Порочная зависимость (СИ)

– Хочешь еще кофе? – спросил он.
– Нет.
– Коньяку?
– Нет. Мне кажется, Дэвид, что теперь – самое время подняться наверх. Как ты думаешь?
– Наверное, ты права! Я просто…
– Что – «просто»?
– Просто… Я хотел сказать…
– Что?
– Что мне не хотелось бы заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь.
– Почему ты думаешь, что я не хочу?
– Мне так кажется.
– Ты ошибся. Но дай мне двадцать минут.
Клер просто необходимо было принять душ.
– Хорошо, – согласился Дэвид, посмотрев на часы.
Клер поднялась из-за стола и прошла в ванную, расположенную в конце коридора. Эту просторную комнату называли голубой из-за цвета плитки, покрывавшей стены и пол. Клер закрыла за собой дверь, подождала, пока одна из горничных распакует в спешке собранные вещи и развесит их на шнуре, тянувшемся вдоль боковой стены, после чего вновь приоткрыла дверь и осмотрела примыкавшую к ванной спальню. В углу стояла большая кровать с резными спинками. На ней лежала какая-то коробка. Нетрудно было догадаться, что это очередной подарок Дэвида.
Судя по намекам Дэвида, оброненным за столом, сегодня подготовительный этап к главному действию обещал быть довольно затейливым. Это поневоле заинтриговало Клер.
Она разделась и встала под душ. Теплые струи наполнили тело блаженством. Тщательно обмывшись, Клер насухо вытерлась мохнатым полотенцем и снова вышла в спальню. Присев на кровать, она развязала ленты на коробке и заглянула внутрь.
Там оказались обычные прокладки, эластичный пояс с корсетом и шелковая рубашка, отороченная дорогими кружевами. На самом дне коробки Клер обнаружила письмо, в котором Дэвид подробно расписывал все эротические игры, которые был намерен предложить этой ночью. При этом – давал советы, как ей следует себя вести в каждом отдельном случае. Клер стало ясно, что на сей раз Дэвид предлагает ей играть активную роль в постели. Кроме того, он напоминал, что предпочитает ночью быть в женском нижнем белье. Клер знала эту его странность, но никак не могла понять ее причин. Скорее всего, одевшись женщиной, Дэвид чувствовал особый прилив сексуальной энергии.
Клер расправила рубашку и надела ее. По длине она доходила ей только до низа живота, оставляя открытым треугольник курчавых волосиков.
Около кровати стояли мягкие ночные туфли. Клер с удовольствием сунула в них ноги. Ибо после целого дня непрерывной ходьбы на высоких каблуках у нее болели ступни.
Она открыла свою сумочку, вынула оттуда косметический набор и принялась наводить красоту. Правда, больших усилий для этого ей не требовалось – природа сама сделала все возможное. Но чуть тронуть тушью ресницы и подкрасить губы было нелишним.
Она посмотрела в зеркало и осталась собой довольна. В этот момент раздался тихий стук в дверь.
– Входи, – откликнулась Клер, вставая и спешно убирая косметику.
Дэвид рассчитывал застать Клер сидящей на краю кровати. Но она встретила его, стоя в дальнем углу комнаты. Сквозь тонкий шелк ночной рубашки просвечивала нежная кожа ее тела. А в зеркале отражалась спина и две аппетитные дольки ягодиц, совсем не прикрытые ночной рубашкой.
– Ну что, – улыбнулась Клер, – ты ведь знаешь, что делать. Не правда ли?
Дэвид, на котором была только короткая, чуть выше колен, женская рубашка, опустился на колени.
– Прекрасно, – одобрительно кивнула Клер, садясь на край кровати. – Теперь подойди ко мне.
Дэвид пополз на коленях к кровати, исполняя тем самым прописанный в сценарии ритуал, который повторялся каждый раз. Клер видела, как под тонкой рубашкой начинает подниматься его член.
– Быстрее! – нетерпеливо скомандовала Клер, опасаясь, что Дэвид опять не успеет. Он рванулся вперед и очутился у самых ее ног.
– Разденься!
Дэвид в мгновение ока сорвал с себя женскую ночную рубашку. Клер бросила беглый взгляд на его обнаженное тело, показавшееся ей женственным. Но она тут же поняла, что это впечатление неправомерно, ибо продиктовано невольным сравнением с мощной, состоявшей, казалось, из одних мускулов, фигурой Гэри. Член Дэвида также уступал мужскому естеству Гэри по размерам, несмотря на то что к этому моменту уже набрал полную силу и достиг максимальной для него длины.
 
Клер подняла ноги и уперлась пяткой туфли в правый сосок груди Дэвида. Дыхание его сразу же сделалось лихорадочным.
Настроение Клер резко менялось. Она почувствовала, как ее начинает переполнять злоба на то, как с ней обращаются. Клер постаралась заглушить ее, призывая на помощь все еще оставшуюся во всем теле сексуальную потребность.
– Чего ты хочешь, Дэвид? – спросила она.
– Ты отлично знаешь, чего я хочу! – прошептал он в ответ, хотя это не входило в придуманный им сценарий ночи.
– Да. Думаю, что знаю. Посмотри сюда.
И Клер показала на сложенную рядом на стуле свою одежду.
– Я хотела бы видеть тебя вон в тех моих трусиках.
Дэвид оторопело посмотрел на нее. Ничего подобного никогда в их любовных играх не было. Нижнее белье, которое он хотел надеть, лежало на другом стуле у изголовья кровати. Но Дэвид решил не противоречить и покорно пополз на коленях к стулу, на который указала Клер. Там, поверх другой женской одежды, лежало миниатюрное бикини из черного шелка. Дэвид взял его двумя пальцами и поднял. Бикини еще сохраняло влагу тела Клер.
– Ты ведь знаешь, что делать, не так ли?
– Хочешь, чтобы я это надел? – удивленно спросил он.
– Да.
Дэвид поднялся на ноги. Руки его дрожали. Он растянул пальцами резинку трусиков и с величайшим трудом натянул их себе сначала на ноги, а потом – на бедра. Бикини оказалось до того маленьким, что не смогло скрыть его восставшей и окрепшей мужской плоти. Головка члена осталась неприкрытой и высовывалась сверху над резинкой. Дэвиду не могло даже прийти в голову, что Клер может заставить его проделать нечто подобное.
– Ты в них хорошо себя чувствуешь? – спросила она.
– О да! – со страстью в голосе ответил Дэвид. – Эти трусики очень мягкие, нежные…
И он снова упал перед Клер на колени. Она же взяла лежавшую на кровати прямоугольную коробку и бросила на пол.
– Открой!
Дэвид развязал тесемки, развернул фольгу и открыл коробку. Там лежал хлыст для верховой езды с обитой кожей рукояткой. На конце хлыста был завязан тугой узел, также из кожи.
– Дай его мне! – приказала Клер, протянув руку.
Дэвид послушно отдал хлыст.
– Хорошо. Теперь открой коробку, что на столе, и возьми повязку для глаз.
Дэвид исполнил и это приказание. Клер пальцем показала на место прямо перед собой. Он покорно переполз туда. Туго натянутое бикини давило на его возбужденный член, а резинка глубоко врезалась в тело.
Клер сжала хлыст в кулаке. Ей приходилось читать о мужчинах, а порой и о женщинах, у которых была своеобразная склонность подвергаться физическому наказанию. Равно как и о тех, кто с упоением эти наказания осуществлял. Сама она никогда не испытывала никакого желания оказаться ни среди первых, ни среди вторых. Но злоба, которую она почувствовала несколько минут назад, казалось, могла заставить ее воспользоваться хлыстом. И если Дэвиду этого хочется, то она вполне может осуществить его желание…
– Надень повязку, – вновь скомандовала Клер.
Это опять же не вписывалось в подготовленный сценарий. Но, судя по возбужденному и до предела напряженному члену, Дэвид не возражал бы против избиения хлыстом ради удовлетворения своего желания. А потому с готовностью надел на глаза повязку.
Клер подняла ногу и уперлась большим пальцем в левый сосок груди Дэвида. Он протянул руку, поднес ногу Клер к губам, поцеловал и положил себе на плечо. При этом у него был такой вид, будто он ежесекундно ждал готового обрушиться на его голову сурового наказания.
Клер подняла вторую ногу и положила на другое плечо Дэвида. Его губы стремительно побежали по ней от лодыжки к колену и дальше – к бедру. Клер вытянула обе ноги и обвила ими шею Дэвида. Его голова оказалась в ее промежности, прямо напротив половых губ. Дэвид со стоном приник к ним, жадно облизывая клитор кончиком языка. Клер почувствовала, что тает от наслаждения. Боже, как же хорош был сегодня Дэвид! Неповторимо хорош! Казалось, он точно знал, какую точку ее плоти надо тронуть, чтобы вызвать новую волну наслаждения. И при этом нашел единственно приемлемый для обоих ритм, в котором двигались их тела. Это было великолепно! Именно то, что Клер так страстно желала получить! То, что ей было необходимо! Она чувствовала приближение оргазма. Это состояние было сродни оперной увертюре, предваряющей главное действие.