Там, где нас ждут (СИ)

О, Космос, как я была зла на него тогда, словами не передать! Ни видеть, ни слышать, ни знать его не хотелось. А он еще, как назло, резко активизировался, зачем-то звонил и что-то писал, что я удаляла, не читая, на встречи звал. Я даже, грешным делом, подумала, что на свидания.
Нет, отношения наши умерли и реанимировать их у меня желания уже не было.
Но, очевидно, до победного конца меня еще не довел, решил опять заявиться лично. Вот тут-то и начался самый ужас по испытанию на прочность моей выдержки. Видеть его своими глазами, высокую статную фигуру, крепкое телосложение, горящий синевой взгляд и не сметь приблизиться — это адово тяжело.
Но как я могла снова пойти ему навстречу? Как могла поверить, что он простил, что не припомнит мне мнимые прошлые обиды в будущем, что не станет больше попрекать якобы изменой или еще каким призрачным преступлением?
Как видите, я была в сумасшедшем раздрае с самой собой и с целым миром. Разумом я понимала, что все мосты, между нами, разрушены, а сердце шептало, что все еще можно отстроить по новой.
Когда же вскрылась причина, по которой он явился, я реально думала, что задохнусь от новой обиды. Так вот оно что, Великий Архонт. Оказывается, это ты такой добрый благодаря какой-то незнакомой мне Ведьме.
Нет, любовь никто не отменял, все равно бы ко мне ездил чтобы скинуть напряжение, но раз уж так удобно карты легли, то можно и простить «неверную» жену. Мои слова и валяние в ногах его не впечатлили, а чужие слова дошли до цели? Вот так и будем дальше жить, друг друга игнорируя и веря первым встречным? Чудесно, но мне такого не надо!
Только как мне теперь от него избавиться? Хорошо-хорошо, отставить эмоции, Шая, включить мозги!
Хочешь ли ты на самом деле, чтобы он ушел, вот прям, навсегда?
Да, я была зла на него и обижена, но, может, пора бы уже, наконец-то, подбить наш счет. Разве нет?
Только факты, только трезвый взгляд на вещи!
А нет никаких фактов. Ведь мы оказались в этом положении по моей наивности и глупой доверчивости, я поверила в то, что, на тот момент, мне было проще всего поверить, обвинила его без суда и следствия, впустила посторонних людей в нашу личную жизнь.
Ведь я чувствовала, что мои лживые, полные извращенного смысла, слова подругам еще аукнуться мне. Сама себе яму вырыла, дура набитая! И если, все его слова правдивы, то я в еще большей степени виновна, чем это вообще себе можно представить. Он меня в то время уже любил, боролся за наше будущее, терпел все мои выверты. А я? Что я сделала для наших отношений?
Обвинила во всех смертных грехах, и сама же первая не дала ему шанса объясниться, поговорить, доказать свою невиновность. Никого не напоминает, а, Шая? Так кто тут изначально прав, а кто виноват?
Рискнула поставить себя на место Каина и ужаснулась! О, Великий Космос, через что ему пришлось по моей милости пройти! Врала, путалась за спиной с другим мужиком, задумала побег и сбежала-таки, да не просто так, а еще и будучи беременной двойней — вот что он думал обо мне на протяжении почти полугода! Но и это еще не все, он же реально считал меня одной из тех чокнутых фанатиков, что окружали старого Архонта, верил, что я могла по доброй воле отдать своих малюток в угоду сбрендившего старика.
Немыслимо! Но получается так, что не у нас украли друг друга и наше время, а мы сами приложили максимальное упорство и упрямство, чтобы дойти в этом всем театре абсурда до конца, захлебнуться в пучине взаимных обид и претензий, но не простить. Просто потому, что опять кто-то из нас решит врубить гордыню!
Нас обворовали, безжалостно украли самое прекрасное, что может быть в жизни, у двух влюблённых сердец — время друг с другом.
Почему я поверила во все это, ну почему? Только потому, что Азазель мне наплела с три короба, а я, глупая и неуверенная в себе простушка с Элео, ей поверила? Хорошо же оправдание. Неровен час, так ко мне каждый день могут его бывшие подружки на поклон ходить, дабы поплеваться ядом, а я буду и дальше всем верить и идти на поводу у эмоций? Зачем тогда мне мозги в моей черепной коробке, если после первого же такого случая, я ничего не смогла придумать лучше, чем только бегать в оскорбленных чувствах от мужа по всей Галактике?
 
Обвинила его, что он послушал некую Ванду. А сама? Кто мне такие эти Азазель и Дипса, что именно им я отдала свое доверие, а Кая даже слушать не стала? Ведь все внутри меня тогда протестовало против этих жалких инсинуаций, сердце молило дать шанс, так почему я прислушалась к нему так поздно?
Оба хороши. Оба! Я дура и он дурак! Нет, я дважды дура! Опять ушла, опять не дала шанса, опять отвернулась и погнала прочь. Никто нас не разлучал, мы сами себя друг от друга отпихнули, сначала я, потом он, теперь опять я на те же грабли со всего размаху.
Ночь совсем захватила врасплох дремлющую природу, и только я все никак не могу сомкнуть глаз, гоняя мысли в голове туда и обратно, и снова по кругу, понимая, что уже давно все для себя решила и приняла. Я его люблю. И жить без него не хочу и не буду!
Да, между нами выжженая пустыня былых отношений, но только от нас одних зависит, превратится ли она в цветущий сад или нет.
Медленно разворачиваюсь и иду к кровати, ложусь поудобнее и полностью, срывая со своего сознания ментальные щиты, открываю себя для его взора. Осторожно, не торопясь, уношусь мысленно к его ауре, не встречая никакой преграды проникаю внутрь, полностью утопая в его образах, мыслях и чувствах. В нем!
Невозможно сдержать эмоции и снова, из-под моих сомкнутых глаз, вырываются горячие соленые ручейки. Ведь это все наше!
Первая встреча в Храме Ра.
Первое прикосновение.
Первый поцелуй.
Наша свадьба и ужасная первая брачная ночь. Ох, так вот почему он это тогда все мне наговорил!
Некар! Наша яхта и самый лучший на свете массаж с продолжением. Щеки запылали, от увиденных его глазами, картинок.
Первая близость.
Боль предательства и долгие, казалось бы, бесконечные поиски. Мертвые малыши и их маленькие могилки на Ильпэ. Хорошо, что предал земле, правильно.
Весь спектр эмоций, испытанных за то непростое время — все это тоже наше. Наш самый главный и самый важный урок на свете.
Моя душа рвалась в клочья вместе с ним и я больше не хотела все это знать, потому что, во мне самой жило тоже самое.
Все хватит, я хочу к нему! Если мы не будет вместе, значит все они победили. Нас обвели вокруг пальца, нас и нашу любовь.
Рывком сдернула себя с кровати и кинулась к двери, резко распахивая ее, и тут же очутилась в самых крепких на свете объятиях! Вот где мое место, вот где я должна быть. Вот где меня всегда будут ждать!
— Девочка моя, прости, — и жаркий шепот перемешивается с соленым вкусом моих слез.
— И ты меня!
— Не за что прощать! Просто будь рядом, ладно?
— Всегда!
До рассвета я не выпускал ее из своих объятий, боясь, что все, что сейчас происходит с нами, со мной, лишь блаженный сладкий сон и стоит мне только перестать прикасаться к любимой женщине, как все рассыпится, как карточный домик, раствориться, словно мираж в жаркий день.
Целуемся как подростки, не в силах оторваться друг от друга ни на секунду, сходя с ума, что, наконец-то вместе, что нет больше боли, страха и тоски. Нереально прекрасно, жарко, чувственно и по-настоящему. Тихие стоны, идеальное соединение наших тел и размеренное трение.
Вот так, когда душа на распашку, когда не гадаешь, а точно знаешь, что твои чувства на сто процентов взаимны, и приходит осознание, что ты, действительно, чего-то стоишь в этой жизни, что нужен, что ты не просто бездушный винтик в механизме вечных часов мироздания.
Ты — это она. Она — это ты.
Мощные, глубокие, жесткие толчки, полные нерастраченной страсти. Взгляд, прогоняя тоску, суматошно шарит по любимому телу, руки клеймят все на своем пути, все, до чего могут дотянуться. И уже нет сил сдерживаться, потому, что я больше не пустой, я переполнен, как никогда, под завязку, накачан ей одной и не может быть ничего лучше, чем просто быть с ней, в ней и на ней.