Порочная зависимость (СИ)

– Что вы имеете в виду?
– То, что я каждый день задерживался здесь до самой ночи, подметал двор, вывозил мусор и вообще наводил порядок. Мне очень не хотелось, чтобы вы по возвращении домой чувствовали себя неуютно.
– Это так мило с вашей стороны!
Клер села рядом с Гэри и тронула его руку.
– Я думала, что мистер Уикс наймет специального рабочего для уборки. Что ж вы не пьете?
И она кивнула на стоявшую перед Гэри бутылку.
– Спасибо.
Клер вдруг поняла, что не знает, о чем с ним говорить, кроме как о работе и пиве. Они еще слишком мало знали друг друга. Поэтому молчание становилось в тягость. Оба начинали чувствовать себя неудобно.
– А какая у вас теперь будет работа? – спросила Клер первое, что пришло ей в голову.
– Мистер Фулхэм предложил нам заняться перестройкой его дома. У него сейчас одна комната. А он хочет две поменьше. Вот мы этим и займемся.
– Это ведь очень интересно! – убежденно сказала Клер, хотя абсолютно ничего не смыслила в строительном деле. – Но, наверное, трудно?
– Не очень. Единственно, что в этом деле будет участвовать архитектор. А эти люди всегда только путаются под ногами и мешают работать.
– Серьезно?
– Совершенно серьезно. Кроме того, они дерут с клиента огромные деньги за то, что простой строитель может легко и дешево сделать.
Снова наступило молчание. Неловкое и гнетущее. Клер беспокойно оглядывалась по сторонам, стараясь найти какую-нибудь новую тему для разговора.
– Гэри, – наконец сказала она. – Вы ведь чувствуете себя неловко?
– Да, – признался он. – Был даже момент, когда я колебался: ехать сюда или нет?
– Я очень рада, что вы приехали. Действительно рада! Вы знаете… То, что между нами произошло… Ну, мне кажется, что наши тела действовали автоматически… Помимо воли… А мысленно мы еще должны друг к другу привыкнуть. Для этого требуется время.
– Вы так думаете?
– Да. Извините меня, пожалуйста!
– За что?
– Мне кажется, вас гнетет случившееся.
– Нет… Просто вы не та женщина, с которыми я обычно…
Гэри замолчал. Клер показалось, что он просто не решился сказать «с которыми я обычно трахаюсь». Она ободряюще посмотрела на него:
– Продолжайте, не стесняйтесь!
– Надо ли?
– Не знаю. Понимаете, у нас с вами очень мало общего. Например, я даже не умею пользоваться словами, которые для вас обычны. Хотя мне они кажутся превосходными! Правда, это не может стать преградой, если мы пожелаем стать друзьями.
– А вы этого хотите?
– Я хочу узнать вас, Гэри. Если у вас есть такое же желание в отношении меня, это может стать основой для чего-то достаточно серьезного. Разве я не права?
– Вы очень хорошо говорите. Я так не умею. Это выбивает меня из колеи. Я не знаю, чего вы хотите. Во вторник я думал, что у нас была обычная случайная связь…
– Вы этого хотели? Извините, но я не желала бы, чтобы вы считали себя чем-то мне обязанным.
– Нет, я не это имел в виду.
– А что?
Гэри долго молчал, не зная, что и как сказать. Его брови сошлись в одну линию, а глаза стали смотреть куда-то вдаль.
– Я не гожусь для этого, – наконец сказал он, обращаясь скорее к себе самому.
– Мне не совсем понятно, что…
Прежде чем Клер докончила фразу, Гэри схватил ее за руку, повернул лицом к себе и крепко поцеловал в губы. Ладонь другой его руки ласково погладила Клер по щеке. Язык проник между ее зубами и тронул кончиком десны с внутренней стороны.
В первую секунду у Клер закружилась голова. Она была удивлена, ошарашена, испугана… Но очень скоро пришла в себя, обвила руками шею Гэри и прижалась к нему всем телом. Клер почувствовала, как словно электрическая искра пробежала по ней, передалась ему и вернулась назад. Именно такое ощущение она испытала ночью в прошлый вторник. И тут же неловкость между ними исчезла, уступив место разгоравшейся страсти.
– О Гэри, Гэри, – шептала Клер, не отрывая своих губ от его.
На ней было лишь тонкое белье розового цвета. Предвидя то, что должно было между ними непременно произойти, Клер решила обойтись без чулок, трусиков и лифчика. И пока Гэри одной рукой обнимал ее за спину, его другая рука скользнула вниз, между ног, и, не встретив на пути ни одного препятствия, прикрыла ладонью лобок. Пальцы же стали ласково теребить курчавые волосики.
 
Все еще не прерывая поцелуя, Клер слегка выпрямилась на стуле, чтобы развести в стороны ноги. В то же мгновение она почувствовала, как его пальцы проникли внутрь, стараясь найти клитор. Поиски были недолгими. Пульсирующий клитор уже через несколько мгновений оказался зажатым между указательным и большим пальцами руки Гэри.
Из груди Клер вырвался стон:
– Пожалуйста… Прошу вас…
Гэри закрыл ей рот поцелуем, жадно впившись в горячие мягкие губы. А пальцы продолжали сжимать клитор. Другая же рука тоже скользнула вниз, к промежности. Гэри почувствовал, что там все было мокрым. Очень мокрым. Если раньше у него еще оставались какие-то сомнения в том, хочет ли она его, то сейчас они рассеялись. Два пальца его второй руки обследовали половые губы, не проникая внутрь. А Клер казалось, что ее лоно уже живет само по себе, отдельно от всего остального тела, самостоятельно реагируя на чье-то желанное вторжение.
– Вы такая горячая! – прошептал Гэри, губы которого на мгновение оторвались от ее, и прильнул к шее Клер.
Тепло его губ и мягкий кончик влажного языка заставили Клер вздрогнуть и откинуть голову. Вены на ее шее вздулись и напряглись подобно тонким веревкам. Гэри тут же воспользовался этим и покрыл их поцелуями, всасывая кожу.
Убрав на мгновение руку из промежности Клер, Гэри попытался оголить ее плечи. Это удалось не сразу. Гэри потерял терпение и, разорвав резким движением тонкую ткань ночного белья, бросил его в угол. Оголив грудь Клер, он жадно припал губами к затвердевшим соскам.
Клер почувствовала приближение оргазма. Все ее тело дрожало. Как и в прошлый раз, резкий до грубости порыв Гэри оказался внезапным, хотя Клер и могла ожидать чего-то подобного. От изумления у нее перехватило дыхание. Ей безумно захотелось вновь почувствовать в себе твердый, заполняющий ее всю без остатка член. Но сама мысль об этом неуклонно приближала черту, за которой начинался оргазм. К тому же Гэри терзал ее тело, до острой боли сжимая зубами соски. Но боль была настолько полна наслаждения, что Клер не могла отделить эти два ощущения одно от другого. Она чувствовала, как внутри ее женской плоти разгорается настоящий пожар, готовый, казалось, поглотить ее всю. А руки Гэри вновь оказались в ее промежности. Ладонь одной ласкала губы влагалища, а пальцы другой – сжимали клитор.
– Боже, какое блаженство! – шептала Клер. – Какое блаженство!
– Я знаю, – тоже шепотом отвечал Гэри.
Он не был намерен останавливаться на этом. Еще до того, как Клер пришла в себя после первого оргазма и продолжала дрожать всем телом, Гэри опустился перед ней на колени. Грубо схватив за икры, он резким движением развел ее ноги в стороны и закинул себе на плечи. Ее половые губы оказались прямо против его губ. Гэри поднялся, продолжая держать Клер в такой позе, и осторожно присел на край стоявшей у стены софы.
Дэвид не раз проделывал с ней такое. Но сейчас ощущения Клер были совсем другими. Губы Гэри были теплыми и мягкими. Язык напоминал огонек свечи, прикосновение кончика которого заставляло все тело Клер вздрагивать. Тонкие пальцы далеко проникали в глубь ее женской плоти. Клер от природы была в высшей степени чувствительной. Поэтому она ощущала каждое движение Гэри в своем теле. Не всегда это было приятно. Порой мужская плоть Гэри по своему воздействию напоминала наждачную бумагу. Но и это вызывало во всем ее теле живой отклик, затрагивая, казалось, каждый нерв.
Клер хотела бы иметь время, чтобы все проанализировать, как она привыкла делать во всех случаях жизни. Но такового сейчас не было. Как не было и места для этого. Кроме того, Клер уже просто не могла думать ни о чем, кроме переполнявшего ее жгучего желания. Поэтому она не могла хладнокровно реагировать на то, что с ней делает Гэри и почему именно так, а не иначе.