Долгий солнечный день (СИ)

* * *
Нужный дом отыскался быстро, благо, что в поселке имелось всего две улицы. Дома на них стояли типовые, и Саб, проходя мимо них, с легким удивлением понял, что поселок этот, по сути, что-то вроде перевалочного пункта, и жилье в нем, кажется, люди покупают не навсегда, а так, пожить, да уехать. Действительно новое, действительно чистенькое, но — ощущалось во всем, что сейчас видел Саб, какая-то временность, непостоянство. Заря, как и говорила Зоя, действительно оказалась поселком неплохим, и всё при ней имелось, что положено. И школа (маленькое красного цвета здание в конце первой улицы), и поликлиника (двухэтажное небольшое строение в стороне от дороги), детский садик, правда, он не увидел, но, скорее всего, он тоже был где-то неподалеку.
Созвонился с Зоей Саб еще накануне, и сейчас Зоя его ждала — неплохой клиент, которого она отлично помнила, решил, что ему нужна машина, так что же не помочь небедному человеку?
— …проходите, проходите, Сереженька, — ворковала Зоя, открывая перед Сабом дверь. — Снимайте кеды, у меня чистенько, в носочках можно.
Вспомнив про любовь Зои к уменьшительно-ласкательным суффиксам, Саб беззвучно застонал сквозь стиснутые зубы, но отступать было некуда, поэтому он, мысленно проклиная Зою, на чем свет стоит, прошел за ней следом в «залу», то есть в большую комнату, предназначенную для вечерних посиделок и приема гостей.
— Машинку, значит, решили достать? — Зоя поставила на стол экран, включила в розетку, затем подсоединила к экрану телефонный провод. Экран у нее был старой модели, с черно-белым кинескопом, крошечного размера, и с ручкой для переноски наверху. — С вашим ростом, Сереженька, вам надо что-то побольше. Чтобы ножкам тесно не было в дороге. Я запросила вчера эхи, сейчас посмотрим ответики… девочки поспрашивали, авось, что и найдется…
— Зоя, у меня еще один вопрос, — осторожно начал Саб. — Мы на втором этаже вещи разбирали, и нашли кое-что, что может быть важным для дочери прежнего владельца.
— А что вы нашли? Что-то ценное? — с интересом спросила Зоя. Так, понял Саб, кажется, сейчас кое-что будет. — Давайте мне, я передам.
— Нет, ничего ценного, — покачал головой Саб. На лице Зои проступило разочарование. — Пара писем от отца к матери, портсигар с гравировкой, и сувенирный альпеншток. Тоже с подарочной надписью.
Разочарование на лице Зои стало еще заметнее, а еще к нему примешивалась сейчас явная досада. Саб раскрыл сумку, вытащил на свет два конверта (вскрытые письма были в коробке с не разобранными бумагами, и, на самом деле, их там было не два, а гораздо больше), стальной портсигар, действительно с гравировкой, и то, что Саб назвал альпенштоком — каменная пластинка с вделанным в нее крошечным ледорубом.
— И это всё? — вырвалось у Зои. Саб кивнул и пожал плечами.
— Ну да, — невозмутимо ответил он. — Нам чужого не нужно, надо бы хозяйке вернуть.
— Ерунда какая-то, — Зоя кинула взгляд на предметы. — Ради такого и затеваться-то не стоит, думаю.
— Зоенька, — Саб улыбнулся. — Вы мне дайте адресочек дочери, я сам завезу. Вы ведь мне машинку в Москве ищите? Вот поеду смотреть, и завезу. Мне не в тягость.
Облегчение от осознания, что ехать никуда не придется, столь отчетливо проступило на лице Зои, что Саб едва удержался от смеха.
— Ладно, — словно бы нехотя согласилась Зоя. — Так и сделаем. Сереженька, вот, список машинок пришел, сейчас напечатаю… смотрите. Первые варианты не надо, старые очень. А вот от шестого номера неплохо, как мне кажется. Но больших среди них три всего. «Охотник», пикап, он седьмой, «Мураш-1», который восьмой, и вот этот ещё, «Двина-Тверь». Каждый адрес будет стоить…
— Давайте за все — сто рублей, — предложил Саб. Глаза у Зои загорелись. — И адрес дочери Креусов тоже дайте.
— Тогда так, — Зоя задумалась. — «Мураша» не смотрите, подвеска хилая. А вот «Охотник» и «Двина» в самый раз будут. И… Сереженька, вы ведь прав, небось, не имеете?
Саб кивнул.
— Водить умею, — соврал он. — А прав нет, верно. Это вы к чему?
 
— Я вам за полтинник адресок напишу, у вас там без очереди экзамен примут, — расцвела улыбкой Зоя. — А то, знаете, обычно за неделю, да по записи, да машина экзаменационная паршивая, да вопросы инструктор каверзные задает по правилам. А так приедете, и через полчасика уже с правами будете.
— Двадцать пять, — ответил Саб. — Зоенька, полтинники, они на дороге не валяются. Уж извините.
— Ладно, — сдалась Зоя. — Совсем вы женщину-мать не жалеете.
— Это вы нас не жалеете, уже черти сколько в ремонт дома вбухали, — сердито ответил Саб. — Трубы печные меняли, водопровод меняли…
— Ну, бывает, — махнула рукой Зоя. — Мне с сыном всё одно труднее. А вы двадцать пять рублей щемите… ладно, добрая я, держите адрес.
* * *
Как понял Саб, Светлана, дочь Клавдии, жила в Гранатном переулке, рядом с Малой Никитской, в кирпичном доме старой постройки. «Реформенный дом, — объясняла ему Зоенька, — увидите, он один там семиэтажный, не ошибетесь. Вы ей только от метро позвоните, предупредите, что подойдете». От нее позвонить она не позволила, и Саб, который счел, что и так уже засиделся у Зои, не стал уточнять, почему. Нельзя, так нельзя.
Поезд он ждал почти полчаса (угодил в перерыв), поэтому в Москву приехал около двух часов дня. В городе, как успел заметить Саб, было значительно теплее, чем за городом, Саб расстегнул куртку, перехватил сумку поудобнее, так, чтобы ее постоянно видеть — а ну как и правда залезут? — и пошел в метро. Да, пару раз они в метро успели прокатиться, но Сабу это всё было в новинку, хоть он и старался не подавать виду.
Метро ему понравилось. Там было красиво, но при этом красота эта оказалась не воздушной, не легкой, а помпезной, тяжелой, и брутальной; словно он попал на Земле Node в представительство какого-то богатого игрока, и сейчас из-за колонн выйдут воины в доспехе, а в воздухе возникнет объемная карта мира. Он бы покатался на метро ещё, но время летело быстро, и Саб вышел на Баррикадной, испытывая легкое сожаление — он бы ещё покатался, посмотрел станции. «Надо будет уговорить своих съездить в город, погулять, побродить, — решил он. — Не всё же время сидеть в огороде?»
* * *
Нужный дом Саб отыскал быстро, люди подсказали. Нашел на углу телефон, набрал номер — подошла женщина. Когда Саб объяснил ей причину звонка, и попросил встретиться, в голосе женщины послышалась явственная неприязнь, которую Саб тут же уловил, но на встрече настоять, тем не менее, сумел — уж кому, а ему было не привыкать проявлять настойчивость тогда, когда требовалось.
Нужная квартира располагалась на четвертом этаже, Саб поднялся — у двери уже стояла дама, дородная, полная, с брезгливой миной на холеном лице. Одета женщина была в атласный дорогой халат малахитового цвета, и в розовые тапки с пушистыми помпонами. Саб глянул на нее, оценивая возраст — вокруг пятидесяти. Гм. Если поставить рядом эту особу и ту же Лиду с дач, зная, что они ровесницы… а ведь интересный вывод получается. Выходит, Лида не просто богата, она очень богата — потому что человек, который кичится богатством, выглядит как Светлана, а по-настоящему богатый человек — как Лидия.
— Добрый день, — Саб замедлил шаг. — Вы Светлана? Я Сергей, мы купили дачу… ну, вашу бывшую дачу, и нашли… вот… — он порылся в сумке, и протянул женщине письма и портсигар с сувенирным ледорубом. — Возьмите, пожалуйста. Может, это важно?
 
Светлана поморщилась, словно ей вдруг стало почему-то противно, и двумя пальцами взяла сперва портсигар, а затем — ледоруб.
— Письма, — Саб протянул ей концерты.
— Киньте в печку, — выплюнула Светлана. — Мне эта макулатура ни к чему.
— Но ведь… это ваши родители, — забормотал Саб. — Вдруг что-то важное…
— Ага, конечно, — Светлана скривилась. — Очередной бред про поиски инопланетян. Выкиньте, говорю, мне это не нужно.