Невеста звездного принца (СИ)

    И какое же воодушевление испытал принц, когда, оказавшись в камере, он всех отсутствующих обнаружил. Значит, подлецом был только штурман, а другие члены экипажа верны Тиале и своему королю.
    -- Вы живы! -- с не меньшим облегчением выдохнул глава службы безопасности, увидев своего принца. Сжав пальцами решётку, разделяющую пространство камеры на несколько отсеков, с подозрением и ненавистью осмотрел спутников, которых привели и втолкнули внутрь бандиты. -- Кто? -- тихо, но пугающе спокойно уточнил.
    -- Предатель мёртв, -- отозвался Найрис, проследив за тем, как надсмотрщики исчезли, заблокировав такую же решётчатую дверь. -- Правда, вычислили его слишком поздно, он уже исполнил свой подлый замысел. Мы не смогли ни развернуть щиты или хотя бы открыть огонь по крейсеру, ни дать отпор вломившимся в рубку адьярцам.
    -- Это я упустил подлую тварь, -- повинился глава безопасников, тряхнув седой головой. Болезненно поморщился, отчего лоб прорезали глубокие борозды складок, а под глазами проступил веер морщин. -- Нужно было тщательнее проверить экипаж. И поспешность подготовки к полёту, на которой настаивал Ранниар-тиал, -- не оправдание. Я недостойный подданный, вам следует назначить на моё место того, кто послужит лучше.
    Как простой тиалец, Найрис мог бы его поддержать, но, как будущий правитель, понимал, что ошибка действительно допущена. Однако выполнить просьбу и отправить в отставку того, кто тридцать циклов верой и правдой служил его отцу и кого он знал с самого детства, тоже не мог.
    -- Нам всем следовало быть осмотрительней, -- дипломатично разделил вину на всех товарищей по несчастью. -- Что касается остального... Сейчас не время снимать с себя бремя обязанностей, Криач-яр. Нас и так мало, а у вас есть шанс исправить ошибку, достойно проявив себя. Будет правильнее вернуться к этому вопросу, когда прилетим в Тиалу.
    -- Прилетим? Полагаете, адьярский негодяй нас отпустит?
    Вопрос заинтересовал всех, в особенности тех, кого не было на аудиенции. Впрочем, и остальные, кто присутствовал в зале, понимая, как много зависит от решения будущего короля, затаили дыхание. Одиннадцать пар глаз неотрывно смотрели на всё сильнее мрачнеющего принца.
    -- До этого ещё далеко, -- медленно проговорил Найрис, осознавая, что отвечать всё равно придётся, но не желая принимать решения в спешке. -- Однако мы не должны терять надежду и сдаваться. -- Он испытующе осмотрел союзников, остановился взглядом на стюарде и, видимо вспомнив другой заданный ему вопрос, продолжил, старательно подбирая наиболее нейтральные формулировки: -- И ещё... Если вдруг облик принцессы покажется вам непривычным и странным... Молчите. Это ради её безопасности.
    Те, кто был свидетелем происходящего в корабельном коридоре, понимающе кивнули. Остальные хоть и остались в недоумении, но предпочли не задавать лишних вопросов. Раз принц счёл нужным избежать подробностей, значит, на то есть веские основания. К тому же нельзя быть уверенными, что адьярцы не подслушивают разговор. А суть просьбы всё равно когда-нибудь станет понятной.
    На этом все успокоились. Обстоятельный разговор внёс некоторую ясность и уменьшил остроту переживаний. Они не просто бесправные заложники, а верные подданные своего принца. Зато теперь на смену нервному напряжению пришёл упадок сил. И потому, осмотрев предоставленное в их распоряжение пространство, пленники, не видя смысла в том, чтобы проводить всё время стоя, разошлись и заняли устроенные в два яруса лежанки.
 
    Найрис, оказавшийся в одном закутке со стюардом и одним из безопасников, отказался от места на нижнем уровне. Предпочёл верхний. И теперь, лёжа на спине и глядя в проржавевший, освещённый тусклыми грязными светильниками металлический потолок, терзался мыслями и сомнениями.
    Так и быть, Аррис теперь его "сестра". Это вынужденная, но оправданная мера. А ведь поначалу принц рассердился, когда увидел Инили в роли прислуги и новоявленную принцессу -- Аррис. Признаться, даже решил, что девушки намеренно сговорились и бандиты стали случайными свидетелями их шалости. Однако в тронном зале испытал невероятную радость, а потом настоящий страх -- вдруг Аррис ляпнет что-то лишнее и подставит себя и Инили?! Очень уж она непредсказуемая и дерзкая, прямолинейная и несдержанная. Как понять, что у девчонки на уме? Захочет ли принять на себя такую ответственность? И сможет ли достоверно притвориться принцессой? Ведь стоит ей открыть рот -- сразу станет ясна подмена... А как отнесутся к обману адьярцы? Всему придёт конец, если они разоблачат эту симпатичную "тьяри", которая то и дело спотыкается и путается в подоле платья...
    Вот с такой неразберихой в мыслях принц и уснул -- сказалась бессонная ночь, проведённая в рубке захваченного адьярцами корабля.
    В апартаментах, милостиво предоставленных королём принцессе Тиалы и её спутнице...
    Путь до гостевых комнат оказался на удивление коротким. Тридцать шагов по нарядному, но местами ободранному коридору... Два пролёта лестницы, с претензией на помпезность, которая, наверное, циклов пятьдесят как была утрачена... Небольшой зал с пятью арочными дверями, одна из которых распахнулась при нашем появлении...
    -- Располагайтесь, в покоях есть всё необходимое. Еду вам принесут. Если что-то понадобится, стучите.
    Инструкция оказалась краткой, а створка за нашими спинами с грохотом захлопнулась, оставив в коридоре главаря бандитов и пару сопровождавших его подчинённых. Интересно, они постоянно будут стоять на карауле?
    Шагнув к двери, я приложила к ней ухо, прислушиваясь.
    -- Ты чего? -- удивилась Инили, оборачиваясь.
    -- Либо хорошая звукоизоляция, либо они ушли, -- со знанием дела поделилась я наблюдениями.
    -- Или молчат, -- невесело, но всё же улыбнулась моя "служанка".
 
    -- Ага, жди да радуйся, -- скепсиса я сдержать не смогла. -- Да им проще рот упаковочной лентой заклеить, чем заставить умолкнуть.
    -- В зале вроде сдерживались... -- задумчиво ответила принцесса, осматривая выделенную нам комнату.
    Мрачное, полутёмное помещение выглядело неуютным и пугающим. Тяжёлые шторы, неподъёмное покрывало на кровати, толстая обивка дивана, груботканый ковёр -- всё здесь казалось запылённым и полинялым. Громоздкий подвесной светильник давал слишком мало света, а панели на стенах не имели подсветки. Жуткая комната. В ней даже цвета были ненормальными, насыщенными, несочетаемыми и угнетающими: тусклый пурпурный, тёмный коричневый, давящий грязно-зелёный и угрюмый оранжево-жёлтый...