Там, где нас ждут (СИ)

— Посмотри на меня! — святой Космос, ну почему он остановился?
— Открой глаза! — уже не просит, а требует.
С огромным трудом получается разлепить веки, взгляд расфокусирован и подернут дымкой, я ничего не соображаю. Почему он остановился и чего хочет от меня? В груди сердце грохочет с такой силой, что я даже не слышу своего сиплого надсадного дыхания. Чего он добивается? Чтобы я сама подалась к нему? Начала выпрашивать? Умолять?
— О чем ты хотела поговорить со мной? О чем мы должны договориться? — спросил он хриплым сексуальным шепотом, едва касаясь кожи на моей шее.
Я попыталась собрать мысли в кучу и ответить хоть что-то вразумительное, но получилось только понять, что меньше всего на свете мне сейчас хочется разговаривать.
— Ну что же ты молчишь, девочка моя, м? — продолжал допытываться Каин, попутно переходя к более смелым поцелуям в области декольте.
Одна рука все еще фиксировала за хвост мою голову, а вторая нагло и решительно спускала бретельки моего, на этот раз, слитного купальника.
— Боже, они еще прекраснее, чем я помнил и мечтал, — простонал он, приподнимая одной рукой грудь и одними зубами аккуратно прикусывая сосок. После этого я перестала скрывать срывающиеся с уст стоны, это стало невозможным.
— Самые аппетитные и охуенные сиськи галактики, — шептал, не прекращая ласкать ртом налитые полушария.
Спустя несколько минут сладких, выворачивающих нутро, пыток, Каин решил, что пора сменить место дислокации. Подхватив меня под попу, он одним быстрым и верным движением стащил с меня мокрый купальник, затем пристроился между моих ног и поднялся из бурлящей ванны. Практически тут же опустил меня на стоящий рядом лежак, задрал к верху мои руки и зафиксировал их к спинке моим же бывшим одеянием. Ой, мамочки, что же сейчас будет?
Я полулежала перед ним абсолютно обнаженная, с торчащими кверху возбужденными сосками, ноги разведены в стороны, и он стоит между ними на коленях и смотрит прямо туда! Стыд опалил щеки, жаркая волна прошлась по груди и скатилась к влажным, набухшим складочкам.
— Я сейчас вылежу тебя там, Шая, — облизывая губы, прохрипел Архонт и от этого нежного бархатного обещания моя девочка намокла еще больше, если это вообще было возможным. Да, пожалуйста, делай это, делай уже хоть что-нибудь!
Каин поднялся на ноги, не отрывая от меня горящих огнем глаз и одним резким движением, без показушничества, снял себя плавки.
О да, я смотрела и не могла насмотреться, глаза будто бы на клей посадили, наверное, на лежаке останутся следы — доказательство тому, что я видела и мне это понравилось.
Рука Каина прошлась по низу живота, опустилась ниже и обхватила огромный толстый член, который торчал в ее сторону, как стрелка долбанного компаса. Он принялся медленно наяривать свой орган, не отрывая взгляда от моей раскрытой для него киски, прикусив нижнюю губу. Я прикрыла глаза более не в силах терпеть эту чувственную пытку, во рту у меня скопилась слюна, при виде его очевидного возбуждения, и я вспомнила ту служанку на Этао, что брала в рот у садовника и, Господи Боже, мне захотелось сделать так же.
И мне больше не было стыдно!
Его руки вернулись ко мне, ласково прошлись по бокам, груди, животу, плавно отвели праву ногу в сторону, а левую закинули к нему на плечо. Придвинулся ближе, ощутимо куснул, поочередно, за оба соска, прошелся руками между ног, но не касаясь самого главного. Тело было слишком перевозбуждено и когда желание сделалось невыносимым, я, наконец-таки не выдержала, мне стало все равно:
— Каин, пожалуйста…
— Пожалуйста, что? — тихо промурчал где-то в районе сосредоточения всех моих потребностей.
— Помоги мне, — ничего не соображая простонала я.
И он, наконец-таки, прижался ко мне губами, и я больше не могла ни думать, ни дышать, только чувствовать и наслаждаться.
Как и обещал, Каин вылизал меня полностью, посасывал, мягко покусывал, слегка потираясь отросшей щетиной, кончиком языка выписывал чудесные, волшебные фигуры на моем, налившемся наслаждением клиторе. Жарко, влажно, горячо, именно то, что нужно.
 
Когда же к языку и губам присоединился сначала один палец, а потом и второй и начали сладко меня потрахивать, терпения хватило всего на насколько секунд, и я взорвалась фейерверком оргазма, забилась в судорогах и провалилась в толщу экстаза.
Каин же, оторвавшись от моей девочки, поднялся надо мной, впился в губы сумасшедшим поцелуем и, яростно надрачивая член пару секунд, кончил мне на живот с протяжным громким стоном.
— Все, девочка моя, хватит, набегались друг от друга, теперь будем заниматься более интересными делами, позже покажу какими, — и рассмеялся мне в губы.
Спустя пару минут тишины, Архонт все же приподнялся, подхватил меня на руки и двинулся в душевую, я же, как и в первый раз, находилась в эмоциональном ступоре. Только когда он опустил меня на ноги в стеклянной кабине и направил теплые струи на мое тело, я стала возвращаться к реальности. Отвернулась, стыдливо прикрывая грудь и скрещивая ноги, чувствуя, как шею и лицо заливает алая краска стыда. Теперь я его даже винить в произошедшем не могла, ведь сама выпрашивала ласки, он давал мне шанс остановить, казалось бы, неизбежное, но я им не воспользовалась. Резко дернул на себя, разворачивая меня обратно лицом к себе.
— Ну что опять не так-то, Шая? — вымученно спросил Кай.
— Да все не так! — в сердцах выкрикнула я.
— Хорошо, — тяжело вздохнул, — давай поговорим. Я тебя внимательно слушаю.
— Сейчас?
— Да, мать твою, сейчас! — обрубил, как отрезал.
— Но я голая, — попыталась возразить я.
— Я тоже, как видишь, не одет. Так что, не томи, начинай.
— Зачем ты все это делаешь?
— Что именно?
— Это…со мной, — голос сиплый, глаза набухли от сдерживаемых слез.
— Неужели ты ничего не видишь и не понимаешь, детка? — резко приблизился и зажал в кольце своих рук, упираясь в кафельные стены душевой.
— Я не умею играть в эти игры, Кай, — дрожащим голосом призналась я.
— Так зачем взялась, а, маленькая? — пытаясь заглянуть мне в лицо, спросил мужчина, — Чего ты хотела добиться, дефилируя передо мной в том развратном купальнике, м? Чего ждала, провоцируя меня видом своего полуголого тела?
— Не знаю! — голос надломился от отчаяния.
— Я три долбанных месяца мечтал о тебе, неужели ты решила, что все закончится как-то иначе?
— Мечтал? — несмело подняла на него глаза.
Как-то горько усмехнулся, опустил взгляд в пол, потряс головой, будто удивляясь моим словам.
— Я все сделал, как ты хотела, я стал тебе мужем, я стерпел твое желание заполучить от меня ребенка, не считаясь с моими чувствами, но больше я тебе на встречу не пойду, девочка моя.
— Нет? — еще один жалобный писк.
— Нет. Теперь только на моих условиях. Я дам тебе все, что ты захочешь и даже больше, но не холодный, фиктивный брак, лишенный огня и страсти, — ласково одной рукой приподнимает мой подбородок и заглядывает в глаза, — мне этого не надо. И поверь, тебе тоже.
— Это значит…
— О, да! Это значит, что мы с тобой в одной лодке, любимая. Теперь только настоящая семья, настоящая пара, настоящая страсть, настоящая любовь…
— А как же…
— Просто доверься мне, ладно? Мы будем делать это вместе. Ты и я. Забудь все, что было, между нами, раньше, — едва касаясь своими губами моих губ шептал Архонт, — ты моя, Шая, ты принадлежишь мне. И я весь твой, малышка, весь твой, делай со мной, что захочется, только больше не отворачивайся…
Под мерный шум капель душа он медленно намыливал мягкую губку, скользил ею по моей груди, животу, немного задержался между ног, опустился на корточки, прошелся сверху вниз по бедрам до самых стоп, развернул меня к себе спиной и повторил тот же маршрут, но уже плотно прижимаясь ко мне сзади. Опять возбужден, мамочка родная! Одно только понимание этого и внизу живота сладко потянуло.
Великий Космос, это и прекрасно, и ужасно одновременно. Прекрасно, потому что я не хочу, чтобы он останавливался, а ужасно, потому что слишком быстро меня развернуло к этому мужчине эмоционально. Хотя, я по прежнему его не очень-то и жалую, но пусть будет то, что будет. Это лучше, чем непрекращающиеся боевые действия, между нами. Вот забеременею, тогда и решу, как быть дальше.