Бестужев. Служба Государевой Безопасности. Книга четвертая (СИ)

Когда я услышал последнюю фразу, у меня остановилось дыхание. Почему-то показалось, что прозвучало как-то очень по Земному, как в моём родном мире. Немного странновато, но всё-таки. Сердце застучало чаще, в голове настойчиво зудела мысль, что он сможет помочь мне вернуться домой. Ещё немного повыпендривается и поможет.
— Ты чего это, броненосец, плачешь? — удивлённо проскрипел Эрлард.
— Не, просто ветер тут у вас суровый, — небрежно отмахнулся я и вытер неожиданно выступившие слёзы.
— Странный ты какой-то! — хмыкнул наш собеседник и качнул головой. Свет в его глазах заметно потускнел. — Но вижу, что не тёмный. Миша вон тоже не тёмный, но по итогу ничем не лучше, одни проблемы от него.
— Разве я когда-то доставлял тебе проблемы? — спросил князь.
— Лично ты — нет. Но, ты знаешь о чём я говорю, дурачком не прикидывайся.
— Именно в этом вопросе и нужна твоя помощь! — спокойно, но с нажимом сказал Михаил. — Я хочу всё это остановить.
— Во как! — скрипнул Эрлард и, возможно мне показалось, под балахоном шевельнулась не одна пара рук. — А чего же раньше не хотел?
— Хочешь, чтобы я рассказал в подробностях? Тогда впусти нас в свой дом и усади за стол. Кстати познакомься, броненосца зовут граф Бестужев Павел Петрович. Он паладин из другого мира, где находится моё другое тело.
— Паладин? — Эрлард снова напрягся. — А ты нормальный паладин, граф Бестужев?
— Да пока в своём уме, — нахмурился я. — Или что вы имеете ввиду?
— Имею ввиду, что среди вашего брата тоже перекосы есть. Встречал я религиозных фанатиков, готовых выжечь целую деревню, если ему вдруг показалось, что они еретики.
— Это точно не про меня, — покачал я головой. — Убивать людей по глупым подозрениям, это же средневековье какое-то. Да, я убивал людей, но только тех, кто хотел убить меня или тёмных, когда не было сомнений, что они именно тёмные. А если попадались обычные отморозки, то обходился всегда без убийств.
— Ой, лукавишь ты, паладин! — Эрлард покачал головой. — Хотя я чувствую, ты искренне считаешь, что говоришь правду. Ладно, проходите, я как раз перекусить собирался, на вас должно хватить.
Двумя левыми руками он открыл дверь шире, пропуская нас внутрь. Значит мне тогда не показалось. Трубецкой вошёл первым, я следом за ним. Мы оказались в небольшом помещении, тускло освещенном небольшим магическим светильником на потолке. Эрлард тщательно запер дверь на несколько массивных засовов, потом повёл нас по узкому коридору. Крохотные светильники под потолком зажигались при нашем приближении и гасли, оставшись позади. Здесь было довольно холодно, изо рта шёл пар.
Судя по запахам, мы приближались к кухне. Маг открыл дверь справа и запах стал ещё сильнее. Он что-то пролепетал на странном незнакомом языке и закрыл дверь. Значит он не такой уж отшельник, живёт-то не один. Миновав пару дверей в левой стене, он провёл нас в просторную гостиную, в которой было значительно теплее за счёт горящего в углу камина.
Длинный стол из грубо отёсанных досок больше подошёл бы для средневекового трактира, чем для такого замка. На столе кроме двух ветвистых подсвечников пока что ничего не было. Хозяин сел во главе стола, мы с Михаилом отодвинули массивные старинные стулья и уселись друг напротив друга недалеко от хозяина замка.
Эрлард снял балахон, перекинув его через спинку стула, теперь я смог увидеть, что у него не две пары рук, а три. Фигурой, лицом и цветом кожи он сильно напоминал воина нага. Суровое жилистое лицо с жёлтыми глазами и абсолютно гладкая голова без единого волоса. Только вместо змеиного тела у него было обычное, с двумя ногами.
Со стороны кухни потянулись слуги с подносами, тарелками и другой утварью, начали сервировать стол. В этих невысоких хлипких созданиях я узнал мужчин из поселения баньши. Только здесь они были вполне прилично одеты, а не в поношенном тряпье.
— Ну что, Михаил, выкладывай, что ты затеял.
— Ты же в курсе, что я ключ и мной пользуются нехорошие люди, чтобы попасть в этот мир?
— Конечно. И в последнее время их вмешательство в жизнь местных племён становится всё невыносимее. Они прислали ко мне шестнадцать лет назад целую делегацию из самых сильных магов. Хотели, чтобы я помогал им попадать в другие миры. Мы тогда поговорили не очень хорошо, на их предложение я ответил отказом. Они решили меня заставить и я решил им помочь по-своему. Переместил их в мир, где выжить у них не было ни единого шанса. Через несколько дней проверил, всех сожрали лавовые ящеры. Перед ними ни один некромант не устоит. Да и температура там не меньше двухсот градусов, так что они быстро сварились.
 
— В этом раскалённом мире у вас тоже есть тело? — поинтересовался я.
— А как же, — сказал он и зловеще хохотнул. — в каждом мире я имею свою сущность. И в каждом разную, не как Миша, который абсолютно одинаковый в обоих мирах. Только так я и могу везде выжить. Никому из вас не пожелал бы увидеть меня в том жарком местечке, натуральный демон.
— Так это и есть ад? — невольно спросил я, по телу пробежались мурашки.
— Не, грешники туда могут попасть только живыми и только с моей помощью, — хохотнул Эрлард.
Ну если он есть везде, то может и в моём мире тоже? Я думал, как бы его спросить, но он похоже прочитал мои мысли.
— А зачем тебе это нужно, паладин? Что ты будешь делать в мире, который изгнал тебя? Как ты придёшь к своим родственникам в другом теле? Что ты им скажешь? Они уже привыкли, что тебя нет, будешь только душу бередить и себе и им! — последнее он сказал довольно громко и стукнул по столу сразу шестью кулаками. Суетившаяся вокруг стола прислуга дружно подпрыгнула и замерла на месте. Маг что-то сказал им и они продолжили свою суету. — А там, откуда ты сейчас пришёл, ты очень нужен, поэтому советую просто вернуться обратно.
— Я кажется ничего не понимаю, Эрл, — Михаил сидел с выпученными глазами и переводил взгляд то на меня, то на шестирукого. — Куда ему нельзя возвращаться?
— А ты разве не понял, что в этом человеке находится чужая душа, и другого мира?
Князь внимательно и подозрительно посмотрел на меня. Мне не оставалось ничего другого, как кивнуть и развести руками.
— Ты зря напрягся, Миш. Если бы в это тело не вселилась другая душа, то его уже не было бы в живых. Да и паладина бы у вас не было. А ещё, мне кажется, я узнаю это лицо. Послушай, паладин, а тебе граф Михаил Фёдорович Строгонов кем приходится? Неправильно выразился, твоему телу?
— Отцом.
— Я так и думал. Почему-то был уверен, что никакой ты не Бестужев. Зачем так называешься? Чем тебе то имя не угодило?
— Слишком долго объяснять.
— Ну не хочешь, не говори. Только всё равно тебе нужно домой вернуться. В свой новый дом. Ты там очень нужен.
— Я не для того здесь оказался, чтобы просто вернуться домой.
— Ах да, Миша что-то хотел рассказать, продолжай.
— Я переместил его сюда, чтобы закрыть брешь между мирами.
Эрлард остановил вилку с куском мяса прямо перед самым ртом и смерил Трубецкого тяжелым взглядом.
— А сам на это не решился? Палача личного привёл?
После этих слов мне стало не по себе. Так то я понял, что от меня требуется, но в такой озвучке задача заиграла новыми красками. Да, может я слишком сентиментальный там, где не надо, но с этим справлюсь. Стоило только вспомнить попытку переворота и захвата столицы тёмными магами. А ещё эти проклятые перья, используемые в качестве катализатора для превращения адепта тьмы в полноценного тёмного мага. Точнее в монстра. Вот ещё бы понять, как связано перемещение между мирами с тёмными магами. Просто для добычи ресурса в виде зомбированных монстров? Что-то я сомневаюсь.
— Получается, что так, — после небольшой паузы ответил князь. — Я вот хотел спросить, думаю, что ты знаешь. Если я здесь умру, там останусь?
— Давай сначала поедим, — строго сказал шестирукий. — Потом начнём мировые дела решать.
Мы уткнулись в тарелки. Я очень проголодался, но кайф от вкусной еды портили мысли о предстоящем. Но, с другой стороны, наконец-то начнётся путь к верной победе над силами тьмы. Если уж Трубецкой решился на сомнительное для него мероприятие, то моя рука не дрогнет. Следующий кусок жареного мяса я жевал с большим удовольствием. От предложенного хозяином дома вина я отказался. Разум должен быть чистым, незамутнённым. Сто грамм фронтовых я никогда не принимал, это нужно лишь для безумной храбрости, а не для максимальной сосредоточенности и холодного рассчёта.