-зеленые портьеры на окнах, стены драпированы тканью. Весьма элегантно и никакой вычурности. Сторонний человек и подумать бы не мог, что находится в борделе. Подкрутив лампы, стоящие на столике и на комоде, я сделал приглушенный свет комнаты чуть более ярким. Мне хотелось видеть тело, которое предстояло ласкать.
Затем, подойдя к кровати, стряхнул девчонку со своего плеча. Она тут же перевернулась на спину, приподнимаясь на локтях, откинула волосы с лица и злым взглядом уставилась на меня. Я никак не мог понять, откуда в ней столько ярости, ведь она добровольно шагнула в эту жизнь, а за то, что я принёс её в свою комнату, более комфортную и уютную, чем её собственную, она могла лишь поблагодарить меня.
Всю мою деликатность, — которой и так было немного, — как ветром сдуло.
— Что смотришь? — кинул я, снимая шляпу и бросая её на прикроватный столик. — Раздевайся, — я широко улыбнулся.
При ближайшем рассмотрении что-то в облике девушки казалось мне знакомым, но, сколько бы я не напрягал память, никак не мог вспомнить, где мог видеть её. Мы с Маком и парнями постоянно колесили по стране, может быть, мы сталкивались где-то случайно, на улице. Сомневаюсь, что мог обделить вниманием такую симпатичную мордашку. Мой взгляд прошелся по напряженной фигуре на кровати: лет восемнадцать, может быть, девятнадцать, но всё, что надо, уже на месте. Я оценил небольшую, аккуратную грудь, которую мне тут же захотелось сжать в ладони, и линию бедра под платьем.
— Сколько тебе лет? — спросил я.
— Восемнадцать, — с вызовом ответила она.
— Надеюсь, ты не врёшь, иначе, огорчишь Эстер, а она бы никогда не приняла тебя на работу, если бы ты была младше. У неё свой, особый пункт на возрасте.
Она фыркнула.
— Странный кодекс чести для мадам из борделя.
Опустив руки на бёдра, я, приподняв брови, посмотрел на неё.
— Можешь радоваться, что попала в хорошие руки. Эстер никого не обижает. Если не веришь, рискни и проверь, зайди в "Дьявольские Розочки", Мадлен не так щепетильна, как Эстер, в вопросах возраста.
Я наблюдал, как на лице Вишенки одно выражение сменяет другое: от недоверия к отторжению и обратно.
Однако она ничего не ответила, и тогда я продолжил раздеваться.
Мои действия снова заставили её закопошиться; из-под задравшегося подола платья выглядывала идеальной формы нога в мягких бордовых сапожках с коротким голенищем.
Я тут же прикинул примерную стоимость этой обуви; кем бы ни была эта девушка в "прошлой жизни", она явно росла не в бедной семье.
Вишенка, насторожено поглядывая на меня, отползла к изголовью кровати, а, заметив, куда устремлён мой взгляд, быстро одернула подол. Я уже расстегивал и стряхивал с плеч рубашку. Затем, сделав неожиданный для девушки манёвр, наклонился и, обхватив за щиколотку, потянул к себе.
— Советую, не убегать, — она дёрнула ногой, безуспешно пытаясь вырваться из моей хватки, и когда у неё ничего не вышло, просто принялась буравить меня взглядом своих тёмных, карих глаз, опять показавшихся мне знакомыми.
Я снова задался вопросом, где мог видеть её.
Приподняв её подбородок пальцами, я, прищурившись, спросил.
— Мы когда-нибудь встречались?
— Сомневаюсь, — ответила она таким тоном, что я сразу же понял, что девушка лжёт.
— Я не терплю лжи. В любом её проявлении, — предупредил я.
Мы боролись взглядами, изучая друг друга, и я невольно восхитился силой её воли. Обычно, никто так долго мой взгляд не выдерживал. А она не сразу отвела глаза.
Я отпустил её и отошёл в сторону, собираясь скинуть оставшуюся одежду.
Движение было настолько молниеносным, что я едва успел уловить его. Но благодаря долгим годам опасной жизни, у меня выработался своеобразный инстинкт. Тело реагировало быстрее разума, и это ни раз спасало мне жизнь.
 
Нож пролетел всего в паре миллиметров, но я уклонился в сторону, затем обернулся, чтобы посмотреть, как глубоко лезвие вошло в стену позади меня, и снова взглянул на девушку.
Это становилось интересным.
— Недурно, — оценил я. — Но надо предугадывать действия противника.
— В следующий раз учту, — вскинув подбородок, ответила девчонка.
Я отвесил ей шутовской поклон.
— Попробуем ещё раз? — не дожидаясь ответа, я выдернул нож и стены и метнул его в её сторону.
Она вскрикнула, когда лезвие со свистом рассекло воздух и вонзилось в резную спинку кровати.
Расширившимися от страха глазами, Вишенка смотрела на меня.
— Кто ты? — спросил я, меняя тон с мягкого на стальной. — Кто тебя послал?
Она вскочила с кровати, но я рывком кинул её обратно.
— Кто ты, я спрашиваю?
Я не кричал, просто говорил, но девчонка как в рот воды набрала. Странно, а ведь до этого была такая разговорчивая.
— Я всё равно докопаюсь до правды, — предупредил я.
— Никто меня не посылал, — наконец, выкрикнула она, и снова попыталась встать, но одним моим движением была отправлена на матрац.
— Я с тобой ещё не закончил, — холодно произнёс я. — Ты же работаешь.
— Я не хочу, — с нажимом произнесла она.
Я внутренне восхитился её мужеством; в такой ситуации, она ещё находила силы противостоять мне, прекрасно понимая, что за одну попытку покушения, я просто могу свернуть её прелестную шейку.
— Об этом надо было думать прежде, чем приходить в бордель и просить работу, — уголок моего рта иронично изогнулся. — Завтра можешь уволиться, но не сегодня.
С этим словами я навалился на неё сверху, задирая подол и опуская корсаж платья. Она царапалась, извивалась и билась в моих руках, но я просто, обхватив её тонкие запястья, закинул их ей за голову и прижал к постели.
— Ш-шш, не надо брыкаться, — прошептал я ей на ухо, и поцеловал в шею, скользнув носом ниже, зарываясь им в нежную ложбинку между её грудей. Девушка подо мной тут же замерла.
Боже, она так восхитительно пахла. Мягкий, сочный, ягодный аромат ударил мне в голову.
Девчонка дёрнулась, но уже слабее. Она ждала насилия, и мои нежные касания смутили её. Я не собирался насиловать; кто она такая и кто её прислал — с этим я разберусь позднее. Сейчас меня заботили несколько другие дела.
— Я не причиню тебе вреда, если не будешь сопротивляться, — предупредил я.
Мой язык блуждал по её ароматной коже. Обхватив запястья одной рукой, я освободил другую и принялся ласкать её тело. Сжимая грудь в ладони, нежно потирал и перекатывал соски между пальцами, добиваясь отклика от застывшего тела, убеждая её расслабиться. Рука пробралась под нижние юбки, поднимая их до талии и открывая доступ к её бёдрам, которые я развёл своим коленом.
Девчонка всхлипнула, стоило мне стянуть её нижнее бельё и коснуться входа в её тело. Я чувствовал, как она увлажнилась от моих умелых прикосновений. Раздвинув складки плоти, я скользнул средним пальцем внутрь, двигая им в извечном ритме, в то время как большим пальцем потирал её набухший клитор.
Вишенка всхлипнула, закрывая глаза и отворачиваясь от меня.
— Ненавижу, — прошептала она.
Я рассмеялся.
— Боже, детка, знала бы ты, сколько раз я слышал это слово в подобной ситуации.
Её глаза широко распахнулись, она резко повернулась, с подлинной ненавистью во взоре смотря на меня. Усмехнувшись, я пальцем вонзился глубже в её тело, вызывая у неё судорожный вздох. Да, милая, тело придаёт, если его касается опытный любовник, а ты не знала?
Приподнявшись, потянулся к пуговицам на брюках, спуская их и освобождая свой почти что окаменевший член. Мне безумно хотелось оказаться внутри. Немедленно.
Коснувшись её входа, я ощутил жар и влагу, исходящую от неё. Значит, как бы девчонка не сопротивлялась, желание я в ней всё-таки пробудил. Качнув бёдрами навстречу ей, я почувствовал, как начинаю погружаться в неё. Чёрт, она была такой узкой, такой тугой.