Мифы и Легенды VI (СИ)
— Что скажешь по поводу этого идиота?
— Да нормальный генерал! — улыбнулся Разумовский. — Ты же сам понимаешь, что выше головы не прыгнешь!
— А надо прыгнуть, Степан! Надо! Мои роют, но … — Он нахмурился.
— Пока бесполезно? — уточнил Разумовский. — Понял уже. А что Годунов?
— Такой же дебил, только малолетний! — проворчал Скуратов. — Отправил за ней в Казань Заболотова, а девчонка того просто вокруг пальца обвела.
— На самом деле она молодец! Сообразительная! — вновь улыбнулся Разумовский.
— А тебе, Степан Аркадьевич, весело, да?
— Ты на меня, Алексей, глазами-то не сверкай, — спокойно ответил тому Глава Имперской канцелярии. — Я человек пуганый. Но противника нельзя недооценивать!
— Противника? — презрительно уточнил Скуратов. — Это кто противник? Девка Годунова, что ли? Не смеши!
— Да и не пытался, — заметил Разумовский. — Только сейчас ты ее ищешь. Надо было предупредить ее брата, чтобы тот не говорил о причине вызова в Москву…
— Да кто ж знал-то, — возмутился Скуратов, — что они все на моего Коленьку ополчились?! Все нормально у парня! Были проблемы, но решили все. Вот найду эту вертихвостку — будем воспитывать!
— Ну-ну! — ехидно проворчал Разумовский. — Пойду я, Алеша. Дела зовут. Ты бы с Императором поговорил.
— О чем? — удивился Скуратов.
— Ну как — о чем? Ты же ему прямо-таки и не рассказал о Бестужеве. Все слухи да слухи…
— А! — махнул рукой Скуратов. — Расскажу.
— А тут слушок гуляет по дворцу, что Паша Годунов своего отца родного убил…
— Да его Бестужев убил! Стоп! Откуда такие слухи еще?
— Кто ж его знает? — покачал головой Разумовский. — Кто ж его знает? Но дыма без огня не бывает.
— Завтра будет у тебя официальный ответ по поводу расследования смерти Владимира, Бестужева и Годунова. Все будет!
— Ну и хорошо! — Разумовский поднялся. — Можно совет дать тебе, Алексей?
— Ну? — Скуратов хмуро посмотрел на него.
— Послушай старого опытного человека: лучше ищи смену Павлу. Не нравится мне новый Глава рода Годуновых. Может, он и предан тебе, и на крючке, но он не потянет Главу такого рода…Я бы на него не полагался. Для такого влиятельного рода, как Годуновы, это обуза…
— Знаю, — согласился с ним Скуратов, — только вот некого там ставить больше….
— А Константин? Брат двоюродный? Который в Казани главный?
— Ну…. Да. Он, конечно, мужик умный, не спорю, но слишком самостоятельный….
— Раз умный — значит. можно договориться, — пожал плечами Разумовский. — В общем, решай сам…
Оставшись один, Скуратов некоторое время смотрел на дверь, в которой скрылся его союзник, и, тяжело вздохнув, набрал на плантеле номер. Появившаяся фигурка Павла Годунова явно испуганно смотрела на него.
— Добрый день, Павел!
— Добрый!
— Сегодня вечером хочу к тебе в гости заглянуть. Пустишь?
— Конечно! Все подготовим! Во сколько?
— Часам к семи буду, и не надо особенно ничего готовить. Поговорить надо нам. Серьезно.
— Да, конечно, Алексей Евгеньевич! Ваш дом — мой дом!
— Вот и хорошо! До встречи!
Прервав связь, Скуратов зловеще улыбнулся.
— Надо нам с тобой поговорить Павел! — пробормотал он.
Глава 8 У Демидовых
Экскурсия оказалась довольно скучной. Ничего особенного я не увидел. Все то же, все те же. Но пришлось делать заинтересованное лицо и с умным видом слушать витиеватые рассказы Демидова о его родовом гнезде. Но, слава богам, все это закончилось, и нас проводили непосредственно в бальный зал. Ну и еще польза от этой экскурсии была в том, что мы договорились с Демидовым встретиться во время бала и обсудить одну важную вещь. Гвоздев почему-то решил, что это будет самый лучший вариант, чтобы не привлекать к себе внимания отдельными встречами. Как он заверил меня, Служба Безопасности Скуратова не дремлет и следит практически за всеми более или менее авторитетными родами. Ну, естественно, спорить я с ним не стал.
Когда мы оказались в зале, там уже практически все были в сборе. Честно говоря, все как обычно: столы с едой и выпивкой, народ возле них и одна и та же музыка. Признаюсь, что вот побывал я на нескольких балах, и меня стало все это дело утомлять. Только представишь, что нужно чуть ли по нескольку раз в месяц на них ходить, сразу невесело становится. Была бы возможность, вообще бы на них не появлялся. Я, кстати, в прошлый раз так и сказал Гвоздеву, но Павел меня мягко отчитал: мол, это обязанность аристократа, тем более, из возрожденного рода, и чем больше Бельский будет показываться на людях, тем лучше. Авторитет и репутацию надо зарабатывать. М-да… вот и зарабатываю.
Меня встретили радостными криками. Странно: вроде, к самому началу попал, а народ уже, судя по всему, слегка разогрелся. И опять же, состав все тот же. Правда, на этот раз француженок не было, но были японцы. Мы наполнили бокалы вином и выпили за встречу.
Меня ненавязчиво оттеснила в сторону Пожарская.
— Веромир, — прошептала она на ухо, — у тебя действительно помолвка с Наоми Сузуки?
Хм… надо же, слухи уже пошли! Ну и пусть. Чего скрывать-то? Мне, вот, скрывать нечего.
— Да, а что? — ответил я также шепотом и посмотрел на девушку.
— Нет, ничего… — Она попыталась улыбнуться, но сделать хорошую мину при плохой игре у нее совсем не получилось. — Просто…
— Что «просто»? — Я с интересом посмотрел на нее.
— Ничего, забей, — улыбнулась Диана. — Пойдём лучше выпьем.
Мы вернулись к столу, и, похоже Пожарская все сразу сообщила Трубецкой. Но судя по всему, Вероника не слишком удивилась. Может, ей уже отец рассказал? Союзники знали об этом. А вот Пожарская смотрела на Наоми, «как солдат на вошь», причем это было заметно даже невооруженным глазом. Но аристократическое воспитание не позволяло Диане показать свои чувства, так что она скрипела зубками и терпела. А вот Наоми было все совершенно пофигу. Мне было просто забавно за этим наблюдать. Наверно, я циничен, но Диану точно не рассматривал в роли жены.
А вот насчет Трубецкой… уже не знаю. Девушка явно изменилась, а поскольку великой актрисой она не являлась, то вряд ли все это делалось на публику. Вот та же самая Елена нисколько не изменилась. Какие-то мысли в голову странные лезут. Я постарался их выбросить. Тем более, заиграли вальс, и начались танцы. Я нацепил на лицо вежливую улыбку и отправился «закреплять» своей авторитет. Перетанцевал практически со всеми девушками из нашей компании… все как обычно. Наоми, кстати, опять была в своем японском платье и в танцах не участвовала, хотя Исидо по секрету сообщил мне, что танцевать европейские танцы его сестра умеет, но, мол, относится к этому очень серьезно… в общем, как я понял, японские заморочки А вот с Демидовой танец вышел интересный. Мы вновь разговорились. И да, девушка мне реально начинала нравиться.
А после танца с ней, который оказался последним, я с радостью отправился за слугой, пригласившим меня на встречу с хозяином поместья. Как оказалось, в просторном кабинете, в который меня привели, уже был Гвоздев и все трое моих союзника.
После того как все расселись, я коротко поведал о своем разговоре с Иваном, после чего в кабинете повисла тишина, которую нарушил Трубецкой.
— Интересная тема, — заметил он. — Что думаете, господа? — Он оглядел присутствующих.
— На перспективу это очень выгодно, — ответил Голицын, – только вот надо действовать очень осторожно. Пока мы не готовы соревноваться со Скуратовым и Суворовым, и в начавшейся гражданской войне мы проиграем…
— О какой ты гражданской войне говоришь? – усмехнулся Трубецкой. — Никто и не собирается поднимать бунт. Надо все сначала подготовить…
— И хорошо бы встретиться с Императором… — добавил Голицын.
— Интересно, и как ты встретишься с ним? — ехидно уточнил Трубецкой. —Так тебе Скуратов это и даст сделать!
— Да, это проблема, — согласился тот.
— У меня есть предложение, — посмотрев на Гвоздева, вмешался я.