Князь Барятинский 2. Императорская Академия
«Я, например, не умею», – подумал я. И сказал:
– Хорошо, ты в команде.
Полли радостно пискнула и, придвинувшись ко мне, с видом заговорщицы спросила:
– Кого хочешь взять ещё?
– Есть мысли. – Мне не хотелось обсуждать свои планы. По крайней мере, не с легкомысленной болтушкой Полли.
Я собирался заговорить с Андреем Батюшкиным. Но он раньше всех покончил с обедом, встал, поклонился присутствующим и вышел из столовой – только его и видели. Следующим доел свою немудрёную порцию Мишель Пущин. Он хотел выйти вслед за Батюшкиным, но не сложилось.
Мишель не смотрел под ноги, и один из чёрных магов, развернувшись на стуле, ловко поставил ему подножку. Мишель, вскрикнув и взмахнув руками, как раненая птица, полетел носом в пол. Чёрные маги захохотали.
Виновник случившегося вскочил и, смеясь, прижал к груди руку:
– О боже мой, господин Пущин, что случилось? Вы, кажется, споткнулись? Позвольте предложить вам помощь!
Он протянул Мишелю руку. Тот, удивлённо моргая, взялся за неё. Чёрный маг приподнял его и резко отпустил. Мишель грохнулся обратно.
– Проклятье, рука соскользнула! – «расстроился» подонок. – Господин Пущин, если у вас проблемы с потливостью ладоней, я могу подсказать хорошее средство!
Я наконец-то сфокусировался на этом клоуне, и дедова наука не подвела. Звягин Денис Леопольдович. Род из Ближнего круга, временно управляет десятком питейных заведений и игорных домов. Сам Денис по жизни почти ничем не отличился, кроме таких вот выходок. На его счету уже три дуэли. Правда, ни одной со смертельным исходом. Ему просто нравится унижать других.
– Костя, ты не вмешаешься? – спросила Полли. Она наблюдала за происходящим с заметным неодобрением.
– И не подумаю, – мотнул головой я.
Люди, как известно, никогда не раскрываются столь хорошо, сколь во время таких вот конфликтных, напряженных моментов. Но Полли не стоило знать, что я об этом знаю. И я ограничился другим объяснением:
– Понадобится – вмешаюсь. Пока просто наблюдаю. А того, кто вмешается, скорее всего, возьму в команду.
И тут поднялся Пётр Данилов. Те, кто это увидел, моментально смолкли, потому что выглядел Пётр монументально. Так могла бы выглядеть пришедшая в ярость скала.
– Не допущу оскорбления белого мага! – взревел он. Хрустальная люстра под потолком жалобно задребезжала.
Звягин резко позабыл про Мишеля и повернулся к настоящей угрозе. По лицу пробежала тень страха. Похоже, до него дошло, что Пётр – из тех людей, которых в гневе перекрывает настолько, что они не думают уже ни о чём, в том числе – о последствиях.
Пётр понёсся на Звягина, как набирающий ход поезд. Даже я поёжился, вспомнив того бугая, с которым пришлось столкнуться на заводе Лавра. Не родственник ли был, часом?..
– Пьер! – ахнула Полли. – Остановись!
Она, должно быть, как и Костя, хорошо знала Данилова. Всплеснула руками. Но Пьера было уже не остановить.
Звягин взмахнул рукой. Магию я почувствовал, но также почувствовал и то, что Звягин абсолютно растерялся и применил какую-то незначительную фигню – от которой бронепоезд по имени Пьер едва дёрнулся. Зато когда он добежал до своей цели, магия ему не понадобилась.
Тонко взвизгнув, Звягин описал в воздухе дугу и приземлился на стол среди скопища чёрных магов. Аккурат между Жоржем Юсуповым и Кристиной Алмазовой.
Изящный фарфоровый соусник опрокинулся, выплеснув томатное содержимое на платье моей сопернице. Фурия, побледнев от гнева, поднялась из-за стола. Остальные чёрные маги встали спустя мгновение, как будто были её марионетками.
– Ты за это поплатишься, Данилов! – проскрежетала сквозь зубы Кристина. И тут же добавила резко, отрывисто, как будто всю жизнь только и делала, что отдавала команды: – Таран! Объединённый! Я – острие!
Я понял, что она имеет в виду, только в процессе. Чёрные маги подняли руки, кончики их дрожащих от напряжения пальцев смотрели в спину Кристине. Сама же Кристина наставила руку на Пьера. Ладонь её вспыхнула красным, с неё сорвалось свечение и понеслось по воздуху, стремительно расширяясь.
Таран использовал против меня Жорж Юсупов в императорском дворце. И против него одного я тогда едва сдюжил. А здесь сейчас силы объединили сразу восемь, и Жорж был в их числе.
Я с интересом ждал, что сделает Пьер, но тут на сцену внезапно вышел Мишель. Он как раз успел подняться на ноги и теперь оказался между Тараном и Пьером. Согласно моему прогнозу, ему оставалось либо замереть с раскрытым ртом, либо отскочить в сторону, и я мысленно ставил на то, что он замрёт.
Однако Мишель поднял руку, и Таран с оглушительным грохотом врезался в невидимую преграду. Красные сполохи пробежали по Щиту и иссякли. А Мишель даже не шелохнулся!
– Господа курсанты! – раздался наконец голос взрослого человека, и в поле моего зрения быстро вошёл седовласый маг с чуть сгорбленной спиной. – Довольно! Вы позорите свои фамилии!
Это сработало. Все как-то резко присмирели и потупились. Звягин слез со стола, снял китель и принялся с сокрушённым видом его рассматривать. После падения на стол без стирки было не обойтись.
– Господин Звягин! – посмотрел на него маг. – Ваше поведение недопустимо.
– Я не виноват! Я… пострадал! – воскликнул Звягин. В качестве доказательства встряхнул испачканным кителем.
– Я видел всё с самого начала! – отрезал маг. – Вы позволили себе издеваться над своим товарищем.
– Да он мне не…
– Попрошу вас воздержаться от слов, о которых потом придётся жалеть! Я сегодня же отправлю вашему отцу подробный отчёт о случившемся. Леопольд Сергеевич очень просил держать его в курсе относительно вашего поведения.
Звягин побледнел.
– Или же вы предпочтёте самостоятельно ответить за свои поступки? – вкрадчиво спросил маг.
– П-предпочту с-самостоятельно, – сразу начал заикаться Звягин.
– В таком случае вы на сутки отправитесь в карцер, после чего принесёте господину Пущину извинения.
– Да, разумеется! – В голосе Звягина прорезался неподдельный энтузиазм.
И тут вмешался новый голос. До отвращения мне знакомый.
– Всеволод Аркадьевич, вы кое-что забыли! – К месту происшествия подошёл с царственной осанкой Илларион Георгиевич Юсупов. – Господин Данилов позволил себе рукоприкладство.
– Он защищал товарища, – возразил Всеволод Аркадьевич.
– Так ли? Насколько я успел заметить, господин Звягин понёс куда больший урон, нежели… господин Пущин. – Перед словом «господин» Юсупов выдержал презрительную паузу. – Господин Данилов! Ваше поведение не достойно белого мага! Вы также проведёте сутки в карцере, после чего принесёте извинения господину Звягину. Господа наставники! Будьте любезны сопроводить провинившихся.
Откуда-то мгновенно нарисовались наставники и увели Звягина и присмиревшего Данилова.
Ну, как «увели». Не было ни заломленных рук, ни «браслетов», ни даже рукоприкладства. Одно сплошное: «Пожалуйте-с, сюда-с, не сочтите за грубость». Чудно́…
– Ну вот, – сказала Полли, когда оба преподавателя удалились. – Надо было тебе вмешаться! А теперь, получается, некого брать в команду.
– Да ну? – усмехнулся я. – Господин Пущин!
Мишель обернулся. Он всё ещё стоял тут с потерянным видом – явно не зная, куда себя девать.
– Отличный Щит, – похвалил я. – Как я успел заметить – сто́ит восьмерых чёрных магов?
Мишель робко улыбнулся. Я почувствовал на себе пылающий взгляд Кристины, но не удостоил её вниманием.
– Предлагаю вам место в команде.
Мишель вздрогнул. Секунд десять соображал, не издеваются ли над ним. А потом решился:
– Спасибо за предложение, господин Барятинский! Я согласен.
***
После обеда все, кого не отправили в карцер, высыпали в парк. Насколько я понял из чтения академического устава, прогулки в парке здесь были доминирующим видом досуга. Ещё можно было читать книги, сочинять стихи, рисовать, музицировать, выполнять гимнастические упражнения и играть в подвижные и интеллектуальные игры. Ну, или каким-то образом совмещать несколько этих занятий. Например, сочинять стихи, прогуливаясь в парке. Или, прогуливаясь в парке, размышлять, кого ещё позвать в команду… Чем я, собственно, и занимался.