Маг 14
Так что – сильно не увлекаемся, далеко идущих планов не строим на будущее, делаем, что можем и радуемся жизни. Хотя бы телу красивой баронессы, не смотря на ее не такой уж и юный возраст.
Ну, фигуру шикарную она сохранила с грудью тугой, не зря институт кормилиц для дворянских деток здесь так хорошо развит. И сама с удовольствием учится новым техникам из моего развитого мира, явно ей муж последнее время маловато внимания в постели уделял.
Все о расширении владения и новых земельных приобретениях радел, да сочных молодых девок из прислуги с удовольствием переворачивал.
Ну, здесь возраст около сорока лет – это уже уровень дожития для взрослых женщин после рождения кучи детей. Остается только внукам радоваться и молиться почаще.
Ехали мы весь день с перерывом на обед, пока за холмами не появились стены города.
Тот же услужливый лучник мне теперь прислуживает, рюкзак с Палантирами я спрятал в местный мешок, фузея и карабин в чехлах не привлекают такого уж внимания своим инородным видом. Мужик уже попросил меня после обеда немного помочь ему с поясницей:
– А то, Ваша Милость, по две недели не могу разогнуться и лук натянуть даже. Сейчас еще ничего, а так не могу воевать толком.
Теперь понятен его интерес, чтобы господин был обслужен и всем доволен. Пообещал ему, как вернемся, решить проблемы со спиной. Вижу, что и остальные воины внимательно прислушиваются к моим словам, однако пока просить не решаются так прямо.
За все время в пути и даже за обедом я недовольных взглядов не заметил, сильно передо мной вояки не стелются, но и никаких враждебных непоняток для меня не создают. Служивый народ пока никак не высказывает мне свое мнение насчет узурпации власти и относится вполне терпимо к своему новому вожаку. Просто едут и едут, дозоры рассылают, службу несут нормально.
Больше мне от них и не требуется пока. Вот вылечу лучника, тогда сами придут, в ноги упадут, чтобы помог с болячками.
Город находится уже не в осаде, однако большое количество подвод с дарами полей и огородов перед воротами говорит о том, что власти города торопятся пополнить припасы и готовятся к очередным проблемам с кочевниками.
Как оказалось, уже готовятся к новой осаде, ибо предыдущую город выдержал без особых проблем, положив со своих высоких стен не одну сотню степняков вонять на всю округу своими разлагающимися телами.
Не принято, похоже у степных воинов заморачиваться с телами неудачников.
Наверно именно этой вони осаждающие и не вынесли. Ушли, но обещали вернуться в силах великих.
А стены и правда сильно высокие здесь, метров по двенадцать высотой и внизу еще ров имеется, правда пока без воды.
Останки неудачников собирает похоронная команда с замотанными материей лицами и вилами в руках.
Чувствую, принесут они эпидемию в сам город, как пить дать, занесут.
Я впереди своего отряда объезжаю подводы, представляюсь на воротах своим же рыцарским званием и сообщаю, что приехал на совещание со своим войском.
Воины на воротах смотрят с удивлением, не узнавая меня в лицо, однако дворянину с немалым войском отказывать в чем-то не принято. Поэтому мы отправляемся в центр города, останавливаемся на постой в одной из лучших таверн, где я кормлю хорошим ужином своих многочисленных спутников за довольно большие деньги.
Мои воины получают много мяса и пива, служанки вокруг так и бегают, потому что денег я не жалею.
Похоже, после набегов степняков мало кто такое пиршество себе может позволить. Да и не ездит теперь никто между городами, совсем нет купцов или местных коробейников, даже не знаю еще, как они называются.
А чего их жалеть? Эти монеты в моем кошеле? Когда они накоплены и собраны не мной, а прежним хозяином замка, трудолюбивым и расчетливым бароном де Куинжи.
Не знаю, известно ли прекрасной Мириэлинде о тайнике в рабочем кабинете своего бывшего мужа?
Если известно, то меня ждет очень неласковая встреча с заламыванием рук и прочими неприятностями.
Впрочем, чего это я, у меня же там замок поставлен магический, никто не проберется в рыцарскую спальню, не спрячет острый ножик под подушкой.
Своего тела не лишат, ибо здоровье сыновей-защитников отчего гнезда явно важнее, чем пропавшее золото из тайника. Но отдаваться будет баронесса без должного большого удовольствия.
В углу за камином вытаскивается пара кирпичей, потом рука, здорово изогнувшись, опускается в небольшой грот, откуда можно вытащить здорово тяжелый мешок с монетами.
В мешке половина золота, половина серебра, немного драгоценностей, поэтому я оказался очень доволен, что камень поиска не подвел меня. Впервые здесь у меня появились какие-то солидные суммы в золоте и серебре.
А вот в замке Триптих он мне совсем не помог, в бюро солидного гарнитура денег нашлось чуть-чуть, а других тайников я там не обнаружил.
После обыска тел ургов набралось с пару килограммов серебра, несколько золотых монет и все.
Только, чтобы выдать жалование оставшимся воинам с прислугой и хватило за прошедший месяц.
Придется, наверно, походить по подвалам замка, только есть у меня предчувствие, что денег я все равно не найду. Похоже, что барону досталась скандальная транжирка жена, поэтому и нет ничего у него в казне. Очень уж у нее с дочками платья расфуфыренные были, да и на себе очень много чего навешано.
Пока зарабатываю дешевую популярность у своих, или совсем не своих воинов, давая им заесть вчерашнюю бойню вволю жареным мясом и помянуть погибших друзей бочками пива.
Денег уходит немало, восемь золотых монет, однако я про это совсем не переживаю.
Поздним вечером в таверну прибегает посыльный. Комендант Вурума узнал от городских стражников о появлении в городе нового рыцаря с огромным по местным понятиям отрядом, требует прибыть утром в Ратушу на совещание.
В принципе это то самое, что мне и требуется сейчас, чтобы разобраться в обстановке. Хорошо бы хоть карту королевства увидеть первый раз и узнать, как обстоят дела на северных фронтах.
Ночь проходит весело, мои орлы дерутся с местными жуликами, достается и страже, пытающейся покрывать своих.
Зато утром, пока все приходят в себя, являюсь в городскую ратушу в сопровождении своего лучника, на которого сгрузил большую часть своей поклажи. Здесь находится городской штаб по борьбе с нашествием. Нахожу через часовых на входе местного коменданта города и представляюсь ему.
– Рыцарь Ольг Прот, приехал издалека помочь вашим землям с нашествием ургов!
– Граф де Осиек! Каковы ваши силы, сэр рыцарь? – небрежно кидает мне, как видно, опытный пожилой воин в дорогой кирасе, быстро появляясь на входе и здорово прихрамывая на правую ногу.
– С собой сорок опытных воинов. И в замке Триптих еще два десятка! Граф! – я немного преувеличиваю свою армию, ведь хорошо знаю, что сам стою десятка воинов как минимум в бою.
Если не нескольких сотен.
Про второй замок ничего не говорю, того-то барона все в городе точно хорошо знали, поэтому я его убийцей выставляться не хочу. Своих перед городом предупредил, чтобы много не болтали, за это вылечу всех их побитых приятелей по возвращению.
– А если ко мне кто с претензиями полезет и на ваши слова будет ссылаться, тогда никого не вылечу, – так всем и сказал.
Тогда старшие пообещали мне держать языки за зубами и за молодыми проследить, чтобы не трепались по пьяной лавочке.
И еще с раннего утра подошел ко мне Рувим, один из старых воинов барона, донес полученную в разговорах информацию от местных:
– Вчера нам рассказали за столом, что ожидают со дня на день в городе новую осаду. Вроде с пару тысяч степняков сюда идет, если не все пять тысяч. Лучше бы нам, Ваша Милость, в городе не задерживаться. А то встрянем здесь с концами.
– Так вы уже и силами замка Триптих командуете? А что случилось с бароном? Я хорошо знал его, – спрашивает меня граф.
Я подробно рассказываю, как погиб барон Триптих, однако свою роль в разгроме степняков не раскрываю. Говорю, что внезапным ударом выбил оттуда остатки ургов-мародеров и взял его под свою руку.