Бестужев. Служба Государевой Безопасности. Книга четвертая (СИ)

— Что вполне резонно — перебил я его.
— Да, я понимаю, — ответил он и его лицо снова стало каменным. — Но род Трубецких надо было оборвать. Так что я не сильно расстроился, когда узнал, что ты убил моего брата, я на это не решился.
— Выходит, что убивать было не обязательно, достаточно просто оскопить? — хохотнул я, но увидев стальной взгляд собеседника осёкся.
— И оставить тёмного у себя за спиной? — холодно произнёс он. — Не самое лучшее решение.
— Согласен. Так в чём же состоит твоя так называемая помощь? Просто хотел мне всё это рассказать? Тогда не обязательно было устраивать похищение повернувшегося к тебе спиной личного паладина императора. Можно было просто позвать в ресторан. Кстати, давно хотел тебя кое о чём спросить. После театра мы пошли в ресторан, где я понял, что за мной следят. Поэтому я и смылся тогда.
— Ах вот оно что, теперь понятно. И в чём вопрос?
— Это случайно не твои орлы на меня напали тогда и ранили отравленным «сиреневой смертью» клинком?
— Нет у меня никаких орлов, говорю же тебе, я всего лишь ключ и не участвую ни в каких разборках и покушениях. Мной пользуются на своё усмотрение и без моего ведома. А насчёт «сиреневой смерти» заинтриговал. Я слышал, что когда-то была некая тайная организация, которая пользовалась эти поганым зельем, но я считал, что никого из них в живых не осталось. Так что я не смогу тебе предоставить даже малейшую зацепку, где их искать.
— Понял. Тогда ответь хотя бы на первый вопрос.
— Ты нужен мне, чтобы всё это прекратить.
— Я должен тебя убить? — спросил я и тут в голове щёлкнула мысль.
Если я это сейчас сделаю, то никогда уже не смогу вернуться в мир, который стал для меня родным. Мне придётся остаток жизни провести в этом унылом месте. Я даже за дверь ещё не выходил, но был уверен, что мне здесь не понравится. Впрочем, у меня нет ни жены, ни детей, тосковать по мне по-настоящему будут только отец и Кэт. Зато я смогу вернуть миру мир и убрать все эти прорывы нечисти. Да, самопожертвование, но не такое уж и фатальное. Можно научиться жить в этом мире и найти новый путь силы. Или сажать свеклу и выращивать козочек, если они здесь существуют конечно.
— Судя по смене выражений твоего лица, ты всё правильно понял, — хмыкнул Михаил, слегка оттянув уголок рта в некое подобие улыбки. — Поэтому ты не должен меня убивать, а лишь помочь это сделать.
— Хочешь сказать, что есть всё-таки способ вернуться домой? — спросил я, вскинув брови.
— На каждый случай всегда найдётся какой-нибудь способ. Осталось его найти.
— Тогда пошли искать, я готов!
Я и правда чувствовал себя уже довольно сносно. Богатырская сила вернулась почти полностью, но вот с потоками энергии была беда. То, что здесь витало, было настолько чуждо, что я не хотел даже пытаться впитать в себя. Но у меня оставалась мощная броня, хоть и без магической подпитки, огромные мечи и бластер. Оружие было аккуратно сложено в углу избушки. Впервые за всё это время я выглянул в окно. Такое впечатление, что в этот мир Создатель забыл принести с собой краски. Серое небо, серая земля, странного вида серая растительность, живности я никакой не увидел, что в данном случае очень даже хорошо. Пятьдесят оттенков серого, как в том фильме. Хотя нет, гораздо хуже.
— Точно готов? — прервал ход моих мыслей Михаил.
— Так точно, — я встал и направился в угол, где лежало моё оружие. Примастырив мечи и бластер на пояс, я почувствовал себя гораздо увереннее. — Пошли.
Трубецкой молча поднялся со скамейки и пошёл к двери, я потопал следом. Дверь открылась, и я поёжился от пронизывающего ветра. Очень кстати я надел доспех в этот раз прямо на костюм, хоть какая-то дополнительная прослойка, хоть и тонкая.
— И куда мы идём? — не удержался я от вопроса. Хотелось бы иметь хоть какую-то определённость.
— К местному магу, — ответил он и замолчал, не собираясь уточнять.
— Далеко он живёт?
— Порядочно.
— Ты можешь ответить по-нормальному? Или твой лимит слов на сегодня исчерпан?
— Да, ты прав, я не привык много разговаривать. Поэтому спрашивай, что конкретно тебя интересует.
 
— Тогда ответь, насколько далеко живёт этот злосчастный маг? — я постарался сосредоточиться на дыхании, чтобы не раздражаться. Насколько я понял, надо набраться терпения и вытаскивать информацию из князя по крупицам.
— Вон за той горой, — он ткнул пальцем в горизонт.
Я вгляделся вдаль и увидел в серой дымке далёкую горную гряду, над которой возвышался массивный пик. Ещё бы знать, какой высоты эти горы, тогда можно было бы хоть приблизительно прикинуть расстояние.
Твою же сковородку, это ж сколько времени туда пиликать? В тронном зале все скорее всего считают меня погибшим, в лучшем случае пропавшим без вести и в неизвестном направлении. А как на моё исчезновение отреагируют мои друзья? Надеюсь они не станут сразу сообщать о моей пропаже отцу. Боюсь, что он этого не переживёт.
— Миш, ты не против, если я буду называть тебя по имени?
— Нет, конечно, к чему все эти сложности. Тем более здесь.
— Ты сказал, что существуешь в двух мирах одновременно, а что с тобой сейчас происходит там?
— Как только я тебя переместил, меня чем-то вырубили. Пока что я без сознания, но точно жив. Скорее всего поместят в какую-нибудь карцер с подавлением магии. У меня к тебе просьба, походатайствуй пожалуйста о моём освобождении. Я свинчу в Сибирь, найду тихое уединённое местечко, где смогу жить спокойно.
— Сделаю всё, что от меня зависит, но сначала мне надо туда попасть.
— Естественно.
— Может пробежимся немного? Хотя бы километров десять.
— Ха, насмешил! Ты воин, а я маг. Физподготовка никогда не была моей сильной стороной. Можешь побежать один, но пока меня не будет рядом ты здесь враг. На тебя даже мелкие насекомые охотиться будут.
— А пока ты рядом, то нет?
— Нет. Скоро представится возможность в этом убедиться.
— Капец, — буркнул я и поник. — Это сколько же времени пройдёт, пока я домой попаду? За это время меня похоронят уже три раза.
— Зато представь, как обрадуются, когда ты вернёшься. Если вернёшься, конечно.
— Да в смысле? — воскликнул я. У меня даже дыхание перехватило от кома в горле от одной только мысли, что я могу остаться в этом мире навсегда. — Ты же мне обещал!
— Обещал, но если меня убьют в том мире, то извини, ничем не смогу помочь.
— С хрена ли тебя должны убить? Ты же сказал, что в карцер бросить должны.
— Так и есть. Пришёл в себя, и спецы сразу приступили к допросу. Я им сказал, что ты в безопасности и я просто хочу помочь, но мне не особо верят. Собираются начать пытать.
— Ты их знаешь? — пытаясь усвоить новую информацию, я даже остановился.
— Нет, но по-моему, это контрразведка, а там те ещё звери.
— Твою мать, — буркнул я себе под нос и потопал дальше более широким шагом. — Нам надо как можно быстрее решить эту проблему.
Трубецкой как мог старался за мной поспевать. У меня уже появилась мысль посадить его на плечи, как ребёнка, и ломануться бегом. Мы как раз входили в небольшой лесочек, состоящий преимущественно из лиственных дерев неизвестных мне пород. Общим у них были тёмно-серые стволы и светло-серые листья с серебристым отливом. Никакого привычного пения птиц, лишь унылое карканье и другие неприятные звуки. Мрачное местечко во всех смыслах.
Совсем немного прошли по лесной тропе, как со всех сторон послышался шелест и хруст веток. Местная живность спешила с нами познакомиться. Я вынул из ножен мечи и по привычке хотел напитать их силой, но хрен наны, они так и остались безжизненными кусками металла. Правда их масса и острейшая заточка никуда не делись, и они всё равно были достаточно грозным оружием.
Мы остановились, я с ужасом наблюдал, как из леса к нам выходят десятки волков, пантер и огромных горилл. Откуда их здесь столько? Лес не такой большой, чем они тут питаются? Такое впечатление, что всё это полчище специально здесь собралось заранее, чтобы нас встретить.