Порочная зависимость (СИ)

– Мы должны вести себя очень тихо. Чтобы никто не застал тебя здесь со мной. Ты это знаешь, не правда ли?
– Да, – прошептал Дэвид.
Он стоял спиной к двери, пожирая глазами тело Клер.
– Никто не должен знать об этом. Никто!
– Да.
– Тогда иди ко мне.
Дэвид сделал шаг к кровати и остановился, забыв, подобно плохому актеру, следующий пункт сценария.
– Постой! Ты ведь лучше знаешь, что делать. Разве не так?
Он почувствовал, как краска стыда заливает лицо. Его член затвердел и стал неестественно большим.
– Да, – снова сказал он и упал на колени на большой бежевый ковер.
– Это уже лучше.
Дэвид медленно подполз на коленях к кровати и застыл прямо перед Клер. Она подняла левую ногу и, дотронувшись большим пальцем до его груди, обвела небольшой кружок вокруг соска. Член Дэвида задрожал.
– Ты знаешь, что дальше делать? – спросила Клер.
– Да, – снова прошептал Дэвид.
Даже если бы Клер не видела его напряженного мужского естества, она догадалась бы о состоянии Дэвида по выражению лица. О жгучем желании говорили не только горящие сумасшедшим огнем глаза, но и стиснутые челюсти, напряженно сжатые губы и прерывистое дыхание. Он схватил вытянутую левую ногу Клер обеими руками и, прижав к губам, нежно поцеловал большой палец в нейлоновом чулке. Потом взял его в рот и принялся сосать.
– Теперь – на другой, – скомандовала Клер, убирая левую ногу и указывая глазами на правую.
Он схватил ее, оторвал от пола и приник губами к большому пальцу. Вся процедура повторилась.
Клер не могла удержаться от сладостной дрожи. Она чувствовала, как в ней разгорается страстное желание, постепенно охватывая все тело. В этом было нечто чисто физическое – связь между сексом и нервом, заключенным в больших пальцах ее ног, дополненная дрожью во всем теле, явно вызванной стоявшим перед ней на коленях и обуреваемым страстью обнаженным мужчиной. Впрочем, не сама ли она приказала Дэвиду вести себя подобным образом? Но нет! О каком приказании могла идти речь, если все происходящее вписывалось в заранее составленный сценарий – плод болезненного воображения самого Дэвида?
– Хорошо, – приказным тоном сказала Клер. – Довольно!
– Это было так прекрасно! – прошептал Дэвид.
– А теперь знаешь, чего бы я от тебя хотела?
Клер встала с кровати и, обхватив ладонями голову Дэвида за затылок, прижала лицом к своему животу и пупком ощутила его горячее дыхание.
– Знаешь? – вновь спросила она.
– Да, – простонал Дэвид.
Клер отпустила его голову. Дэвид медленно поднял обе руки и осторожно спустил ее чулки к лодыжкам. Клер подняла сначала одну ногу, потом другую. Дэвид по очереди снял оба чулка. И тут же прильнул к ним губами, с наслаждением вдыхая запах женского тела. Это тоже входило в определенный сценарием ритуал.
– Продолжай, – совершенно спокойно сказала Клер.
Он намотал чулок на левую руку и медленно, на четвереньках, подполз к большому комоду со множеством выдвижных ящиков. Выдвинув один из нижних, Дэвид вытащил оттуда пару белых атласных дамских панталончиков. В ящике было много других пикантных вещей. Но сегодня, как рассудил Дэвид, они вряд ли могли понадобиться.
– Пожалуйста, не заставляй меня… – начал он, умоляюще глядя на Клер.
Но она не дала ему договорить.
– Ты же знаешь, что я этого хочу! – властно процитировала она очередной пункт из сценария.
Дэвид поднялся с колен и стал натягивать на себя панталончики. Бедра его были худыми, а ноги похожи на две змеи. Но даже при этом панталончики оказались ему малы. Они больно стянули низ живота и пупок, а его затвердевшая мужская плоть предательски выпирала из-под материи. Выделившаяся оттуда капля тут же растеклась по ткани, оставшись на ней темным мокрым пятном.
– Ну разве не прекрасно ты выглядишь? – сказала Клер, глядя на Дэвида и невольно улыбаясь.
Как ни странно, но в ее словах была правда. Во всем теле Дэвида было что-то женственное. Нежная, слишком бледная для мужчины кожа. Мускулатура только едва намечена. Хотя пухлым и рыхлым Дэвида также нельзя было назвать. И все же единственным проявлением мужского начала было то, что сейчас скрывалось за тонкой тканью панталончиков и неудержимо рвалось наружу…
 
– Прошу тебя… – простонал Дэвид.
– Подойди ко мне.
Он снова опустился на колени и подполз к ногам Клер. Она протянула руку к ночному столику, открыла стоявшую на нем небольшую золотую коробочку и извлекла из нее черную шелковую маску без глазных прорезей.
– Если я стану кричать, то подниму на ноги весь дом, – сказала она.
– Да, – уже почти машинально повторил Дэвид.
– Домочадцы прибегут сюда и увидят тебя в такой позе.
Эта фраза также была дословно взята из написанного Дэвидом сценария.
– Тогда, умоляю, не кричи! – прошептал он, цитируя текст дальше.
– Постараюсь. Но только если ты точно выполнишь то, что я скажу.
Клер иногда казалось, что многие пункты сценария были взяты из реальной жизни.
Она бросила взгляд на его панталончики и заметила, что мокрое пятно на пикантном месте расплылось еще шире. Тонкая ткань стала совсем прозрачной, и под ней совершенно четко просматривался возбужденный, продолжавший сочиться член.
– Итак? – с усмешкой проговорила Клер.
– Я сделаю все, что ты хочешь!
– Надень это.
Она бросила маску на пол, к его коленям.
– Или ты серьезно думаешь, что я позволю тебе видеть меня в голом виде?
– Нет, не думаю, – ответил Дэвид.
Он поднял маску и надел. Клер медлила. В этот момент она чувствовала себя слишком возбужденной. Похоже, что Дэвид увлек ее своей фантазией. Секс, к которому она привыкла до их знакомства, был, как правило, спонтанным и бездумным. Клер никогда не задумывалась над тем, что произойдет дальше. Теперь ей открылась другая сторона медали. Этот секс был до конца продуман. Клер точно знала, что Дэвид намерен сделать с ней в следующую минуту. И это особенно возбуждало ее.
Между тем Дэвид прислушивался, рассчитывая по какому-нибудь случайно вырвавшемуся звуку или восклицанию Клер понять, что она собирается с ним делать. А той вдруг просто захотелось с ним поиграть. Поэтому она на несколько секунд застыла подобно гипсовой фигуре. Затем осторожно вытянула ногу и нажала большим пальцем на просматривавшийся под мокрой тканью член Дэвида. Он вздрогнул, ибо ничего подобного не ожидал. Сценарием это не предусматривалось.
– Разве тебе не приятно? – спросила она, проводя стопой вверх и вниз по промежности Дэвида.
Он не ответил, не зная, что сказать, не будучи подготовленным к такого рода играм.
– Ладно, – вздохнула Клер, убирая ногу. – Делай все, что я скажу. Тогда никто и никогда не догадается, что ты здесь был. Понятно?
– Да.
– Хорошо. Ты знаешь, что должен делать дальше.
Клер встала и вновь наклонила голову Дэвида к своему животу, оставив на этот раз лицо на некотором расстоянии. Его ладони оказались между ее ногами, а пальцы беспомощно старались нащупать нечто, неожиданно ставшее разрешенным.
– Перестань нервничать и соберись! – фыркнула Клер. – Что за беспомощность!
Вместе с тем Клер чувствовала его пальцы совсем близко от своего лона, и это волновало ее. Непреодолимое желание постепенно охватывало все тело.
Клер отступила на шаг и вновь села на край кровати, упершись левой ногой в грудь Дэвида.
– Поцелуй мне ногу, – почти прошептала она.
Дэвид судорожно схватил ногу и прижал к губам. Он целовал по очереди каждый палец. Потом перешел к лодыжке, поцеловав ее сначала с внешней, потом – с внутренней стороны. Затем, чуть приподнявшись, прильнул сначала к изящной икре, а затем – к коленке. Но тут Клер приказала ему остановиться. Она положила левую ногу на плечо Дэвида и подняла правую, ткнув большим пальцем прямо ему в губы:
– Теперь – эту!
Дэвид покорно повторил всю процедуру с начала до конца, после чего Клер положила правую ногу на его другое плечо, разведя коленки и предоставив губам Дэвида целовать ее бедра. Он делал это с закрытыми глазами. А если бы открыл их, то увидел бы совсем рядом нечто такое, на что смотреть запрещено.