Рысюхин, наливайте на всех! (СИ)

— Совсем не хочу. Но вы же глава рода — разве можете быть в служении?
— С учётом того, что у нас род слуг, то это можно считать в каком-то роде естественным состоянием.
— Простите, Рысюхи ради. Просто я так к вам привык, что забыл о разнице в статусе.
— Приятно это слышать. Признаюсь честно — моя и Влада служба у вас стали одной из причин того, что именно меня выбрали старшим в роду. Точнее, то, чего нам удалось достичь.
— Хотелось бы услышать подробности, но не по телефону. То есть, вы не собираетесь увольняться?
— Беляк с вами! Ни в коем случае!
— Просто камень с души…
— Но мне придётся задержаться здесь примерно на неделю, чтобы разобраться с делами и бумагами, а также с деньгами и всяким прочим.
— Удивлён, что так мало.
— Большую часть обстановки я и так знаю, что-то из бумаг можно будет взять с собой, а с самым срочным и важным — разберусь.
— Что ж. По ряду обстоятельств я всё равно должен буду пробыть неделю дома, так что смогу заняться делами своего рода сам. Через неделю ожидается первый выход на мою изнанку, я должен буду присутствовать там, потом буду занят сопутствующими делами и подготовкой к учёбе. Хотелось бы, чтоб примерно в это время вы вернулись, если нет — то хотя бы дня за два до моего отъезда на учёбу, двадцать пятого августа я планирую выехать, поскольку ещё есть дела в Могилёве.
— Даже не сомневайтесь, приеду. И насчёт пикапа…
— А что с ним? Сломался⁈
— Нет-нет, с ним всё в порядке! Просто он же нужен для работы предприятия, я думаю отправить одного из родичей, чтобы перегнал его в Алёшкино…
— Не забивайте себе голову и не мучайте родича — если, конечно, он чем-то не провинился. Почти двести лет предприятие работало без нашего грузовичка — смею надеяться, что проработает без него и ещё одну неделю.
— Спасибо вам большое! Со своим быстрым транспортом будет намного проще разобраться со всем на месте!
— Да, кстати! Вы же у нас уже полный год отработали?
— Да, так и есть…
— В таком случае, можете считать себя в оплачиваемом отпуске. Отдохнуть, конечно, у вас не очень получится, но хоть в убытке не останетесь. Сколько там профсоюз просил, десять дней? Вот, считайте, что в вашем случае его требование удовлетворено. Бухгалтерию у нас сейчас кто ведёт?
— Я и веду, иногда пани Софья помогает, а в чём дело?
— Ни в чём, просто хотел узнать, кому поручить рассчитать вам отпускные. А вообще — думаю, придётся брать отдельного человека на бухгалтерские дела — скоро ещё отчёты по Шклову получать, по Викентьевке опять же…
— Да, я тоже подумывал об этом. Много времени уходить будет на разъезды.
— Вернётесь — обсудим, кого брать, на каких условиях, и как оформлять — как служащего заводов, или как финансиста рода.
— И там, и там есть нюансы…
— В том-то и дело, Егор Фомич, в том-то и дело…
Быстро свернув разговор, я распрощался со своим всё ещё главным управляющим, быстро собрал со стола, завернув кости и прочий мусор в газету, а посуду засунул в кухонную нишу. Не хватает всё же мойки — крошки и прочий мелкий мусор с тарелок от тряски разлетится по всей нише, потом убирать надо будет. И для мусора корзина нужна, или ведро, с крышкой, чтобы от тряски содержимое не разлеталось. Вынул блокнот из кармана и отметил свои сегодняшние соображения, чтоб не забыть.
А потом быстро-быстро и тихо-тихо уехал, пока уважаемый господин Лопухин не освободился от своих дел и не пришёл обратно, а то ещё снова впадёт в раж. И не успел я проехать и десяти километров, как снова зазвонил мобилет. Притормозив у обочины, я ответил на вызов — оказалось, оставленный мною геолог, вовремя я смылся.
— Жаль, что вы уже уехали.
— Мне тоже, но надо успеть ещё многое сделать дома.
— Я понимаю, да… Так как, вы говорите, называются те грузовики, что вы переделываете?
Я рассказал, где и какие авто я покупал под переделку, потом, спохватившись, добавил:
— Только вы же не выгребайте все запасы в магазине! У них есть возможность сделать предварительный заказ. И при этом оговорить выгрузку в Могилёве — если, конечно, там найдётся кому принять груз.
 
— Да, так будет гораздо удобнее. А встретить — найдётся кому, это точно.
Распрощавшись с Лопухиным я, раз уж всё равно стою и пока не забыл, набрал номер автосалона.
— Добрый день, меня зовут Рысюхин, Юрий Викентьевич, я дважды покупал у вас грузовики производства графа Кротовского.
После уточнения модели и ещё некоторых деталей, приказчик перешёл к сути:
— У вас есть претензии к приобретённому товару?
— Нет, что вы. Наоборот, хотел бы купить ещё один.
— О, это замечательно! К сожалению, в данный момент в наличии только выставочный образец — в последнее время их стали раскупать очень охотно. Вероятно, оценили соотношение цены и качества!
Не знаю почему, но при словах об активных покупках электрических грузовиков меня словно что-то царапнуло. Однако я не придал этому значения, но был разочарован отсутствием заготовок для второй попытки создать семейный автомобиль.
— И когда ждать новых поступлений?
— Как я уже сказал — их очень хорошо раскупают, поэтому мы постоянно заранее заказываем новые партии. Очередная прибывает, позвольте, я уточню… Да, прибывает послезавтра!
— В таком случае, можете ли вы зарезервировать один на моё имя? И ещё — было бы замечательно, если это по пути, конечно, выгрузить его в Смолевичах.
— К сожалению, это невозможно — товар идёт через Гомель, однако мы могли бы обсудить возможность доставки. Правда, это займёт ещё минимум два, а скорее — три дня.
— Сколько⁈
— По правилам, мы должны выгрузить товар, распаковать, проверить комплектность и исправность, после чего упаковать обратно, вернуть на станцию, погрузить и отправить. Да, ещё один нюанс. Грузовики несколько подорожали.
— Из-за повышенного спроса?
— Нет-нет, изменения в конструкции: добавлена аккумуляторная батарея и устройство плавного пуска двигателей, которое регулирует пусковой ток на старте, если вам это о чём-то говорит.
— Вообще-то — да, говорит. И сколько оно теперь стоит?
— Также переработана и усилена электрическая проводка и установлены электрические фонари. Ещё усилены тормоза. Новый вариант стоит три тысячи семьсот двадцать девять рублей семьдесят копеек.
«Доработок максимум на полсотни, а добавили больше двух с четвертью!»
«Да, деда, похоже на то — добавили, как ты говоришь, „свиристелок“, кроме аккумулятора, чтобы обосновать подорожание. Самое обидное, что фонари эти нам совсем не нужны, проводку и тормоза так или иначе будем переделывать, а аккумуляторы покупали дешевле».
«Ещё добавь не круглую, с точностью до копеек, цену — для имитации объективности её расчёта. С другой стороны — грех жаловаться, всё равно дешевле и лучше любого другого варианта».
— Беру. Всё ещё выгоднее других вариантов, а, главное — не надо заправку искать.
— Тогда послезавтра после обеда ждём вас у нас в салоне.
— А обед у вас во сколько, напомните?
— Мы работаем без перерыва. Простите, я неверно выразился — после часу дня, если поезд не опоздает.
Распрощавшись, решил для себя, что поеду к двум — есть подходящий поезд, что прибывает в Минск без двадцати два. Обязательно возьму с собой очки платок для защиты лица. И кожаную одежду на смену — надеюсь, в салоне найдётся комната, чтобы переодеться. Свои ошибки во время прошлой поездки, когда вдоволь наелся пыли, повторять я не собираюсь. Заодно и Машу провожу — очень удачно именно послезавтра в половине третьего в Минск прибывает проходящий скорый поезд, который идёт из Риги через Минск, Курск и Ростов в Таганрог, соединяя Балтийское и Азовское моря. Ходит он каждые три дня, билет стоит заметно дороже, чем в обычный пассажирский, зато паровоз на магической тяге разгоняет состав до шестидесяти километров в час и останавливается он только на крупных станциях, за счёт чего Маша будет в Могилёве не позже восьми вечера. Пятьдесят два рубля семнадцать копеек, конечно, существенно больше, чем тридцать семь сорок, но несравнимо меньше, чем спокойствие за Машу.