Одна ложь на двоих

С родителем у героини были особенно близкие отношения. Она была его маленькой принцессой, и с детства все её желания исполнялись, стоило ей только сказать о них вслух. Единственное, в чём Фёдор Михайлович был непреклонен, так это в вопросах чести, которые касались их семьи. Именно поэтому он настоял на её браке с маркизом. А она… Она поступила весьма неразумно, но теперь ни к чему поминать былое.
Неожиданно в комнату вошёл герцог. Движимая необъяснимым прорывом, Ирина кинулась к нему и, не говоря ни слова, крепко прижалась к его груди.
— Что случилось, Айрин? — шепнул герцог, привлекая её к себе.
Внимательно оглядев комнату, Йен встретился взглядом с деверем и его супругой.
— Папеньке плохо, я, наверное, должна… — всхлипнув, произнесла герцогиня, но герцог не дал ей закончить.
— Cherie, как ты смотришь на то, чтобы поехать в Петербург, как только я завершу в Лондоне все дела?
— Ты правда хочешь поехать со мной в Россию? — вскинув на на мужа полные тревоги глаза, поинтересовалась Ирина. — Я могла бы присоединиться к Алексею и Вивиан, а ты…
— Нет, мы поедем вместе, — твёрдо произнес Йен, — я не хочу расставаться с тобой ни на минуту, Айрин! Князь, миледи, прошу простить меня, я не успел поприветствовать вас.
Герцог поклонился, не выпуская из своих объятий жену.
— Ваша, светлость, я согласен с вашим решением. Айрин пока не стоит ехать. Мы с Вивиан отправимся в Россию, и если я пойму, что всё действительно очень плохо, то я напишу об этом, — постарался успокоить сестру Алексей.
— Рад, что мы с вами поняли друг друга, — произнёс Йен, — но всё же, как только я управлюсь с делами, мы сможем отправиться в путь.
Герцог крепче сжал руку своей маленькой жены, поражаясь её стойкости. Йен чувствовал, что Ирина храбриться, но Боже, что же тогда должно твориться в её душе? Он хотел быть рядом с ней в эти самые тяжёлые для неё минуты и поддержать. Вот только стоит решить вопрос с Джеймсом. И тогда они с Ириной смогут отправиться на её родину.
  
Глава 19
 
После встречи с отцом, Джеймс пребывал в самом скверном расположении духа. Лишение финансовой поддержки родителя было очень некстати. Он задолжал немало денег, делая ставки на скачках и играя в разнообразные азартные игры, и сроки возвращения долгов уже наступали. Вся надежда была на то, что получив квартальное содержание, он смог бы договориться об отсрочке, но теперь…
Первая пришедшая в голову мысль говорила, что герцог в очередной раз унизил его и лишил того, что должно принадлежать ему на законных основаниях. Маркиз никогда не питал уважения к человеку, давшему ему жизнь! И теперь понимал, что стоит что-то предпринять и определиться со своими дальнейшими действиями. В голову неожиданно пришла история, которую он услышал в клубе от одного очень хитрого барона. Он с помощью несчастного случая сумел свести своего сошедшего с ума дядюшку на тот свет раньше положенного срока. Джеймс понимал, что, возможно, возьмёт на душу очень тяжёлый грех, но грехи его родителя превышают тот, что он собирается совершить! Его мать заслуживает отмщения! Всякий раз видя отца и зная, какое злодеяние сошло ему с рук, маркиз испытывал негодование. В гостиной Мэнвилдов весел портрет красивой юной девушки с огромными голубыми очами. Она была молода и полна сил. Не верилось, что менее чем через год после того, как художник запечатлил этот момент, её не стало из-за прихоти ревнивого супруга, избившего её и толкнувшего с утёса. Всякий раз смотря на портрет матери, Джеймс думал о том, какой бы была его жизнь, будь она рядом.
Приняв окончательное решение, он сел в экипаж и велел кучеру отправиться к докам, вместо того, чтобы вернуться в особняк родителей матери на Беркли-Сквер.
Доки всегда пользовались дурной славой, но именно туда Джеймс решил отправиться, желая воплотить свой план.
Чем ближе они приближались к Уайтчепел, тем сильнее стало смердеть тухлой рыбой и помоями. Маркиз не обращал на это внимание, чётко видя перед собой главную цель.
 
Когда экипаж остановился возле небольшой таверны, молодой человек велел кучеру ждать его за углом.
Войдя внутрь, Джеймс огляделся. Ещё никогда ему не приходилось бывать в подобных местах.
— Чего желаешь, красавчик? — приблизившись и окинув его сладострастным взглядом, спросила девица, одетая в пестрый наряд. — Давно тут не было такого милашки. Только скажи, малыш, и я сделаю всё, что ты хочешь!
Кто бы подумал, что он сможет добровольно оказаться в этом ужасном месте? Маркиз с трудом сдержал отвращение, но понял, что эта красотка, возможно, сможет помочь ему в поисках.
— Скажи мне, если тут тот, с кем я могу поговорить о важном деле? — поинтересовался молодой человек, одарив её наигранно страстным взглядом. Он вложил несколько купюр в ладонь, надеясь, что это сделает её более разговорчивой.
— А так ты к старине Джо, так бы сразу и сказал, малыш, — хихикнув, ответила девица, — у Джо сегодня выходной, но, думаю, ради встречи с таким господином он отменит его.
Уже очень скоро Джеймса проводили в кабинет, где его встретил высокий мужчина с грубыми чертами лица.
— Мне сказали, что вы хотели видеть меня, милорд? — поклонившись, начал здоровяк. — У вас ко мне дело?
— Да, я хотел бы обратиться к вам за профессиональной помощью, — ответил Джеймс, понимая что обратного пути нет, — я хочу, чтобы вы устроили несчастный случай для одного человека. Цена не имеет значения…
* * *
После того, как чета Болховских покинула особняк на Оксфорд стрит, герцог позвал жену в библиотеку, желая провести тихий вечер у камина. Не смотря на то, что на дворе был август, уже начало холодать. Йен видел, что Ирина очень подавлена, и хотел разделить с ней ту боль, а если возможно, то и забрать, чтобы ей не было так плохо.
А ещё герцог вспомнил, что так и не подарил жене рубиновое ожерелье, кольцо и браслет, которые купил ей несколько недель назад.
Супруги лежали на махровом ковре, слушая приятное потрескивание поленьев. Йен ласково перебирал тёмные локоны Ирины, не желая нарушать минуты столь приятной близости.
Ещё несколько дней назад он не мог представить, что сможет получать наслаждение, просто вдыхая знакомый аромат любимой женщины. Герцог наконец-то признался себе в том, что он чувствует к Айрин. Вначале Йен пытался убедить себя в том, что все его чувства — похоть, но постепенно осознал, что это нечто большее. То, что он когда-то успел испытать и вычеркнул из своей жизни навсегда, застав свою жену в объятьях лучшего друга. Амилия пыталась оправдаться, но Йену не нужны были слова. В голове тогдашнего юноши не укладывалось, как женщина, подарившая ему свою невинность, могла так себя вести. К тому же ожидая его ребёнка. Ради которого герцог, стиснув зубы, простил вероломную супругу. Но однажды, спустя несколько месяцев, Амалия высказала ему в лицо всю правду о их браке и её отношении к нему. Супруга не выбирала выражений, кричала, бранилась и самое главное наконец-то объяснила мотив фарса, которым в итоге Йен стал считать этот брак. Титул и богатство. Если бы не они, она бы даже не взглянула в его сторону. Тогда герцог впервые и единожды в жизни поднял руку на женщину. Гнев, который охватил его, не знал границ. То, что случилось дальше, Йен не мог вспоминать, ему казалось он спал и видел кошмарный сон. Именно поэтому, когда прошла лишь неделя после похорон Амилии, он вернулся к месту, где погибла его некогда молодая и полная жизни супруга, и попытался свести счеты с жизнью. К счастью, мать и его преданный слуга смогли предотвратить беду, но с тех пор он стал другим человеком. И только теперь, спустя почти два десятка лет он был готов отпустить прошлое. Вновь любить и быть любимым в ответ.
 
— Йен, о чём ты думаешь? — тихо спросила Ирина, погладив его щёку. — Мы так долго молчим…
— Я думаю о тебе, cherie, — отозвался герцог, с языка которого готовы были сорваться совершено другие слова, — если ты позволишь мне встать, я тебе кое-что покажу.