Порочная зависимость (СИ)

  
Глава 8
 
Глава 8
На следующее утро, в девять часов, Клер разбудил телефонный звонок. Еще не опомнившись от глубокого и тяжелого сна, она взяла трубку и услышала голос Бриджет Голдсмит.
– Послушайте, Клер! Мне очень жаль, но обстоятельства складываются так, что вам надо сейчас же лететь в Париж. У Клода возникли серьезные проблемы.
– Превосходно. Значит, у меня в запасе есть еще час, так? Думаю, что к середине дня я прилечу.
– И сразу же приезжайте в офис.
– Хорошо.
Клер вскочила с постели и бросилась в ванную. Через пятнадцать минут она уже была одета в элегантный легкий костюм мышиного цвета. Сев в машину, Клер поехала в аэропорт, запарковала ее на временной стоянке и купила билет первого класса до Парижа на ближайший рейс.
Ждать пришлось всего полчаса. Клер успела позвонить домой секретарше, сообщила об изменении планов и назвала номер своего сотового телефона. Потом распорядилась позвонить в парижское отделение фирмы с просьбой выслать в аэропорт машину.
Затем Клер набрала номер домашнего телефона Гэри, надеясь застать его дома. Ей очень хотелось снова его увидеть и сказать, что все происшедшее накануне вечером никак не изменило ее отношения к нему. Но никто не подошел к телефону. Она позвонила по сотовому. Оператор ответил, что телефон в настоящее время отключен.
Самолет вылетел вовремя. И уже без десяти минут одиннадцать он приземлился в Париже. Правда, благодаря разнице во времени там уже было без десяти двенадцать. Большой черный «ситроен» ждал Клер у выхода из здания аэропорта. И еще через полчаса она уже сидела в офисе «Кисс-Ко» на улице Сент-Оноре.
Клод Дюмель был коренастым мужчиной с буйно растущими бровями и густыми вьющимися волосами. Клер он не любил. Та отвечала ему взаимностью. Оба знали, что после начала осуществления европейского проекта «Кисс-Ко» роли, видимо, будут перераспределены: один из них будет по-прежнему заниматься только организацией распространения продукции фирмы и окажется полностью отсеченным от маркетинга. Это влекло за собой значительное понижение в должности и соответственно в заработке.
Клод должен был включиться в работу по организации рекламы в рамках предложенной Клер стратегии. Увидев, что Бриджет в принципе одобрила его идею коммерческой рекламы, уже с успехом осуществляемую в Америке, он решительно протестовал против плана Клер. Она же предлагала проводить рекламную кампанию отдельно для каждой европейской страны, с учетом ее особенностей. После продолжавшегося более часа спора, руководить ли проектом из Лондона или из Парижа, все участники дискуссии поехали на обед в «Лассер» – довольно известный парижский ресторан. Поднявшись на один этаж, они очутились в большом прохладном зале. Последнее было особенно приятно: Париж географически расположен значительно южнее Лондона, а потому летом кажется особенно душным после британской столицы.
На столе было немало изысканных блюд. Однако на них практически не обращали внимания. Жаркая дискуссия, начавшаяся в офисе, продолжалась и отбила у всех аппетит.
– Что ж, – сказала, заканчивая горячие споры, Бриджет, – очевидно, принимать решение придется мне.
Как всегда, Бриджет была одета в белый брючный костюм, плотно облегавший фигуру и подчеркивающий ее достоинства. Пуговицы пиджака тянулись вверх до плотно застегнутого воротничка. Блузы под пиджаки Бриджет никогда не надевала. Каштановые волосы были собраны в пучок, отчего она казалась старше своего возраста. Но на лице не было ни одной морщинки. Над левой грудью красовалась золотая брошь в форме египетского скарабея.
– И последнее, – сказал Клод, пожелавший оставить заключительное слово за собой. – Это касается денег. Переход на новые принципы проведения рекламной кампании повлечет за собой большие затраты.
– Я не могу с этим согласиться, – пожала плечами Клер.
– Объясните вашу точку зрения, Клод, – попросила Бриджет.
– Собственно, это не просто точка зрения. Существуют реальные факты, с которыми трудно не считаться.
 
– Примеры, которые вы приводите, к косметике отношения не имеют, – возразила Бриджет. – Это совершенно другие предметы торговли. А потому проводить какие-то аналогии было бы неправильно.
В продолжение еще нескольких минут за столом обсуждалось сказанное Клодом. Наконец Бриджет окинула взглядом всю компанию и твердо сказала:
– Хорошо. Оставим это. Окончательное решение должна принять я. А теперь нам можно и разойтись. Клер, если вы не возражаете, я полечу с вами назад в Лондон.
– Почему я должна возражать? – улыбнулась Клер. – Мне будет очень приятно вас сопровождать!
Клер немного лукавила. Ей очень не хотелось сразу уезжать из Парижа, ибо день выдался тяжелый и она очень устала. А сидеть в самолете рядом с начальницей – разве это отдых? Ведь поневоле Бриджет снова заведет разговор о делах!
– Я все же надеюсь, что вы серьезно подумаете над моими словами, – сумрачно проговорил Клод. – И не только в отношении рекламной кампании.
– Дайте мне срок до понедельника, – ответила Бриджет. – За это время я успею все хорошенько обдумать.
Черный «ситроен» быстро довез их до аэропорта, где они тут же взяли билеты на ближайший рейс в Лондон.
Через час они уж сидели в самолете.
– Я хотела поговорить с вами относительно завтрашнего вечера, – сказала Бриджет после того, как они обе решительно отказались от шампанского, предложенного стюардессой, в пользу апельсинового сока.
Клер несколько мгновений молчала, потому что не сразу поняла, о чем идет речь.
– О завтрашнем вечере? – переспросила она.
– Да. Об ужине с виконтом Бонмутом и герцогом.
– Ах да!
После проведенного накануне эротического вечера Клер совершенно забыла о Дэвиде.
– Я никак не могу решить, в чем пойти. Это будет формальный ужин?
– Формальный?
– Ну да. На который необходимо явиться в вечернем платье. Так как же?
– Я не думаю, что встреча будет такой уж формальной. Может быть, мне все-таки спросить у самого виконта?
– Пожалуйста, спросите! Я не хочу выглядеть белой вороной, если кругом все будут во фраках и вечерних туалетах. Скажите, у английских аристократов принято специально одеваться к ужину?
– В провинции – нет.
– Но ведь этот ужин состоится в Лондоне. Кроме того, будет присутствовать герцог. Кстати, как мне к нему обращаться?
– Думаю, что лучше всего называть его ваша светлость.
– Боже мой, ваша светлость! Это серьезно?
– Я позвоню Дэвиду и спрошу.
– Ой, я буду вам очень обязана! Понимаете, все мои вечерние платья остались в Нью-Йорке. Но если этикет того требует, я постараюсь срочно что-нибудь купить.
– Я сейчас ему позвоню.
Бриджет кивнула и поднялась из кресла.
– Пойду погуляю по проходу, – сказала она. – Что-то стали затекать ноги.
Как только Бриджет отошла, Клер вынула из сумочки телефон мобильной связи и набрала домашний номер Дэвида. Ей ответил дворецкий, объяснивший, что молодой хозяин уехал в свой загородный дом и вернется не раньше семи часов вечера. Попросив оставить ему записку, Клер тут же набрала номер сотового телефона Гэри.
– Слушаю! – донесся из трубки его голос.
– Гэри, привет! Это Клер.
– Привет.
– Извини, но мне пришлось срочно вылететь в Париж.
– Где ты сейчас?
– В самолете. Лечу назад.
– Как дела?
– Полно забот.
– Я не о том.
– Ты хочешь спросить, как я себя чувствую? Совершенно разбитой.
– Нет ничего удивительного. Нельзя же быть такой жадной!
– Ты сам сделал меня такой.
– И что же у тебя сейчас болит?
– Ты не понимаешь?
– Я пытался дозвониться тебе утром.
– В офис?
– Да. И говорил с секретаршей. Для меня это было большим сюрпризом. Я ведь думал, что ты как раз и работаешь секретаршей!
Клер не была уверена, шутит Гэри или говорит серьезно. Они между собой никогда не разговаривали о ее работе.