Альфа и Омега (СИ)
— Упрямая глупая омега, — цыкнул сидящий за рулем Йон, не увидев сумки с вещами у меня в руках. — Вот зачем ты так все усложняешь?
— Тебе бы стоило уже привыкнуть, — пожала плечами я, забираясь на соседнее сидение пикапа и пристегиваясь. — Я не собираюсь облегчать тебе задачу быть мудаком, альфа.
— Следовало хорошенько отшлепать тебя, когда у меня был шанс, — проворчал он, заводя мотор. — Чтобы лучше слушалась того, что тебе говорят.
— О, я умею быть послушной, если меня правильно настроить, — выразительно двинула бровями я, поймав его взгляд. Йон как будто на мгновение подавился воздухом, а потом, кажется, не вполне осознанно слегка качнулся в мою сторону, и я ощутила, как напряглось и полыхнуло сладостью мое тело. Мы так торопились разругаться после счастливого воссоединения, что даже не успели воспользоваться его преимуществами.
На пару секунд в салоне повисла неловкая пауза, потому что я видела по его глазам, что альфа в шаге от того, чтобы наброситься на меня, забыв вообще обо всем, и провалиться мне на этом месте, если я не хотела этого чуть ли не сильнее его самого.
— Надеюсь, святой отец знает, что делать, — произнес Йон, с усилием отрывая от меня голодный взгляд и сосредотачиваясь на педалях и руле. — Жду не дождусь того момента, когда запах омег снова будет вызывать у меня стойкое отвращение.
— А ты не думал, что я могла случайно исцелить твою детскую психологическую травму и что теперь ты сможешь спать не только с людьми? И когда связь исчезнет, у тебя начнет вставать на всех омег подряд, как у прыщавого школьника? — уточнила я, откинувшись на спинку сидения и устремив взгляд в боковое окно. Чтобы справиться со вспыхнувшим желанием, я плотно сжала колени, слегка потирая ими друг о друга. Странно было думать, что по мановению какого-то церковного волшебства я вдруг перестану его испытывать.
— Еще одна причина поскорее съехать из Дома, — нахмурился альфа, которому, видимо, до сего момента такая идея в голову даже не приходила.
— Как ты вообще связался с Джен? — спросила я спустя несколько минут, когда мы, пробираясь через занесенные снегом трущобы, встали на очередном светофоре. — Я не говорила тебе ее телефон.
— Мы обменялись номерами тогда в мотеле. На всякий случай, — отозвался он, пожав плечами. — Она была… не слишком рада меня слышать. Думала, что я тебя расчленил и съел, не иначе. Из-за того, что уроды из Красной Лилии грохнули мой смартфон, пришлось звонить из таксофона. Повезло, что у меня хорошая память на цифры и номера.
— Почему не позвонил с телефона Ории? — немного удивилась я.
— Мне нужно было… пройтись, — не глядя на меня и немного нервно постукивая по рулю, проговорил альфа. — Уложить мысли в голове.
— И что она сказала?
— Что тот священник нашел полное описание ритуала разрыва связи и что его нужно проводить в священном месте. Поскольку мы не хотим привлекать внимание и действующие храмы нам не подходят, пришлось импровизировать.
Я не сразу поняла, что он имел в виду, но у меня начали появляться некоторые подозрения после того, как Йон сперва вывел машину на пригородную трассу, ведущую в противоположную сторону от залива, а затем спустя час с лишним съехал с нее на грунтовую дорогу, которая после прошедших снегопадов едва угадывалась в общем пейзаже. Как я поняла позже, она вела к небольшому селению, но в него само мы заезжать не стали и вместо этого, поднявшись на скалистый холм, чьи гладкие каменные бока были отполированы ветром, внезапно вывернули к полуразрушенной церквушке, которая в прежние времена, наверное, собирала прихожан из нескольких окрестных деревушек. Сложно было сказать, почему она оказалась заброшена, но судя по ее состоянию, это произошло уже лет тридцать назад. Стены, когда-то бывшие ослепительно-белыми в тон свежевыпавшему снегу, сейчас потемнели и облупились, а кое-где и откровенно провалились внутрь. С той стороны, где мы подъехали, все еще сохранились остатки витража с Великим Зверем, но только нижняя его половина, затянутая сухими стеблями дикого винограда.
— Что это за место? — с любопытством и вместе с тем каким-то тревожным внутренним трепетом спросила я.
— В моем случае — просто координаты на GPS-трекере, которые мне сообщила твоя подруга, — пожал плечами Йон, выключая мотор и отстегиваясь. — Надеюсь, они уже здесь, а то у меня нет никакого желания попусту задницу морозить.
— Тебе никто не говорил, что характер у тебя порой… ну просто изумительно скверный? — вздохнула я, следуя его примеру и выбираясь наружу из автомобиля.
— Думаю, в этом плане мы друг друга стоим, — кивнул альфа, как будто на мгновение улыбнувшись себе под нос, но потом снова став серьезным и почти угрюмым.
— Хани!
Я обернулась на знакомый голос и увидела Джен в темно-зеленом пуховике, которая стояла на крыльце полуразвалившейся церквушки и махала мне рукой. Рядом с ней был и отец Горацио, державший в руках прямоугольной формы сверток. Их машину я увидела позже, они припарковались с другой стороны.
— О Великий Зверь, ты правда в порядке, — не веря своим глазам, проговорила подруга, когда я подошла ближе. На этот раз она не кинулась обниматься, но, думаю, мы обе понимали, что, учитывая всю ситуацию и их с Йоном так и не разрешившееся до конца соперничество, это было бы лишним. Но тем не менее я была очень рада ее видеть — как и отца Горацио.
— Я же говорил, — закатил глаза мой альфа, подошедший следом за мной.
— И с чего бы мне тебе верить? — проворчала Джен, покосившись на моего альфу и притянув меня поближе к себе. — Стоило поручить тебе мою девочку, как ты ее в кому загнал.
— О, это ты еще и половины истории не знаешь, — с каким-то злым весельем в голосе выразительно двинул бровями он.
— Ну хватит вам, — торопливо перебила его я, опасаясь, что разговор сейчас свернет совсем не в то русло, а Джен, если узнает, что со мной произошло за последнюю неделю, с ума сойдет от беспокойства и, чего доброго, попытается силой увезти меня домой после того, как… все здесь будет кончено. А я не планировала ни ехать с ней, ни спорить лишний раз по этому поводу. — Святой отец, это правда? Вы нашли полное описание ритуала?
— Да, — кивнул отец Горацио как будто тоже с некоторым облегчением от того, что разговор вышел к нужной теме. — Для этого понадобилось спуститься в большую церковную библиотеку и побыть собеседником для ужасно одинокого и многословного архивариуса, но да, я его нашел. Пришлось немного покорпеть над текстом, однако Джен очень помогла мне с восстановлением страниц, так что…
— Оказалось, что реставрация старых книг имеет довольно много общего с моей специальностью, — с гордостью кивнула та, и они со священником обменялись какими-то особенными взглядами, которые я не могла не отметить. Кажется, не я одна успела за эти три недели завести новых друзей.
— В общем идемте внутрь, я все покажу, — кивнул отец Горацио. — Осторожно, тут дверь шатается. — Пропуская нас вперед, он придержал висящую на одной петле створку тяжелой входной двери, и мы с Джен первыми забрались внутрь храма. Здесь было очень пыльно и холодно, несмотря на плескавшееся посреди алтарного прохода озерцо солнечного света, падающего сквозь дыру в обвалившейся крыше. Часть церковных скамеек сохранилась, но большинство из них прогнили насквозь, переломившись пополам и просто завалившись набок. Мне вдруг подумалось, что, наверное, летом здесь было отличное место для посиделок с друзьями вокруг костра с гитарой, маршмеллоу и страшными историями, но зимой тут, конечно, делать было нечего.
— Хани, серьезно, как ты? — спросила Джен, отведя меня в сторону и понизив голос до шепота. — Что у вас там случилось? Твой маньяк почти ничего мне не рассказал.
— У нас… слишком много всего случилось, — неловко проговорила я. — Но главное, что сейчас все в порядке. И… ты зря наговариваешь на Йона. Он заботился обо мне, как мог.
— Плохо заботился значит, — непримиримо возразила она. — Хани, ты такая бледная. И похудела так, одни косточки торчат. Не волнуйся, скоро все кончится, потерпи еще чуть-чуть.