Бестужев. Служба Государевой Безопасности. Книга четвертая (СИ)

— Даже и не думал, — хмыкнул я, вспомнив фильм из прошлой жизни, где фигурировала эта фраза.
Бросил последний взгляд на испорченные манекены и улыбнулся сам себе, представив, что на их месте теперь могут оказаться мои враги. Их распылить в труху будет совсем не жалко. А вот с манекенами теперь буду ещё осторожнее, если меня ещё раз сюда пустят.
— До свидания, господин Ридигер! — сказал я, перед тем, как выйти за порог.
— Пока, пока, — ответил он, закрывая лабораторию. — Завтра приходи сюда в это же время.
Значит пустят, отлично. Может ещё чему-нибудь научит. Я уже подходил к выходу из корпуса и строил планы насчёт библиотеки, когда встретил поджидающего меня Платова. Судя по тому, как он обрадовался моему появлению, ждал довольно долго.
— Ну что, на тренировочку? — бодро спросил он, потирая руки и полностью игнорируя мой тяжкий вздох. — Давай, давай, потом в библиотеку пойдешь, успеешь ещё.
— Она по ночам не работает, — буркнул я и поплёлся за ним в сторону корпуса, где находился ринг.
По пути встретил Гудовича со своими прихвостнями. Они тоже тыкали в меня пальцами и хихикали, но с дороги отошли подальше, чтобы их хлебальники не постигла та же судьба, что и кирпичи на углу здания, куда меня вели на нечестный поединок. Дефект, кстати, так до сих пор и остался, видимо у подсобных рабочих не нашлось свободного времени для его устранения. Или это безобразие не увидел до сих пор тот, кому не всё равно. Хотел было спросить у Платова, что у всех курсантов при моём виде вызывает странное веселье, но не стал, сам разберусь при случае. Профессор Ридигер абсолютно прав, продвижение гораздо важнее пустых сплетен. Поэтому, я буду усиленно учиться и тренироваться, а на хихикающих начхать, если они мне не мешаются на пути.
— Э, э, поставь на место! — возмутился Саня, когда я взял со стойки пару деревянных шашек. — Вон те здоровенные дрыны бери, что справа возвышаются.
— Блин, привычка, — хлопнул я себя по лбу и вытащил два меча метра под полтора длиной. — Но это уже перебор!
— Лучше сейчас перебор, зато потом будет легче, — подмигнул он. — А лучше заказал бы ты точные копии своих «Громовержцев». Дядя Фёдор здесь обычно по утрам бывает, забеги между парами.
— Ты предлагаешь, чтобы я взял меч с собой на занятия? — Спросил я, запрыгивая на ринг. — Меня с этой дурой на пары не пустят.
— Вот и проверишь заодно, — хихикнул он. — Готов? И давай сразу договоримся, силу в клинки не вливать! Защищайся!
На меня посыпался град ударов, которые я едва успевал отбивать, длина деревянных клинков явно зашкаливала. За полчаса боя я так и не смог перейти в атаку и, несмотря на все усилия, пропустил несколько чувствительных ударов по шлему и доспехам. Прав Саня, надо заказать копии моих мечей, тогда дело пойдёт по-другому.
В библиотеку я припёрся за час до закрытия, этого времени мне явно не хватит, чтобы наверстать всё, что я должен ответить на завтрашних занятиях. Ну, сколько успею, а остальное буду изучать в общаге. С учётом этого фактора подбор книг делал соответственно, часть из них можно было вынести из читального зала. Эксклюзив изучал в темпе вальса на месте, отмечая самые важные моменты в блокноте. Знаю, что я потом не буду это читать, но так я запоминаю лучше. Не раз в прошлой жизни мне приходилось писать шпаргалки перед экзаменом и этот материал откладывался в голове наиболее эффективно. Есть ещё один приём — положить учебник под подушку и «записывать на корочку», но со мной это не работает, не раз проверял.
Придя в общагу, обложился учебниками и плюхнулся на кровать. Когда очередной раз проснулся от того, что тяжёлая книга бьёт меня по лицу, решил, что на сегодня с меня хватит. Несмотря не неверие в подобные методы, сунул книгу под подушку и мгновенно заснул.
За окном метель не утихает. Начало светать, а из-за обложенного свинцовыми тучами неба дома всё так же темно. Жена поставила на стол большую тарелку с моим любимым борщом. Кладу в него ложку с эпичной горкой сметаны, размешиваю. За этот божественный аромат убью любого. Кроме своей любимой жены и детишек, разумеется.
 
Она мне задаёт вопросы по дежурству, пытаясь сложить мозаику звуков, доносящихся из моего набитого рта, чтобы понять, что я ответил. Рассказывает про день вчерашний, строит планы на сегодняшний. Жаль, что я из них частично выпадаю, зверки хочется спать, но сначала поем. Неожиданно ложка отдалилась от меня, оросив белую столешницу веером розовых брызг. Два сыночка и лапочка дочка повисли на шее, сделав продолжение сытного завтрака временно невозможным. Чмокнул всех троих в лобик, и они ускакали в ванную, умываться и чистить зубы.
Теперь можно вернуться к источающей чесночный аромат пампушке и непосредственно к борщу. А что вы имеете против борща по утрам? Я могу его есть три раза в день, только для этого сначала надо уйти на пенсию. Больничный и столовский борщ — это совсем не то.
Тарелка опустела и ушла в раковину, а передо мной появилась чашка ароматного чая и шакер-чурек. Знает ведь, как меня порадовать, чертовка. Откусываю кусочек хрустящего, рассыпающегося во рту десерта и закрываю глаза от наслаждения. Когда открываю, в комнате темно, как в подвале. За окном огромная голова демона со светящимися раскалённой лавой глазами. Она медленно приближается и не мигающие глаза смотрят на меня через два расположенных рядом окна.
Я вскочил на кровати, сбросив пару книг на пол, сердце долбит по рёбрам, как ломится в закрытую дверь опоздавший на приём пациент. Медленно, со скрежетом, до меня доходит, где я, кто я. Охренеть не встать! Прошлая жизнь осталась позади больше пяти лет назад, а всё равно не отпускает. Грёбаный семьдесят пятый сон Марианны, мать её! Хотя, борща бы я сейчас поел. Да и по семье скучаю до сих пор. Как они там поживают?
  
Глава 11
 
Новый день, новая пища. Точнее новые оплеухи на парах от преподов. Одних гусей исправляем, другие появляются. Уже начинаю жалеть о том, что мы не в Сибири на охоте за новыми вратами. Там никаких вопросов и ответов, руби себе да руби, главное меру знай, да не зарывайся. На учёбе всё совсем по-другому. К концу недели навёрстывание упущенного и ежедневные тренировки уже начали изматывать.
В пятницу утром позвонил отцу насчёт совместных тренировок. Он сказал, что пока не получится, слишком много работы. Вот и ладушки, тогда мы с ребятами выедем на выходные в какой-нибудь санаторий в Подмосковье. Пожарим шашлычков, попьём пивасика, потрещим о том о сём. Душа и тело требуют расслабона и я не в силах им отказать.
После последней пары, на которой мы реабилитировались и даже заработали похвалу, что стоит отметить, мы зашли в библиотеку за очередной порцией полезной литературы, а потом закинули сумки в багажник. Я направил «Юпитер» в сторону парк-отеля «Святогор», что располагается на берегу Оки недалеко от Серпухова.
Да, от реки толку сейчас мало, землю укрыл хоть и тонкий, но достаточно плотный слой снега, зима уже вступила в свои права. Конец ноября как-никак. Но снег нам не страшен, наоборот, начинает создаваться предновогоднее настроение, как в детстве. Небольшой домик на самом берегу реки стоял под разлапистыми соснами. Рядом стояла закрытая беседка и мангал, который я начал разжигать, доверив друзьям разобраться с вещами. Кэт бросила плед на лавку и уселась за стол, строгать овощи. Андрей и Антон освоили домик и принесли в беседку остальные продукты. Учитывая не особо доброжелательную погоду, пиво отнесли обратно в домик и откупорили бутыль полугара от лучшего мастера Москвы. Тот самый напиток, который позволил немного расслабиться и придать яркости теряющему краски миру. Посидели на славу, но зная меру, на утро в планах была первая в этом сезоне лыжная прогулка.
— Ну что, дадим жару? — бодро спросил я, защёлкивая лыжные крепления на ботинках.
— Ты это, вали сразу в точку, — буркнул Антон, затягивая шнурки и примеряясь к лыжам. — сейчас вжаришь, как лось, мы тебя один хрен не догоним. Нет смысла даже пытаться.