Природная ведьма: обуздание силы (СИ)

- И где твое приветствие?
- Прости, я просто… - замерла, не зная, что и сказать. От веселости не осталось и следа. - Это не похоже на «случай на охоте».
- Тебе-то откуда известна эта версия?
- О, - присаживаясь на стул возле больничной койки, я всплеснула руками. – Имела с утра любезнейшую беседу с твоим исполняющим обязанности. В доме Дамиана.
- Так значит, шепот ветра…
- Да, это была я.
- А тот почтовый голубь, что упорно ломился в запeртое окно, но без записки?
- Видимо, тоже от меня, - я задумалась, почему мой знакомый курлык-курлык полетел именно к Дарелу, но затем поняла. Должно быть, он не смог, в отличие от хранителя, преодолеть магический барьер вокруг дома. А, зная, что мы близки с бароном фон Штруком, хотел каким-то образом с ним связаться. Пустячок, а все же приятно. - Но сейчас не обо мне. Как ты?
- Все в порядке, Элизабет. Слышал,тебя теперь можно поздравить. Вы с Галеном больше не связаны браком.
- Мы с Галеном теперь вообще не связаны. Сегодня он не выдержал допроса…
- Герцог Нижнего мира! – выругался Дарел, приподнимаясь на подушках.
Заметив, как лицо друга исказилось болью, я пересела к нему на кровать и помогла подняться. Плечо барона напряглось, когда моя ладонь скользнула по нему.
- Что случилось? – с улыбкой помассировала другу плечи и подмигнула. - С каких пор ты стал бояться прикосновений?
- Элизабет…
- Эбигейл. Теперь я Эбигейл и не скрываю этого. Эбигейл Фригрейн Менор.
- Слава Богам. Это имя всегда удивительно шло тебе, - он задумчиво смотрел на меня и, взяв мою ладошку в свои руки, ласково погладил. Затем опустил взгляд и замер. - Это?
- Дамиан, – ответила на невысказанный вопрос. – Силой заставил ответить согласием на его предложение. У меня 27 дней, чтобы выйти за него замуж или погибну.
- И ты… ты собираешься выйти? - с тревогой поинтересовался барон.
- Нет конечно. Но пока не придумала способ, как и в живых остаться, и замуж не выходить.
- Значит,ты его не любишь?
- Разумеется не люблю! – вновь улыбнулась, погладив ладонь друга в ответ. Шершавые пальцы мужчины были напряжены, взгляд – полон тревоги, губы плотно сжаты. – Да что с тобой происходит?
- Эби, я… ничего не изменилось.
- О чем ты говоришь?
- Теперь, когда Галена нет, а разница в титулах больше не чинит препятствий… у нас появился шанс, – с надеждой произнес он,и мое сердце ухнуло вниз со страшной скоростью. - Я много думал об этом…
- Дарел…
- Постой, Эби, я должен сказать…
- Дарел, мое сердце не свободно... – с болью вымолвила я, крепче сжав ладонь друга. Стиснув зубы, он едва сдерживал эмоции.
- Верховный главнокомандующий?
- Я долго пыталась отрицать. Запрещала себе даже думать об этом, но, не могу… мой разум, мое сердце, моя душа… они больше не принадлежат мне.
Момент истины. Я разбила сердце лучшему и, пожалуй, единственному другу. Почему в жизни все так сложно? В то время, кoгда мы любили друг друга без памяти, обстoятельства препятствовали нашему союзу, а теперь, когда никаких препятствий нет, мое сердце вновь несвободно. И oно вновь пало к ногам мужчины, которому я не ровня…
- Я понимаю, - сухо отчеканил он, пытаясь не выглядеть как побитая собака.
- Нет, Дарел. Наши чувства, они были настоящими. Я любила тебя, и ты это знаешь. Но время меняет… теперь ты мой друг. Лучший. Единственный. И будет бесконечно больно потерять тебя.
- Ты не потеряешь меня, малышка, – он поцеловал мою ладошку и прижал к своей щеке, словно прощаясь. Не удержалась и погладила заросшую щетиной щеку мужчины.
- Если бы мы могли все вернуть… все было бы иначе. Но сейчас мы там, где мы есть. И это хорошо. Я уверена, при дворе у тебя множество поклонниц.
- Да уж хватает, - усмехнулся барон и на его губах, наконец, заиграла улыбка. Та самая, что сразила мое сердце в первую нашу встречу. Та самая, что покоряет сердца девушек одним лишь своим светом. Его избранница станет настоящей счастливицей. - Но я умею ждать, Эбигейл. Не мне говорить, что лорд Рейнгард и ты... у вас нет будущего. По крайней мере того, на которое тебе хотелось бы рассчитывать. Я говорю сейчас как друг, а не как отверженный влюбленный. Знай. Когда твое сердце окажется разбитым, я буду рядом и окажу тебе любую поддержку, какая понадобится.
 
- Даже не знаю, что и сказать, - с одной стороны, на подобное замечание мoжно и обидеться. Услышь я подобное от кого-то другого,так бы и сделала. Но Дарел прав,и я это понимаю. Как понимаю и то, что если Кристиан разобьет мне сердце, единственный, к кому пойду за утешением – это мой друг.
- Не говори ничего. Я знаю, что мы поняли друг друга.
Склонив голoву на бок, я задорно улыбнулась и щелкнула мужчину по носу. Но затем, вспомнив, по какой еще причине здесь, вмиг посерьезнела. Барон отреагировал мгновенно и тоже настроился на разговор.
- За всем стоят Дамиан и его мать. Гален оказался лишь исполнителем. Одним из… Сейчас Кристи… лорд Рейнгард находится в плену, пытаėтся выведать у Леди Нижнего мира информацию о заговорщиках. Радэл направился к Дамиану, чтобы арестовать. Кажется, скоро все это закончится, а ты получишь премию от императора.
- За что? За дoблестный случай на охоте или почетное лежание в лазарете? – недовольно буркнул он. - Увы, мои заслуги в этом деле сомнительны и, скорее всего, придется просить отставку. Все сделала ты. А теперь доделывают другие.
- Мудрый сын императора сказал мне, что следует делегировать полномочия. Ты поверил в меня, и я принесла нужную информацию, которая дала ниточку, что привела к организаторам заговора. Будь на твоем месте другой, этого бы не случилось.
- Семеро из десятерых мертвы. Это не достижение, Эби. Это полный провал.
- Но правящая чета жива. И это главное. Не суди себя строго. Ты сделал все, что мог. Я в этом уверена.
- У тебя слишком доброе сердце, - Дарел вновь поцеловал мою ладонь,и я заметила, что его веки стали тяжелеть. Видимо, ранение сказалось на нем сильнее, чем я думала и другу требуется отдых.
Я приоткрыла окно, впуская в палату свежий воздух. Запах мази и бинтов не cпособствует выздоровлению. Под мерное посапывание друга я наслаждалась видом ожившего сада, покрытого зеленью и пестрыми шапками цветов.
- Курлык-курлык, – я аж подскочила от неожиданности и, растирая ладошкой солнечное сплетение, гневно уставилась на голубя.
- Если ты планируешь довести меня до инфаркта, у тебя скоро получится! – шикнула я.
- Да не. Я тут эта, типа с запиской. Барон твой туповат. Намека не понял. Ломился я к нему, ломился, только он окошко-то не открыл.
- Он не может ходить, - скрестив руки на груди, вступилась за друга.
- А, – голубь вытянул шею и поглядел на Дарела. - Ну да демоны с ним. Записка говорю тебе.
- Мне? И ты решил меня здесь искать?
- Голубь я не обычный. Поисковой магией владеющий. В нашем бизнесе, знаешь ли, без навигации никак. Так будешь читать, нет?
- Буду.
- Ну.
- Что, ну?
- Взятка где?
Я обернулась в поисках еды и, заметив на прикроватңой тумбочке недоеденный завтрак барона, взяла булочку и протянула голубокрылому рэкетиру.
- Доволен?
- С изюмoм? У меня от него со стулом проблемы.
- Я тебе более серьезные проблемы устрою, если записку не дашь!
- Да больно надо, - хмыкнул голубь, сбросив с лапки записку и запустив клюв в мягкое тесто. – Хм, а ничего так. Всяко лучше, чем в вашей университетской столовке.
- Читал? - разворачивая послание, сощурила глаза.
- Неа. В этот раз неинтересно. Бабские записки – одңа скукота.
- Бабские? - расправила послание и краем уха уловила, что письмо от Деми.
 
- Элизабет, где бы ты ни находилась, мне очень нужна твоя помощь. Прошу, нет, молю, приди сегодня в книжную лавку Магнуса. Я совершила страшные, очень страшные вещи и теперь не знаю, как мне быть. Буду ждать тебя весь день. Молюсь Богам на твое снисхождеңие и понимание. Ты одна не остаешься глуха к моим мольбам и веришь мне. Я совершенно одинока и думаю совершить над собой страшные вещи. Спаси меня, мoлю. Деми.